Знатная плутовка - Ширли Басби

Николь собиралась возразить, но он жестом остановил ее и продолжал:

– Послушай внимательно, что я тебе скажу, Ник. Ответом ему послужила гримаса, явно не подобающая леди. Николь уселась на стоявший неподалеку диванчик и пробурчала:

– Оставили бы вы меня в покое! Я вполне довольна своим положением и никого не прошу вмешиваться.

Не обращая внимания на ее сердитый тон, Ален присел рядом и Примирительно заговорил:

То, что я тебе предлагаю, тебя не ущемит, скорее поможет. Рано или поздно тебе надо осознать себя девушкой и научиться соответственно себя вести. Мы с Мартой тебе в этом поможем. Если тебе снова пред стоит занять подобающее место в обществе, то не явишься же ты в свет в матросских штанах! Подумай над моими словами! – закончил он строго.

Губы Николь плаксиво скривились. Она была готова сорвать с себя платье и броситься прочь отсюда. Но что-то, может быть обычный здравый смысл, удержало ее. Ален говорил правду, этого нельзя было отрицать. Николь старалась не думать о возвращении домой. Она просто знала, что однажды вернется, вышвырнет Маркхэмов вон и заживет припеваючи. Но теперь она поняла, что с Аденом нельзя не согласиться. Ей из-за этого на мгновение даже расхотелось возвращаться в Англию. Насупившись, она спросила:

– Так что же именно вы собираетесь делать? Ее колебания вызвали у Алена улыбку. Какой же она все-таки ребенок! Впрочем, нет, уже не ребенок Даже сейчас, босоногая и обиженно надувшаяся, она выглядела очаровательной девушкой. Но ее природа претерпела столько наслоений, что Ален понимал: перед ним стоит нелегкая задача. Он надеялся, что сумеет пробудить в ней стремление занять достойное положение – положение знатной дамы. Старательно подбирая слова, он ответил:

– Мыс Мартой решили: тебе надо почувствовать к себе отношение как к женщине. Если не возражаешь, каждый раз, когда мы будем бывать здесь. Марта станет исполнять роль твоей служанки, а мы с Йеном будем обращаться с тобою как с леди. Для тебя это будет в диковинку, но не сомневаюсь, что тебе понравится. По крайней мере, ты ничем не рискуешь.

Николь согласно кивнула. Она не могла найти изъяна в словах Алена, но сомнения не оставляли ее. Что толку учиться быть леди, если непонятно, когда и как удастся применить эти навыки? Она посмотрела на Йена, на Марту, перевела взгляд на Алена. На их лицах была написана искренняя заинтересованность. В конце концов она решила: раз они так серьезно это принимают, пусть так и будет. Почему бы и нет?

В последующие часы она поняла, что новое положение может быть поистине приятным. Ален был неподражаем. Он одаривал Николь изысканными комплиментами, заставляя ее с непривычки смущаться и краснеть. Йен и Марта вели себя так, как будто у них в гостях была знатная дама. Единственное, что не очень нравилось Николь, это то, когда они поправляли ее, если она допускала не слишком деликатные выражения или, например, разваливалась в кресле совсем не в светской манере. И еще Ален посмеивался, когда она то и дело смотрелась в зеркало.

Но Николь не могла удержаться, ее отражение действовало завораживающе. Снова и снова она поворачивалась к зеркалу, чтобы убедиться: девушка напротив – это она сама.

Ален был доволен результатом, но держал свои мысли при себе. Ей предстоит пройти еще долгий путь к совершенству. Но сегодня, по крайней мере, был сделан первый шаг. Алену уже в который раз захотелось уговорить ее остаться у Йена и Марты. Им это было бы очень приятно. И хотя домик сторожа на плантации – не самое лучшее место для Николь, жить там все же гораздо спокойнее, чем находиться на борту каперской шхуны под надзором Сэйбера.

Ален был бы еще более удовлетворен, если б видел, с какой сердечностью Николь благодарила Марту. Ей очень не хотелось переодеваться. У нее даже зародилась безумная мечта показаться в этом платье капитану. От этой мысли ей стало не по себе, и она в тот, вечер долго не могла уснуть, ворочаясь в своем гамаке.

Сегодняшний день пробудил в ней полузабытые чувства. Она старалась не вспоминать о своей прежней жизни в образе мисс Николь Эшфорд, но сегодня воспоминания нахлынули на нее, живые и яркие, словно еще вчера она была рядом с родителями и братом. И зачем только Ален смутил ее! Если б не его затея, она, может быть, и дальше плыла бы по воле волн, не зная душевных терзаний.

Как ей теперь жить? Грубая одежда, которая была на ней, составляла почти все ее имущество. Ее доля в пиратской добыче была ничтожной, и никаких сбережений у Николь не было. Он просто жила сегодняшним днем, как божья птаха.

Ей вдруг подумалось, что возвращение в Англию может быть сопряжено со многими неожиданными затруднениями. Недостаточно просто явиться в родной дом. Ей еще предстоит доказывать, что она – Николь Эшфорд и огромная собственность принадлежит ей.

Она беспокойно ворочалась в гамаке. Черт бы побрал этого Алена! И зачем он все это затеял? Она преспокойно жила и знать не знала обо всех этих платьях, лентах, румянах… Ей нравилось купаться в море и носить холщовые штаны. А теперь она узнала запах лавандового мыла, нежную мягкость платья. Нельзя сказать, что это было ей неприятно. Николь совсем запуталась в своих противоречивых чувствах…

Наконец спасительный сон сморил ее.