Лесная земляника - Сандра Мэй

— Не могу сказать категорическое «да». Объявления в «Таймс» еще не было, официально мы просто друзья.

Кларенс Финли выдохнул с явным облегчением! Джон Фарлоу мог поклясться, что его друга крайне обрадовало сообщение о том, что брак Джона с Клэр пока еще не состоялся.

— Отлично. То есть я хотел сказать… ну, в общем, если надумаешь, то…

— То ты станешь моим шафером.

И тут Кларенс удивил Джона еще больше. Он неожиданно твердо загасил сигарету в пепельнице и очень спокойно произнес:

— Нет. К сожалению — нет, Джон. Шафером на этой свадьбе я не буду.

Джон прищурился.

— Кларенс, тебе известно старинное присловье: сказал «а», говори и «б»? Тебе не кажется, что ограничиваться намеками в данном случае бестактно?

— Я ни на что не намекал, Джон. И никогда не страдал любовью к сплетням. Ты это знаешь.

— Знаю. Именно поэтому меня удивляет твоя реакция. Ты совершенно очевидно что-то знаешь о том периоде жизни Клэр, когда я жил в Америке, а она — здесь. Что-то такое, что тебе, мягко говоря, не по нутру. Настолько, что ты даже категорически отказываешься быть шафером на нашей свадьбе. Разве я не имею права знать, что именно ты скрываешь?

Кларенс становился все неприступнее.

— А разве я не имею права не отвечать тебе на этот вопрос? Это ваше личное дело, твое и мисс Дэвис. Если она действительно любит тебя и хочет быть с тобой, то наверняка честна по отношению к тебе. В этом случае тебе достаточно спросить ее.

— Хорошо. Облегчим задачу. Клэр Дэвис была со мной честна. Рассказала мне всю свою жизнь за эти десять… пардон, семь лет без меня. Уверила меня в своей любви. Приучила к мысли, что мы наверняка поженимся.

— Так в чем же дело?

— Дело в том, что в версии Клэр Дэвис нет ни одного момента, по поводу которого у тебя должна возникать такая реакция.

— Да мало ли, как я реагирую, Джон! Ну не нравятся мне такие амазонки! Это ж не я на ней женюсь, а ты!

Джон покачал головой, не спуская глаз с расстроенного и покрасневшего лица своего друга.

— Беда в том, Кларенс, что с некоторых пор я начал задумываться — а хочу ли я жениться на Клэр Дэвис? И еще в том, что, опять же с некоторых пор, мне начало казаться, что вокруг меня идет какая-то игра.

— Ты ее… любишь, Джон?

— Это так важно?

— Думаю, да. Если любишь — можно простить все. Если любишь — веришь…

— ЧТО я должен ей прощать? Кларенс, я знаю, что ее папаша — достаточно отвратный старикан — всю жизнь был помешан на титулах и мечтал получить графскую корону. Знаю, что когда у дяди Уоррена возникли финансовые трудности, что-то такое старый Дэвис выкинул, что-то плохое или подлое, не знаю, что именно. Но все это касается старика Дэвиса. Вопрос в другом: Клэр действительно меня так любит или же преследует какую-то практическую цель? Если это так, нам лучше расстаться сразу, потому что я вовсе не настолько без ума от нее, чтобы вступать в подобный брак!

— Джон, пойми ты, я не желаю ни о чем сплетничать.

— Кларенс, ты уже фактически этим занимаешься. Туманно намекаешь на то, что в жизни моей… хм… невесты есть некая не вполне приглядная тайна. Скажи мне об этом и освободись от тяжести, одновременно облегчив жизнь и мне. Она что, была клептоманкой? Выпивала? Подделывала подписи на папиных чеках?

Кларенс в отчаянии взъерошил и без того лохматую шевелюру.

— Проклятье! Не видать мне этого заказа, чует мое сердце. Либо меня не простишь ты, либо твоя будущая жена.

— Кларенс!

— Хорошо! Хорошо.

* * *

— …Я действительно ничего толком не знаю. Когда ты уехал, наша компания немного уменьшилась в размерах. В основном, за счет девиц, которых интересовал именно ты. Клэр Дэвис была исключительно твоей знакомой, мы с ней особенно не дружили, так что и дальше отношений с ней никто из нас поддерживать не стал.

Потом я начал работать, стало совсем уж не до дружеских вечеринок, и вот как-то я встретил Милли Донахью, с социологического, помнишь ее?

— Еще бы! Болтушка и хохотушка, впрочем, славная девочка.

— Кстати, сейчас у этой девочки уже четверо детей… Так вот, Милли мне страшно обрадовалась, затащила в паб и принялась расспрашивать, кого из наших я видел и про кого слышал. Она всегда была компанейской девчонкой. Я сказал, что почти ни с кем не вижусь, а жаль, и хорошо бы было собраться — бла-бла-бла, так все говорят, сам знаешь, а потом ничего не выходит.

Тогда Милли начала трещать без умолку, рассказывать про девчонок. Она, оказывается, почти со всеми поддерживала отношения, они созванивались и встречались. А Милли к тому времени была немножко на мели и потому снимала квартирку в самых дешевых районах, на берегу Темзы. Знаешь, где доки, заводы и красные кирпичные дома?

— Мрачноватое место для одинокой девушки.

— Верно. Но дело в том, что Милли как раз работала над дипломной работой, а касалась работа жизни вестсайдских… скажем так, маргиналов. Аутсайдеров.

— Криминал?

— Не то чтобы… В основном, проститутки, наркоманки, танцовщицы дешевых стрип-шоу, все такое. Так вот, однажды девчонки упросили Милли устроить им экскурсию по умеренно злачным заведениям. Она выбрала наиболее безопасные — по тамошним меркам — места и провела по ним подруг.

— Кларенс, я не понимаю…

— Сейчас поймешь. Она мне и рассказывать про это стала не просто так. Сначала-то спросила о тебе, а потом что-то вспомнила, вытаращила глаза, прикрыла рот ладошкой — и давай трещать. Вспомнила, говорит. Такое было, говорит! Мы с девчонками до сих пор не можем в себя прийти, говорит.

Короче говоря, в одном из этих стрип-баров они встретили Клэр. Клэр Дэвис.

— Не может быть! Клэр — сноб с головы до ног…

— В том-то и дело, они сами сначала не поверили. К тому же она была странно одета и сильно накрашена, они даже решили, что обознались. Но потом эта девушка… одним словом, она оказалась одной из танцовщиц.

— Я не верю. Этого просто не может быть, потому что не может быть никогда. Кстати, среди стриптизерок попадаются вполне приличные девушки — талантливые танцовщицы, балерины, но дело даже не в этом. Клэр НЕ МОГЛА…

— Слушай дальше, Джон. Сам нарвался на этот разговор. Раз уж я начал… Так вот. С Милли мы вновь увиделись через пару лет. Она уже была замужем, а я открыл это бюро, и она заказала мне проект их нового домика под Лондоном. Как ты понимаешь, отношения у нас были самые дружеские, я бывал у нее в гостях… Словом, мы снова заговорили о прежних знакомых и приятелях.

И тогда, уже в конце Милли вдруг взгрустнула и сказала: помнишь, я рассказывала тебе о Клэр Дэвис? Мы еще с девочками не могли поверить, что это она? Так вот, Кларенс, там все оказалось намного хуже.