Любовь под прикрытием: Если он женат на работе - Мелани Стайлз

Катя внимательно взглянула на своего гангстера. Он мирно спал. Что довелось пережить этому человеку? Катя не осмеливалась расспросить его об этом. Порой лучше не знать всей правды о своем ближнем. Так по крайней мере говорил ее отец.

Катя улыбнулась. Если бы он узнал о том, как его дочь провела эту ночь, со стариком, пожалуй, случился бы удар. Катя никогда не была трудным ребенком и не вела себя легкомысленно. Она всегда отличалась рассудительностью, трудолюбием, целеустремленностью и честолюбием. Таковы были все Колеманы. До сегодняшнего дня Катя и не подозревала, что способна провести ночь с преступником.

Ее вновь стали терзать сомнения. А что, если Доминик убийца?

В квартире Тимоти она увидела, каким жестким он может быть. За его плечами наверняка не одно преступление.

Но здесь, в ее постели… Нет, этот спящий после ночи любви мужчина производил на нее совсем иное впечатление. Какой там убийца! Просто большой ребенок, которому снятся безмятежные сны про Санта-Клауса.

Катя тяжело вздохнула. И все же им предстояла разлука. Что между ними общего? Как ни протестовали чувства, а разум побеждал. «Подружка, он тебе не пара, этот человек рано или поздно окажется в тюрьме или на дне реки, куда его отправят его же собратья — такие же, как он, гангстеры. Что с того, если гангстер умеет любить?! Ничего!» — твердил этот самый разум.

Злясь на себя, Катя встала с кровати и подошла к окну. Было раннее утро, над горизонтом только-только появился солнечный диск. Это было ее любимое время.

— Мне нужно идти, — негромко промолвил Доминик.

Катя резко обернулась. Пока она любовалась рассветом, Доминик оделся. Катя вдруг осознала, что стоит перед ним голая, и смутилась. Спрятавшись за дверцу платяного шкафа, она нашла большую длинную футболку и нырнула в нее. Трусики потом — успеется…

— Пожалуйста… возьми один из моих комнатных цветков, — сказала Катя.

Ей хотелось, чтобы Доминик хоть что-то захватил с собой в память о ней.

Он подошел, и у нее перехватило дыхание. Вот сейчас он ее обнимет! Но Доминик ее не обнял. Любое прикосновение после ночи любви могло означать, что у их романа есть будущее, а Доминик не хотел давать надежду — ни себе, ни Кате.

— Что ж, попробую еще раз, — пробормотал Доминик. — Может, с твоим подарком мне и повезет, и он не загнется в моей квартире в первую же неделю.

Они направились в гостиную. Катя взяла с подоконника свой любимый плющ, за которым ухаживала семь лет.

— Это Хурма, — сказала она, вручая горшок Доминику.

— Хурма? — удивленно переспросил он.

Катя улыбнулась.

— Это не название растения, — объяснила она. — Это имя, которое я дала ему. Для меня этот плющ женского рода.

— Вот оно что! — Доминик кивнул.

Никто не знал, что Катя дает имена своим цветам. Даже ее близкие подруги.

— Поливай ее раз в неделю. Без полива она сможет прожить недели две, а потом завянет. И еще… Она любит, когда с ней разговаривают…

Доминик снова кивнул, и они начали прощаться.

— Спасибо за все, — с бодрым видом сказал он, беря из рук Кати горшочек с плющом.

— Не за что, — ответила она и тут же спохватилась: — Я должна еще заплатить тебе за оказанную мне услугу.

— Нет, я не возьму с тебя ничего, кроме того, что ты уже дала мне, аванса, — решительно заявил он.

— В таком случае до встречи, — сказала Катя, хотя отлично понимала, что они больше никогда не увидятся.

Доминик повернулся, открыл дверь и тут же снова закрыл ее.

— Катя… Береги себя.

— Со мной все будет в порядке, — заверила она. — Береги себя и ты.

Дверь за Домиником захлопнулась. Опять одна… опять одна…

Катя медленно обошла квартирку. Полила цветы, приняла душ, сварила кофе, позавтракала и посмотрела последние известия. Все как всегда. И только она сегодня… Нет, хватит об этом думать. Выключив телевизор, Катя отправилась на работу.

— Оказывается, никакой видеокассеты не было и в помине, — сообщила Катя по телефону Лизе.

— Ну и ну! Вот негодяй! Дрянь! А еще ученый!

— А с чего ты взяла, что ученые — это какие-то невинные белые лебеди?

Не дождавшись ответа на свой вопрос, Катя вдруг подумала: а действительно — с чего? Некоторые ученые могут и в живот врезать…

Бросив взгляд на перегородку, за которой обычно работал Тимоти, Катя, понизив голос, подробно рассказала подруге о том, что произошло в квартире Монигена.

— А как твои отношения с… — начала было Лиза, выслушав ее, но Катя перебила подругу.

— Мы расстались, — сообщила она и быстро перевела разговор на другую тему: — Давайте соберемся в субботу втроем. Наверное, Мери уже вернется из свадебного путешествия.

— Прекрасная идея! Кстати, мне тоже будет что рассказать. Я тут нашла бюро знакомств, и на этой неделе у меня три свидания с молодыми людьми, потенциальными спутниками жизни. Хочешь, я пошлю запрос и от твоего имени?

— Нет, спасибо, не надо. Я предпочитаю знакомиться с мужчинами традиционным способом. Будь осторожна, Лиза. Нас окружает множество психопатов.

— А Доминика ты к ним не причисляешь?

— Нет… — не сразу ответила Катя.

Для Доминика неделя пролетела незаметно. Каждое утро он наведывался в бар «У Дилли», а после обеда обычно играл в бильярдной на Дивижен-стрит. Таким образом, он был постоянно на глазах у тех, к кому хотел втереться в доверие. Постепенно он перезнакомился со всеми завсегдатаями этих двух заведений.

Работа отвлекала его от мыслей о Кате. Но в редкие часы досуга он постоянно думал о ней. Доминика тянуло к этой женщине, но он знал, что ему лучше держаться подальше от нее. Он не забывал ухаживать за подаренным плющом, и тот радовал глаз, зеленея на подоконнике.

Два раза Доминик порывался позвонить Кате, но так и не сделал этого. В четверг он отправился в бар, в котором работала Лиза, сел за свой столик и развернул газету.

Через некоторое время в бар вошел Френки, заказал кофе без кофеина и уселся за столик Доминика. На его лице блуждала довольная улыбка.

— Вижу, ты в хорошем настроении, — сказал Доминик, старательно имитируя искренний интерес к собеседнику. Почему-то в последнее время это стало даваться с большим трудом.

— Дай-ка угадаю! Одно из двух — ты выиграл кучу денег или влюбился! Судя по тому, что ты ходишь в старых стоптанных ботинках, тебе скорее повезло в любви.

— Тебе следовало стать детективом, дружище, — заметил Френки.

— Значит, ты последовал моему совету и послал своей даме сердца цветы?

— Вот именно! И как только я признался ей, что букет от меня, она буквально разрыдалась от счастья. Оказывается, она и не хотела выходить замуж за этого ублюдка. Он жестоко обращается с ней. После того, что я узнал о нем, мне захотелось прикончить его на месте.