Плесните любви, пожалуйста! - Джеки Коллинз

Флинн вернулся в Афганистан – в страну, которая уже почти пятьдесят лет не знала покоя, но именно там он странным образом чувствовал себя на своем месте. Серьезный политический ежемесячник заказал ему статью об одном из лидеров повстанцев, и Флинн с воодушевлением работал над этим непростым заданием. Жил он в кабульском отеле вместе с другими журналистами, съехавшимися сюда со всего мира. Царившая среди них атмосфера товарищества и профессиональной солидарности оказалось именно тем, в чем он нуждался больше всего. Пишущей братии было наплевать на то, что произошло с ним в море Кортеса несколько месяцев назад. Только одна журналистка поинтересовалась, как выглядит Бьянка в реальной жизни, но он принялся описывать яхту, и она отстала.

Флинн провел в Афганистане несколько недель, а когда статья была готова, вернулся в свою парижскую квартиру.

Сьерра не писала и не звонила. Стало совершенно очевидно, что она не хочет поддерживать с ним связь. Флинну было больно это сознавать, но он смирился. Если таков ее выбор, что ж, пусть так и будет. Да и ему пора было что-то делать со своим маниакальным увлечением этой женщиной. Наконец-то Флинн начал понимать, что прошлое вернуть невозможно – слишком много прошло времени, слишком много всего случилось.

Потом ему позвонил Александр и попросил выследить человека, стоявшего за нападением на «Бьянку». Он обещал заплатить ему за это любые деньги, но Флинн ответил:

– Мне не нужно твоих денег, Саша, но я обещаю сделать что смогу.

У него еще оставались кое-какие связи в Эйле, и все же расследование обещало быть достаточно долгим и сложным.

– Хван со мной, – добавил Александр. – Я должен был тебе это сказать. Надеюсь, ты не в обиде?

– Нисколько, – заверил его Флинн. – Я всегда считал, что вы будете отличной парой.

После возвращения в Париж Флинн несколько раз встречался с Май. Их отношения носили нерегулярный характер, но его это вполне устраивало.

Пока устраивало.

Теперь он точно знал, что где-то наверняка есть женщина, которая предназначена ему судьбой, и Флинн верил, что рано или поздно обязательно ее найдет.