Мисс совершенство - Ирина Мазаева

– Спасибо! – растроганная Маша снова смогла только вежливо поблагодарить.

– А я с детства карате занимался. А потом кикбоксингом. Но пришлось бросить. Ногу сломал. Врачи сказали, что серьезные нагрузки не для меня. Жесть была. Ничего не хотелось. Да и до сих пор какая-то депрессуха нет-нет да и накатит. Хочется какого-то движения. Не могу тупо за компом сидеть. А если спорт противопоказан, так и не знаю, куда себя деть. Летом хоть на велике покататься можно. А зимой? Лыжи с коньками я терпеть не могу.

– Я тоже лыжи с коньками терпеть не могу, – почему-то обрадовалась Маша.

– А ты почему?

– На катках всегда народу много. А на лыжах?.. Ну бежишь и бежишь себе – и что?

– Во-во. Одни и те же дорожки. Либо уж профессионально заниматься, либо никак.

– Слушай! – вдруг осенило Машу. – Ты говоришь, тебе движения не хватает. Так иди танцевать!

– Я? – удивился Шашин.

– Конечно. Ты же на дискотеках танцуешь. Почему бы тебе не научиться это делать еще лучше?

– А что? Идея. Я как-то об этом не думал.

– Ведь танцевальных направлений много – всегда можно выбрать что-то для себя. Я уверена, у тебя получится!

– Спасибо, Капустина, я подумаю.

Просидели в кафе допоздна. Маша едва дождалась следующего дня, времени окончания уроков, чтобы броситься к Мишке.

Если в предыдущие два дня она чувствовала себя разбитой, апатичной и больной, то теперь ей казалось, что внутри у нее клокочет вулкан.

Пазл складывался!

Маша в мельчайших подробностях вспомнила свои отплясывания у Шашина дома.

Она вспомнила, как совсем не думала о движениях. Вспомнила свое ощущение того, что тело танцует само. Двигаются руки, переступают ноги. Весь корпус задействован в движении, шея, голова… Желание двигаться идет изнутри. Как сильнейшая потребность. Как будто если перестать, то умрешь. И много-много энергии.

Маша вспомнила, как ей хотелось подойти к Шашину, а она боялась этого желания. И смогла подойти к нему, только танцуя. Как будто этого требовал танец. Как будто этого хотелось не ей. Подходила, и подходила, и подходила. В танце.

Подходила к нему, и ей становилось страшно. Страшно, что он не примет ее. И она тут же отступала. И снова этого как будто требовал танец. Вроде бы танец, а вроде бы и она сама делала это.

А разве она могла бы сама просто так приобнять Славика? Конечно нет! А в танце легко. В танцах принято обниматься.

«Какая интересная штука – танец! – вдруг поняла Маша. – Это – не просто красивые движения. Это… Как я там объясняла суть мамбы? Это игра. То я подхожу, то я ухожу. То ли это танец такой, то ли это я – такая. Такая непосредственная, непоследовательная… Или просто пугливая?»

– И у меня были чувства. Они были! – сама себе вслух объяснила Маша. – У меня было море чувств, когда я смотрела на Шашина. Когда мне хотелось подойти к нему и одновременно убежать подальше. И это – неправда, что я бесчувственная. Я умею чувствовать. И умею выражать чувства в танце. Ведь он это заметил. И похвалил меня!

Маша в очередной раз посмотрела на часы и решила, что Мишка уже подходит к дому. Быстро оделась и рванула к ней, даже не сообразив позвонить и договориться о встрече.

– Мишка! Я все поняла! Я поняла, в чем суть мамбы. Тьфу ты, в чем суть танца! – едва подруга открыла дверь, с порога провозгласила Машка.

– Машка! – кинулась к ней Мишка. – Я знаю, что с тобой случилось на вечеринке у Шаши. Я подслушала, как Якушева девкам рассказывала. Я теперь все поняла!

– Что ты поняла? Что со мной случилось? – как раз ничего не поняла Машка.

– Да что с тобой произошло, что ты на столе стала отплясывать.

– И что же?!

– Заходи же скорее – расскажу!