Именем любви - Сандра Мэй

– Я и играю. С Китти. Она злится ужасно.

– М-да… Понимаешь, я не знаю, что рассказывала Шерри…

– Немного. Пришлось все выяснять самому. Только время зря потратил. Она рассказала почти все. Ранчо, росла без матери, отец не любил. Познакомилась с городским парнем, он ее оприходовал и бросил. Папаша узнал, разгневался, выгнал. Приехала в Сарасоту, поступила к Китти в отель. Все. Дальше неинтересно, потому как все на глазах!

– А мне вот как раз интересно.

– Интересно, когда в бане тесно. Конфиденциальная информация.

– Намекни хоть – у нее кто-то есть? Был?

– Она потеряла невинность в восемнадцать лет. Ни с одним мужчиной вместе не жила. Романы – были. С кем, сколько раз и когда – не твое дело.

– Ясно. В принципе правильно…

– Твоя очередь.

– А чего ты еще не понял? Я – тот самый городской, который ее бросил.

– Тю!

– Вот именно. Только я ее не бросал, а она в это не верит.

– И за десять лет в первый раз…

– Я сюда приезжал всего дважды, шесть и два года назад. Оба раза ее не видел. Китти давала мне поручения – я выполнял. В основном работал в Лондоне, ты же знаешь.

– Знаю. Да, верно, тогда ее здесь не было. Шесть лет назад она училась гостиничному бизнесу в Европе, а два года назад ездила в отпуск. В Париж.

– Одна?

– Одна.

– Ясно.

– Джо… Ты ее не обижай.

– Вот еще! Она сама кого хочешь… Удар поставлен.

– Я серьезно. Шерри – хорошая девка. Правильная.

– Я знаю, Винс. Ох, как я это знаю…

– И если ты ее обидишь, я лично тебе шею сверну.

– Иди к черту. Я сам повешусь, если она обидится.

– А как же сегодня?

– Исправлюсь. Буду ползать за ней на коленках, пока не надоем. Завалю цветами. Осыплю бриллиантами. Буду петь под окном. Что-нибудь придумаю.

– Давай, клоун, думай. И не вздумай сказать Китти.

– Почему?

– Ты же ее знаешь. Она уверена, что может свести кого угодно. А Шерри ее давно беспокоит. Китти не особенно уважает институт брака, но свято уверена, что женщина не должна жить одна.

– Родственные души. Хотя я и против брака ничего не имею…

– В любом случае, не говори ей. Начнет крутить очередную комбинацию, Шерри просечет, психанет и сорвется.

– Я смотрю, ты ее хорошо знаешь?

– Она мне нравится. Как человек. Я желаю ей счастья. Не сверкай очами, сплю я с другой женщиной.

– Подумаешь, я тоже сплю с другими женщинами. То есть спал.

– А я – только с одной. И она родила мне двух дочек и сына.

– Я не знал, Винс, поздравляю.

– Спасибо.

– А помнишь, что говорил про семейную жизнь сержант Бакстер?

– Хорошее дело браком не назовут…

Шерри постучала и вошла, не дождавшись ответа.

В комнате было темно, но в кресле у окна шевельнулся большой белый сугроб – и слегка гнусавый голос Элли Морган-Форд произнес:

– Это вы, Шерри? Проходите, только свет не зажигайте.

– Не буду. У вас голова болит?

– Нет. Душа. Просто не хочу, чтобы вы смотрели на мою распухшую физиономию. Шерри?

– Да, миссис Форд.

– Да какая, к черту, миссис! Просто Элли, пожалуйста.

– Хорошо. Элли.

– Шерри, скажите – а букет, который принес Джо… мистер Ладлоу?..

– Он стоит в вазе, там, в гостиной. Я его подняла.

– Спасибо. Глупо, да? Даже цветы нельзя нюхать.

– Очень красивые цветы.

– Ага. Мне никто никогда в жизни не дарил цветы. Удивительно, правда? Хотя чего там удивительного…

– Элли…

– Только не утешайте меня, а то я опять заплачу, а лицу больше пухнуть некуда, оно просто лопнет. Я уеду завтра. Потом разведусь с Филом.

– Что вы выдумали?!

– Очень хорошо я выдумала. Фил хороший. Он не виноват. И я не виновата. Зачем ему это мучение? Он же не любит меня, но сегодня защитил, единственный! Мама – молчала. Папа молчал. Только Фил…

– Он хороший, вы правы. Так зачем разводиться?

Элли подалась вперед.

– А что мне делать с этим браком?! Да я даже в темноте стесняюсь раздеваться, не то что спать с Филипом! Каждый день видеть отвращение на его лице! Знать, что его тошнит от прикосновения ко мне! Думаете, легко так жить?!

– Нет. ТАК жить – невыносимо. Значит, надо жить иначе.

– Вам хорошо говорить. Вы – красавица. У вас ножки, грудь, кожа, волосы – все супер. Глаза зеленые…

– У вас, между прочим, тоже.

– Вы заметили? Да, верно. Только их не видно.

– Неправда.

– Да ладно вам, Шерри. Вы добрая, я это поняла по вашим глазам еще внизу. Вы стараетесь меня утешить, но ничего не выйдет. Я все равно останусь уродиной.

– А если я вам предложу пари?

– Какое еще пари?

– Обещайте, что останетесь на неделю, как и планировали. Доверьтесь мне. Выполняйте то, что я скажу. Через неделю ваш муж будет гордиться тем, что вы сказали «да» у алтаря.

– Собираетесь постучать по моей голове волшебной палочкой?

– Собираюсь помочь вам понять, что некрасивых женщин не бывает.

– Ага, бывает мало виски…

– Это придумали глупые мужики, у которых проблемы с потенцией.

Тишина. Соловьи за окном.

– Шерри…

– Да, Элли?

– Я согласна. Я вам верю. Не знаю почему, но верю. Я принимаю пари. Разумеется, Фил все равно будет счастлив, когда эта неделя закончится и он сможет сбежать, но…

– Неделя. Слушаться меня. Никому ни слова.

– Идет. А… Джо?

– А что – Джо?

– Он мне понравился. Он красавчик.

– Знаете что?

– Что, Шерри?

– А мы и его с ума сведем!

– Ой, да ну вас…

– Ложитесь поспите. Завтра утром встретимся. Даже если это буду не я – пароль «Пари».

– Хорошо. «Пари».

– Спокойной ночи. Поздравляю вас.

– Спасибо. Спокойной ночи.

Три часа ночи. Технический этаж. В комнате пять женщин. Все они красивы, все эффектны, все прекрасно одеты. Это – цвет и гордость «Изящного Салона», его феи.