Мама для Одуванчика - Анна Мишина

И снова этот чертов будильник. Я его ненавижу. И все, что связано с пробуждением в такую рань.

Если Варя встала с плохим настроением, и к этому ужасу еще добавится подъем не с той ноги, то это будет настоящая катастрофа. А этого допустить нельзя. Поэтому, поднявшись в постели, я какое-то время просто думаю, с какой ноги встать. Вот действительно, докатилась…

Что ж, поход рассчитан на целые сутки по времени. Значит, завтра я вернусь, в лучшем случае, к обеду. Нужно бы все тщательно перепроверить перед выходом из дома. А в особенности проверить, закрыты ли краны, а то с моим везением и рассеянностью мне сейчас только затопить соседей не хватало.

После душа я первым делом начинаю собирать сумку, в которую попадают спортивный костюм, теплая кофта, теплые носки. Тут же готовлю резиновые сапоги. А для поездки готовлю джинсы, футболку, кроссовки и джинсовку с кепкой. Вспомнив про живность, что может подпортить отдых, в сумку кидаю несколько видов репеллентов. Палатку и спальный мешок обещала захватить Оля. Девушка тоже вызвалась сопровождать нас в походе в качестве моего помощника. Вообще не представляю, что бы я делала без поддержки своей новой знакомой, болтушки Ольги. Даже план самого мероприятия, неопытная, я свалила на ее плечи. Хотя новая подруга и не протестовала, уверяя, что для нее это радость.

Спустя несколько часов сборов и встречи с Олей, которая приехала за мной на своей маленькой красной машинке, мы отправились на озеро, к месту, где предполагалось разбить лагерь. Все нужные продукты закупили по дороге. А основным провиантом нас снабдили в школе. Ну, и накануне было разделение между родителями учеников, и каждый четко знает, что должен привезти с собой.

В общем, все готово и отлажено, кажется, лучше некуда, но внутри все равно отчего-то гулял мандраж.

— Ты волнуешься, — улыбается Оля, не спрашивая, а утверждая.

Неужели это так сильно заметно?

— Конечно, — даже не собираюсь отпираться. — Это жутко до дрожи в коленях. Я никогда не выезжала на такие мероприятия. А тут еще и дети. Еще и их родители. Хорошо, что с нами едет еще пара преподавателей хоть и со своими детьми, — откидываюсь на спинку кресла и пытаюсь успокоить себя, хотя бы мысленно. В самом деле, это обычный поход, что может пойти не так?

— Перестань трястись. Я рядом!

— Ага, а еще Ксения, которая то и дело косо на меня поглядывает. Будто я ей дорого не то что перешла, а перебежала, еще и туда-обратно с пустыми ведрами наперевес, — выдаю волнительную тираду, на что Оля заливисто смеется.

— Будет весело, — улыбается девушка.

Если бы я знала, как она будет права… и это “весело” я долго не смогу забыть.

Оставшуюся часть дороги Оля вовлекает меня в непринужденную беседу, и волнение немного оседает.

Подъезжая к назначенному месту, замечаем несколько машин. Знакомимся с родителями и советуемся, что где лучше разместить, начиная с полевой кухни и заканчивая местом перед костром для посиделок, которое понадобится большое и просторное, так как нас насчитывается здесь около двадцати пяти человек, если не считать троих учителей. Компания обещает быть шумной, но, надеюсь, приятной. По крайней мере, все родители — открытые к диалогу люди. Каждый со своими заморочками, но неизменно уважительным взглядом и доброжелательной улыбкой.

Определившись с местом расположения лагеря, устанавливаем палатки.

Время бежит незаметно, и я, сама того не замечая, понимаю, как мне здесь нравится. Погода определенно задалась, и солнышко достаточно хорошо пригревает. И я понимаю, что многие из родителей не совсем по погоде одеты. И уже кто-то начинает переодеваться в более легкие вещи. А вот я об этом что-то не подумала и легкие джинсовые шорты сегодня утром проигнорировала. Зря. Очень. Сейчас бы погреть косточки на солнышке, а не париться в джинсе.

После разбивки лагеря дети кучкуются вместе, и мы с Олей подкидываем им занятную игру, вызывая общее оживление и гогот ребятни. Удивительно, но даже некоторые родители присоединились.

Наблюдая за возней детворы, играющей в соловья-разбойника, чувствую, что на меня смотрят, оглядываюсь и замечаю опоздавших. Ася, как всегда, стоит смурнее тучи. А рядом с ней мужчина… видимо, отец. Тот самый Владислав. Отчего-то его голос и имя я запомнила лучше родителей других деток. И этот Владислав смотрит на меня так внимательно, что по спине пробегает холодок, и тут же слегка кидает в жар.

А пока иду к вновь прибывшим, чтобы поприветствовать и позвать Асю играть с детьми, мужчина следит, кажется, за каждым моим шагом.

— Привет, Ася! — обращаюсь к своей ученице.

— Здрасте, — бросают мне, недовольно отворачивая моську. Ну, собственно, другого варианта и не ожидала.

Здороваюсь и представляюсь ее отцу, стараюсь быть вежливой, хоть голос, кажется, немного дрожит, а он все еще продолжает странно на меня смотреть. Это нервирует, и тут же появляется желание поправить волосы и посмотреться в зеркало, а все ли у меня в порядке с внешним видом?

На мужчине джинсы и, по-видимому, легкая кофта, его волосы взъерошены, словно он их все время поправляет. Красивые черты лица. Его нельзя назвать смазливым или приторно-сладким, как того же Дениса. Нет. Совсем нет. Владислав из того типа мужчин, которых отличает грубая мужская красота. Немного хмурые брови и мягкие линии скул, которые прикрывает светлая щетина. Легкий прищур глаз, цвет которых я еще не разобрала, прямой нос, губы… так, стоп, Варя! Ты не должна так разглядывать родителя своей ученицы.

— Здравствуйте, Варвара, — наконец-то отмирает мужчина и пожимает ладонь, которую протянула для приветствия, сама не знаю, зачем. И неожиданно для себя ощущаю, как он проводит большим пальцем по запястью, отчего по коже пробегают мурашки, и я тут же выдергиваю свою ладонь, ощущая, как и без того пунцовые щеки еще больше начинают гореть. — Рад наконец-то с вами познакомиться… — говорит как-то загадочно, словно имеет под этим скрытый смысл.