Забытая ночь - Ксения Суханова

Восемь лет назад. 

- Ник, что произошло? - дрожащим от ужаса голосом спрашиваю подругу, когда мы покидаем чужую, и совсем не знакомую нам квартиру. - Почему ты молчишь? 

Я вижу, что подруге тяжело. Вижу, как её трясет от пережитого, но мне надо знать, что произошло вчера! Внезапно, Вероника поворачивается ко мне и хватает меня за плечи, слегка встряхивая. 

- Пожалуйста, Марианна, никому не говори про это... - тихо произносит девушка, оглядываясь по сторонам. - Тебе все равно никто не поверит. Даже ментам нет смысла рассказывать. Пойдем. - она тянет меня в сторону неприметных хрущевок, где в это время суток никого не было. 

- Почему я ничего не помню? И кто эти люди? - я резко останавливаюсь и убираю руки подруги от себя. - Я что... С тем человеком... Ник? - слёзы наворачиваются на глаза, становится так противно, мерзко на душе. 

- Наверное... Я не знаю, Анька! - растерянно смотрит на меня Ника, кусая губы. - Но я... Ань, я очнулась утром от того, что надо мной пыхтит какой-то толстый мужик, а второй спит рядом... - совсем тихо рассказывает и вытирает слёзы с лица. - Я это так не оставлю! 

- Что ты собралась делать? 

- Не могу рассказать. - она снова берет меня за руки и притягивает к себе, крепко обнимая. - Прости меня... 

Мы долго стояли и обнимались. Казалось, что весь мир ополчился против нас, так страшно и одиноко нам было. 

Дома меня ждали разъяренные родители. 

Надо ли говорить, что как только я переступила порог родного дома, то сразу получила звонкую пощечину от родительницы? 

- За что? - шепотом спросила, схватившись за щеку. Слёз не было, но жгучая обида медленно растекалась по моим венам, лишая возможности думать. 

- Кто тебе давал разрешение на выход из дома? В проститутки заделалась, дрянь малолетняя? - от громкого голоса мамы мне сразу захотелось бежать прочь и закрыть уши руками. Главное - не слышать её. - Андрей, ты погляди как она выглядит: все лицо в косметике, мятое платье... - продолжает причитать женщина. 

- Шлюха. 

Он снова ушёл. Он всегда уходит, не желая вмешиваться в наши с мамой разборки. Хотя, какие это разборки... Крики и побои со стороны матери в перемешку моими слезами. Так было всегда. 

- Если ты еще раз вздумаешь показать свой характер, - она подходит ко мне в плотную и хватает за волосы, задирая мою голову так, чтобы видеть глаза. - То будь готова к последствиям. Пошла вон с глаз моих, Марианна! 

Мама, все также крепко держа меня за волосы, тащит в сторону моей комнаты и буквально вталкивает внутрь, захлопывая за мной дверь. 

Привет, Тюрьма! Давно не виделись. 

Я ненавижу это место. С раннего детства меня запирают в этой комнате за малейший проступок. Разбила кружку? Только попробуй показаться в течении дня из комнаты и живого кусочка тела на останется. Получила четвёрку? Готовь спину. Папа очень любил наказывать меня с помощью своего ремня с тяжелой железной пряжкой или каким-нибудь проводом. Тем, что потяжелее и оставляет огромные следы. А мама... Ей нет разницы чем наносить удары. Ремень, тряпка, руки... 

Меня могли как котёнка тыкать носом в любую соринку, придавая яркости этому событию с помощью, опять же, чего-нибудь тяжелого. Я привыкла к боли и страху настолько, что когда меня не наказывали неделю, я не могла понять, что сделала не так. Странно? Да. Дико? Очень! 

Я ждала наказания, потому жила с этим всю жизнь и не знаю, каково это, жить по-другому, без боли и ужаса. Возможно, остальные дети после избавления от родителей и боли, которая сопровождала их всю жизнь думают и мыслят иначе, но... Со мной что-то не так. 

В школе многие меня избегают, а некоторые в лицо называют странной или побитой псиной. Я дергаюсь от каждого резкого движения и ожидаю удара. А девочки из класса... Они видят, что я постоянно в синяках, что от некоторых ссадин остались шрамы и остерегаются. 

Мои родители считают, что ребёнка нужно воспитывать в жёстких рамках, чтобы у него не было и помысла о грешных поступках. Дочь должна следовать указам родителей, пока не вступит в законный брак. С того момента её воспитанием занимается муж и его семья. 

То, что родители перешли черту я поняла ещё в начальной школе, когда во время переодевания после урока физкультуры не увидела синяков у остальных девочек. Мои же бедра и спина были полностью изуродованы этими мерзкими полосами. И какой для меня был шок осознать, что ЭТО не норма, как объясняла ранее мама. 

А сейчас... Сейчас я чувствую, что заслуживаю наказание. Мне противно даже думать о том, что произошло этой ночью. Если родители узнают, то меня ждёт вечность в этих четырех стенах. Это мне еще оценку по химии не припомнили, что довольно таки странно... 

Весь последующий день я боялась выйти из комнаты и натолкнуться на кого-нибудь из родителей. Желудок жалобно урчал, требуя пищи, в горле пересохло. Когда я в последний раз ела? 

Вчера утром, усужливо подсказала мне память. И ведь точно, перед вручением аттестатов я съела пару ложек овсянки и выпила стакан холодной воды. А потом... С Никой время летит очень быстро и мы даже не вспоминали про еду. Но были напитки. 

Как можно быть такой беспечной? Что было в тех коктейлях и почему я проснулась в постели с незнакомым мужчиной? 

Я ничего не помню и это сводит с ума. Еще и страх за подругу, который сковывает, словно 

К вечеру, когда я была готова потерять сознание от дикого голода и болей в животе, в мою спальню вошла мама, открыв дверь ключом. Им нравилось контролировать каждый мой шаг даже в пределах квартиры. С каждым разом мне все больше и больше начинает казаться, что я для них - один из научных экспериментов. 

- Завтра мы идем в школу к одинадцати утра. Будь добра привести себя в подобающий вид. 

- Зачем? - но ответом мне стала звенящая тишина и хлопок двери. 

Мама - врач-генетик. Она обожает свою работу и хочет, чтобы я пошла по её стопам. А папа ей потакает, считая, что эта профессия сделает мне шикарное будущее. Он же, является адвокатом в частной фирме и также одержим своей работой, как и мама. Единственное, о чем разговаривают родители - работа. Они деляется своими успехами, достижениями, забывая о том, что всегда рядом нахожусь я. 

Пустое место. 

Когда мне было лет десять, всегда думала о том, как долго я буду жить в клетке словно животное? А потом привыкла. Я не знаю другой жизни. 

Нормальные мысли для десятилетнего ребёнка?