Откуда берутся дети?.. - Екатерина Риз

Ванька снова всхлипнул и вытер слёзы рукавом. Указалпальчиком за свою спину.

- Я нашёл... кататься...

Илья покачал головой.

- Ты не нашёл. Ты взял. Без спроса.

Слёзы катились из глаз крупным горохом, Ванькавсхлипывал всё горше, а потом протянул руки, хотел его обнять за шею, но Ильяне позволил, и это вызвало новую волну жалобных всхлипываний.

Илья понимал, что на них все смотрят, а тут ещё изапыхавшаяся продавщица подоспела и остановилась в нерешительности рядом.Говоров взял мальчика за плечи и развернул к женщине лицом.

- Проси прощения.

Ванька низко-низко опустил голову и заревел. Ильясжал челюсти, уговаривая самого себя не поддаваться и не позволять себяразжалобить, потом поднялся. Поглядел на женщину и едва заметно усмехнулся,когда увидел, с каким сочувствием и жалостью она смотрит на ребёнка, едва самане плачет.

- Такой у вас сынишка резвый, - затараторила она,перехватив взгляд Говорова. - Я оглянуться не успела, а он уже укатил... Оченьему велосипед понравился.

Всё это она говорила, неотрывно глядя Говорову вглаза, и начала виновато улыбаться. Илья решил, что ещё чуть-чуть и она самапризнается в угоне детского велосипеда.

Он вежливо улыбнулся и повторил:

- Иван, я жду.

Ванька хныкнул, вытер слёзы и что-то забубнил,обращаясь к продавщице, но боясь поднять на неё глаза. А та поспешно закивала.

- Ну конечно прощаю!

Илья наклонился и взял ребёнка на руки. Ванька тут жеобнял его за шею, уткнулся носом и заревел. Говоров погладил его по спине.Потом глянул на велосипед, стоявший чуть в стороне, секунду посомневался, потомшепнул продавщице:

- К кассе отвезите.

Она разулыбалась и поспешила в сторону касс.

- Прекращай реветь, - попросил Илья ребёнка, шагая попроходу. - Ты понял, что поступил неправильно? - Ванька закивал, не поднимаяголовы. - Нельзя брать чужое, понимаешь? Это воровство. А это гадко, и за этонаказывают. Если чего-то хочешь - надо попросить.

- Я больше не буду, - уже спокойнее сказал Ванька иикнул.

- А убегать от меня будешь? Я чуть с ума не сошёл!

- Не буду...

- Не буду, - передразнил его Илья и покрепче прижал ксебе. Подумал и поцеловал во влажную щёчку. Но всё-таки решил предупредить: -Будешь хулиганить - буду наказывать. Я не мама, - зачем-то добавил он.

Свою тележку они обнаружили там, где Илья её иоставил, у прилавка с мясной продукцией. Усадил ребёнка на сидение, Ванька дажепоспорить не рискнул, и они поехали к кассе. Илья наблюдал за мальчиком, оченьбыло интересно, как тот поведёт себя дальше, но Ванька продолжал иногдавсхлипывать и больше ничего не просил. Даже заговорить не решался. Только когдаувидел у кассы свой велосипед, смешно всплеснул руками и приоткрыл рот. Ильяулыбнулся.

- Мы его купим? - шёпотом поинтересовался Ванька,когда Говоров взял его на руки, чтобы вынуть из тележки и опустить на пол.

- Купим. Если ты мне пообещаешь, что больше такогомне устраивать не будешь. В виде исключения - купим.

Выслушав все клятвенные обещания, которые Ванькатолько знал, Илья расплатился, и они, наконец, вышли из магазина, нагруженныепокупками. То есть, это Говоров был нагружен пакетами, а Ванька с важностьюкатил велосипед.

Всю дорогу до дома Илью мучили мысли об ужине.Продуктов-то они накупили много, на любой вкус, как говорится, но их ведь ещё иприготовить как-то надо, а вот с этим проблема. Глянул в зеркало на Ваньку. Тотсмотрел в окно и что-то напевал себе под нос. Илья расслышал что-то вроде:"У меня есть велосипед, синий велосипед..." и не сдержал улыбки.Потом спросил:

- Ванька, ты пиццу любишь?

Мальчик посмотрел с интересом и всерьёз призадумался.

- Наверное.

Говоров удивился.

- Ты никогда не ел пиццу?

Он покачал головой, а Илья хмыкнул.

- Кажется, самое время попробовать, - сказал он исвернул к итальянскому ресторану. А сам прикидывал, побьёт его Ксения за такиефокусы или смилостивится?

Правда, ужинать в ресторане Илья не рискнул. Зал былпереполнен, всюду попадались знакомые лица, и в итоге, они взяли пиццу, салатови отправились ужинать домой. Потом Говоров такому решению только порадовался,потому что Ваньке настолько новое кушанье понравилось, что он перевозился впицце весь с головы до ног.

И снова стал невероятно покладистым. Видимочувствовал свою вину за произошедшее и не отходил от Ильи ни на шаг. Всяческипытался привлечь его внимание, и Говоров к концу вечера здорово утомился - играть,читать, следить за тем, чтобы ребёнок не грохнулся с велосипеда, когда Ванькапытался прокатиться на нём по прихожей... От пиццы его пришлось отмывать, ибольше получаса они провели в ванной. Оттуда Говоров вышел взмыленный и сырой,словно его прямо в одежде в воду окунули. Посмотрел на часы. Время укладыватьребёнка спать.

Перед сном снова позвонили Ксении, причём Ванькапостоянно опасливо косился на него, видимо боялся, что Илья расскажет ей ослучае в магазине. Но Говоров промолчал. Знал, что достанется больше ему, чемВаньке. Ксения, конечно, ругаться и кричать не станет, но выносить еёнастороженные, недоверчивые взгляды ещё хуже. Вот так и появился у них сВанькой большой секрет. Для их маленькой компании.

Перед сном включил Ваньке мультики и указал на часы,пояснив через сколько телевизор и свет выключается. Ребёнок безропотносогласился.

- А ты куда? - перепугался Ванька, когда Ильясобрался выйти из комнаты, оставив его одного. - Ты не уйдёшь?

- Ну, куда я уйду? - Илья присел на его постель иподоткнул ему одеяло. - Я на кухне посижу, поработаю. А ты спи.

Ванька завозился под одеялом. Закрыл глаза и кивнул,успокоившись.

Выйдя из комнаты и тихо прикрыв за собой дверь, Ильянеожиданно почувствовал себя свободным, как ветер. Это ощущение длилось всегопару секунд, но было настолько упоительным, что в голову неожиданно пришламысль: что возможно ради этого и стоит жить. Вот ради такой секунды, а не самойсвободы.

Уселся на кухне, включил ноутбук, отпил из стаканапиво, радуясь одной мысли: что у него появилось немного времени для себя,пощёлкал по клавиатуре, продолжая ощущать удовлетворение, а уже в следующуюсекунду понял, что ничего не хочет. Ни времени для себя, ни работать, ниразвлекаться. Хочет лечь и уснуть. И не просыпаться до самого утра.

Зевнул и почесал затылок.

Странно всё, конечно, но и польза есть несомненная.Перестал безрезультатно отыскивать смысл в своей жизни. На это теперь простонет времени. А дел столько, что от усталости он едва на ногах держится.