Уроки обольщения - Николь Джордан

— С вашего позволения, миледи, я принесу вам теплой воды для умывания и разожгу огонь в камине. Вечером в доме прохладно, — сказала экономка. — Будете пить чай здесь или в гостиной?

— Я бы хотела прежде всего познакомиться с мисс Оливией, — ответила Ванесса.

— Я вижу, вы прибыли без служанки, миледи. Я пришлю к вам горничную, она поможет вам переодеться к ужину.

— Буду вам очень признательна!

Когда экономка ушла, Ванесса подошла к окну и нахмурилась: вот уже в который раз выяснилось, что Дамиен Синклер обладает тайными способностями. Ее смущало, что она не понимает, радоваться ей в связи с этим или огорчаться.

Когда Ванесса умылась и переоделась, экономка повела ее во флигель, где находились спальные покои Оливии. Шторы на окнах были задернуты, в комнате царил полумрак. Дамиен сидел у кровати больной. Но при появлении гостьи встал и сказал:

— Леди Уиндем, позвольте представить вам мою сестру. Ванесса приблизилась к кровати, на которой лежала изможденная девушка, и промолвила:

— Я рада с вами познакомиться.

Оливия обернулась, но ее бледное лицо оставалось безучастным. Скользнув по незнакомке безразличным взглядом, Mia отвернулась, так и не произнеся ни слова.

— Вы не могли бы оставить нас на минуту одних, барон? — спросила Ванесса.

— Как вам угодно, — ответил он, нахмурившись, и вышел. Ванесса присела на стул и дружелюбно сказала:

— Мне кажется, что мы быстрее найдем общий язык в отсутствие вашего брата. Он вас угнетает своим строгим обликом. Я угадала?

— Многие люди тоже так считают, — бесцветным голосом ответила девушка, не оборачиваясь.

— А. вы нет? Впрочем, вы знаете его с детства…

— Послушайте, леди Уиндем, — перебила ее Оливия. — Я понимаю, что Дамиен привез вас сюда из добрых побуждений, но ни сиделка, ни компаньонка мне не нужны.

— Возможно, — легко согласилась Ванесса. — Пожалуй, окажись я на вашем месте, я бы тоже не захотела ни с кем знакомиться и общаться. Но мне почему-то кажется, Оливия, что мы с вами непременно подружимся.

— Не хочу показаться невежливой, леди Уиндем, но я не люблю навязчивых людей. Мне не нужна подруга. Я не нуждаюсь ни в чьем обществе.

— В таком случае я могла бы просто иногда проведывать вас. Я пробуду в усадьбе довольно долго и буду рада поболтать с вами или почитать вам книгу. Согласитесь, что невыносимо все время быть одной! — возразила Ванесса. — Можете считать меня своей сестрой.

— У меня никогда не было сестры.

— А у меня их две, и обе младшие. Знаете, вы чем-то мне напоминаете мою сестренку Фанни. Она тоже брюнетка. Вот только я не могу разобрать в темноте, какого цвета ваши глаза. Тоже серые, как у брата?

— Нет, голубые, — неохотно ответила Оливия.

— Я вам завидую! Мне тоже хотелось бы иметь голубые глаза! — воскликнула Ванесса. — Но у меня они карие, как у лошади. Из-за этого мой брат в детстве дразнил меня ослицей. Кстати, у меня для вас есть подарок. — Она наклонилась и протянула девушке книгу в дорогом кожаном переплете и с золотым обрезом. Книга стоила очень дорого, но Ванессе хотелось хоть чем-то порадовать прикованную к постели девушку. — Можно зажечь лампу, чтобы вы прочли название?

— Да, пожалуйста!

Ванесса зажгла светильник, и Оливия, взглянув на титул книги, охнула от восхищения: ей давно хотелось иметь томик сонетов Уильяма Шекспира.

— Спасибо, леди Уиндем!

— Называйте меня просто Ванессой.

— Хорошо. Благодарю вас, Ванесса!

— Вы любите Шекспира?

— Обожаю! Это чудесный подарок!

— Я с удовольствием почитаю вам вслух, когда у вас будет лирическое настроение, — предложила Ванесса.

Оливия внимательно посмотрела на нее и заметила:

— А вы очень настырны!

— Вы правы, — с улыбкой призналась Ванесса. — Не зря же в детстве меня прозвали упрямой ослицей.

Оливия улыбнулась, впервые за долгое время, и спросила:

— Где вы достали это чудесное издание?

— В книжной лавке Хэтчарда в Лондоне. Если хотите, я отведу вас туда, когда вы в следующий раз поедете в Лондон.

— Я сомневаюсь, что когда-нибудь снова туда выберусь!

— Отчего же? Ваш брат собирается вывезти вас в Лондон на следующий светский сезон, — сказала Ванесса, прибегнув к спасительной лжи, чтобы поднять у собеседницы настроение. Она была уверена, что Дамиен не осудит, а даже похвалит ее за находчивость.

Оливия удивленно взглянула на нее и с упреком воскликнула:

— Разве это возможно? Ведь я не в состоянии не только танцевать, но даже ходить!

Ванесса взяла ее за руку и наставительно промолвила:

— Я не могу судить, насколько велики ваши страдания, но знаю наверняка, что не надо сторониться людей, желающих вам помочь.

— Разве Дамиен не рассказывал вам, что со мной произошло?

— Он сказал, что вас постигло несчастье, которого вы не заслуживаете.

— По-моему, он сердится на меня за мое неразумное поведение!

— Вовсе нет! Скорее, он корит себя за то, что не уберег вас. Барон вас обожает и готов ради вас на все, — заверила ее Ванесса.

— Вы заблуждаетесь! Он совершенно не уделял мне внимания, пока не случилось это несчастье, — дрожащим голосом возразила Оливия. — Я всегда страдала от одиночества.

— Он сожалеет и об этом. Но вы вовсе не одиноки, смею вас заверить! Слуги души в вас не чают. Да и подруги у вас тоже наверняка есть, не так ли?

— Поначалу они навещали меня, но потом я их всех отвадила. Мне не хочется, чтобы они видели меня такой, — со слезами на глазах призналась девушка.

— Я вас понимаю, — сочувственно кивнула Ванесса. — Окажись я в вашем положении, я тоже бы так поступила. Ведь бороться за счастье так трудно! Гораздо легче смириться со своей участью, покориться судьбе-злодейке, внушив себе, что тебе не суждено вернуться к нормальной жизни. Вот только поступать так нечестно.

— Нечестно? — Оливия недоуменно вскинула брови.

— Да, нечестно по отношению к вашему брату! Вы, наверное, и не догадываетесь, как он убивается, укоряя себя за то, что позволил этой беде случиться.

— Но он ни в чем не виноват!

— В этом вам не удастся его убедить, — сказала Ванесса. — Пока он не перестанет считать, что не может вам помочь, он будет мучиться и страдать.

На лице Оливии отобразилось смятение.

— Я не хочу, чтобы брат страдал из-за меня, — промолвила она после непродолжительного раздумья.

— Тогда вам нужно согласиться на лечение, которое предлагает вам нанятый им врач. Даже если вы почувствуете незначительное облегчение, барон воспрянет духом, убедившись, что ваше положение не безнадежно. Да и вам процедуры наверняка пойдут на пользу! Я вижу, вы устали, вам нужно отдохнуть. Не стану вас утомлять, пойду. Если хотите, я потушу лампу.