Мужеедка - Джиджи Леванджи Грэйзер

Кларисса проснулась от того, что пушистый белый кот уселся ей на лицо. И сразу вспомнила, как ей тошно. И почему.

Саймон.

Саймон, возникший на вечеринке и следивший за ней прежним взглядом. Саймон, который с лету оценивал все ее достоинства. Саймон со своим нелепым липовым акцентом. Саймон, стоявший рядышком, когда она обменивалась с Аароном шпильками и измеряла возникшее влечение. Да-да, он был там, даже если на самом деле и не был. Саймон, ее вторая половинка.

Вторая половинка? Скажи лучше — непроходящий зуд.

— Ой, на фиг, на фиг, — отругала Кларисса Клариссу, стряхивая на пол кота и выплевывая белые шерстинки.

Она поднялась с красной бархатной софы и подошла полюбоваться на себя в огромном старинном зеркале, что занимало добрую часть стены гостиной. Зеркальный шедевр эпохи барокко достался ей от приятеля — владельца антикварного магазина на Мелроуз-авеню, в Западном Голливуде. Приятеля застрелила любовница (она же партнер по бизнесу), зеркало отдали Клариссе на хранение, а поскольку никто с тех пор не интересовался его судьбой, то…

Кларисса встала перед зеркалом, позируя, как Мадонна перед камерой, и решила, что выглядит… хорошо. Не клевой девицей с дискотеки, а именно так, как должна выглядеть будущая невеста, которую не стыдно познакомить с родителями. От отца Клариссе достались широкие плечи, от матери — тонкая талия, от еврейской бабушки — роскошная грудь и длинные ноги. Задница толстовата? Так что ж? В городе впалых щек и ягодиц размером с виноградину она была истинной женщиной, с красивым телом, оригинальными взглядами на жизнь и — хотя она редко это показывала — добрым сердцем.

Аарону чертовски повезло с будущей женой.

— Ах, черт! — Кларисса ринулась в спальню. Сегодня первое настоящее свидание с Аароном, в полвосьмого у «Орсо», а она до сих пор не нашла его в Интернете.

Кларисса проверяла по Интернету всех мужчин, с кем встречалась за последние пять лет, в поисках любой информации, которая могла бы придать остроты отношениям. Однажды выяснилось, что парень, с которым она намылилась на рандеву, — бывший зэк.

На свидание Кларисса все равно пошла. Плевать на его прошлое («Далее лучший из людей способен на смертоубийство» — таковы были ее слова), если у парня фигура такая, что сам Кельвин Кляйн внес бы за него залог. Ха! Пожалуй, тогда пришлось бы пополнить список буквой «3»: «Залоговый Секс».

На запрос об Аароне Мейсоне поисковая система Google предложила 1645 ссылок.

Кларисса взвизгнула. Есть рекорд! Она сбегала за пакетиком леденцов, и их как раз хватило на час работы принтера.

Принтерная распечатка помогла сделать три открытия. Во-первых, полное имя Аарона — Джозеф Аарон Кингсли Мейсон IV. Во-вторых, у семейки Мейсон, владевшей «Универмагами Мейсона» (фирма зарегистрирована в Колене, штат Джорджия, население 22 001 чел.), денег куры не клюют. За подтверждением Кларисса позвонила Тони Би.

— NASDAQ — что за штука? — спросила она.

— Биржа… Принцесса, я горжусь тобой! Ты, никак, газету читаешь? Снизошла до новостей бизнеса?

— А если компания включена в списки NASDAQ — что это значит?

— Что компания крупная. Слушай, я как раз устроил фэн-шуй в обувном шкафу… позже перезвоню, идет?

И наконец, открытие третье… О-о-о. Третье открытие оказалось настоящим сюрпризом.

— Шон был… сильным. — Кларисса легонько водила пальцем по ободку бокала. — Называл меня своей музой. Говорил… никогда не забуду… он говорил: «Ка… (Шон всегда называл меня «Ka».) Ка, ты для меня все равно, что для Ван Гога его носатая модель».

— Это какая же? Та нищая, одноногая, изъеденная сифилисом проститутка? — уточнил Аарон.

— Балда, — возмутилась Кларисса. — Другая… которая с двумя ногами. Ох… — Она вскинула руку к горлу, словно вдруг спохватившись. — Давай не будем. Мне не хотелось бы говорить о наших с Шоном отношениях.

Благословенны все боги Интернета. Кларисса наткнулась на интервью Аарона в «Варьете», где речь шла о Шоне Пенне, чьи последние фильмы (то есть все, кроме «Быстрых перемен в школе Риджмонт Хай»[15]) были Клариссе совершенно непонятны.

Аарон же называл этого актера-режиссера с вечно кислой физиономией не только лучшим актером всех времен, но и своим любимым режиссером. Интересно, чем это грозит ей в будущем? Нет чтобы выбрать любимчиком Тома Хэнкса. Куда проще.

— Ладно, — сказал Аарон. — Поговорим о чем-нибудь другом.

Кларисса с печальным видом кивнула. Она потягивала «Рэз-Оргэз номер три» (размятая малина + малиновый ликер + водка = 224 пустые калории) и гадала, сколько ей можно будет пить во время беременности.

— Поговорим, — согласилась она.

— Ну… и долго ты встречалась с Шоном Пенном? — спросил Аарон.

Кларисса улыбнулась.

— Долго, не долго… Без разницы. Главное, это было… какое бы слово подобрать…

— На одну ночь? — Он улыбнулся. Черт бы побрал эти ямочки!

— Я сказала — слово, тупица. А тут целых три. Нет, это было… ярко, вот!

Настала очередь Аарона кивать печально.

— Н-да. Пожалуй, мне с ним не сравниться.

— Пожалуй, нет, — подтвердила Кларисса.

— Я, конечно, парень видный… богач, да еще и хромой в придачу — как мимо такого пройдешь? Но с чертовым Шоном не потягаешься. — Аарон качнул головой. — Повторить, — бросил он пробегавшему мимо официанту.

Помолчали немного, застыв на диванчиках красной кожи, где до них тысячи парочек точно так же лгали друг другу и пропивали быстротечные мгновения.

— Кларисса.

— Да? — Кларисса все еще переживала разрыв с актером-режиссером.