Прекрасная притворщица - Сьюзен Джи Хейно

Джулия дрожала. Теперь у нее было одеяло, но оно ничуть не согревало. Боже, что она наделала? Она ничего не знала о планах Фицджелдера насчет семьи Растмура. И лгать об этом настоящее безумие!

Но она просто не могла позволить Энтони уйти. Если он уйдет, его скорее всего убьют. И что будет с бедной Софи? Как Джулии найти ее без помощи? Нравилось ей это или нет, но нужно было удержать Растмура хотя бы сегодня.

Как все запуталось! А может, и нет. Она была счастлива, что теперь он смотрел на нее с любопытством и, главное, не пытался уйти. Очевидно, его крайне заинтересовали ее слова. Кажется, ее выдумка его зацепила.

— Что он замышляет, Джулия? — спросил он.

Отличный вопрос, если бы только у нее был на него ответ! Что ж, отец учил ее импровизировать. Самое время продемонстрировать свои умения.

— Фицджелдер? Он… ему что-то известно, — осторожно произнесла Джулия.

Энтони смотрел на нее, изогнув бровь. Скорее всего, она угадала: Фицджелдеру действительно было что-то известно. Разумеется, она не знала, что именно, и это осложняло дело.

— Ты о секретных бумагах? Мать не зря беспокоится, я прав? — закончил Растмур за нее.

Секретные бумаги? Его мать? Что, ради всего святого, мог Фиццжелдер иметь общего с его матерью? Что ж, интересно. Судя по выражению лица Растмура, это что-то очень важное. И способно навредить. Неужели какая-то семейная тайна угрожает честному имени Растмуров? Что же это может быть?

Что-то шокирующее и грязное, предположила она. Подобное всегда случается со сливками общества. Что ж, неприятности леди Растмур для нее, Джулии, обернулись удачей. Она позаботится о том, чтобы сегодня Энтони не уехал из гостиницы без нее.

— Да, Энтони, — она понизила голос до вкрадчивого шепота, — он что-то узнал об этих секретных бумагах.

Это было именно то, что нужно. Глаза Растмура потемнели.

— Черт побери! Он упоминал об этом еще три года назад, но я не хотел ему верить.

Он провел рукой по волосам и окинул взглядом комнату. Джулия почувствовала, что он напряжен, и ей захотелось дотронуться до него и успокоить. Но она сдержала свой порыв.

— Чего он хочет? — наконец спросил Энтони.

— Ну… чего хотел всегда.

Растмур фыркнул:

— Денег, разумеется! Этот негодяй — настоящая бездонная бочка. Полагаю, он надеялся, что, женившись на тебе, поправит свои дела, глупец. Он не получил того, чего ожидал, не так ли?

— Не получил, — сказала Джулия, решив ограничиться только этим. Лучше сменить тему. — Он все еще ненавидит тебя за то, что ты наследник.

Это все, что ей было известно.

— Пусть ненавидит, — прорычал Растмур. — Закон есть закон. Если бы его отец женился на его матери вместо того, чтобы произвести на свет еще одного бастарда, тогда титул деда перешел бы к нему. Не моя вина, что его отец был негодяем, а мой — нет.

Всем было известно о причинах вражды между Растмуром и его кузеном. Фицджелдер всегда завидовал происхождению Растмура и настаивал, что титул должен принадлежать ему, поскольку его отец был старше отца Растмура. Джулия слышала, что он даже пошел на подделку церковных записей, чтобы доказать законность брака родителей Фицджелдера. Однако у него ничего не вышло. Тогда он принялся распускать слухи о незаконном происхождении самого Растмура. Но и здесь его происки оказались столь же безуспешными. Фицджелдеру же не оставалось ничего другого, кроме как сжать зубы и пытаться сделать жизнь кузена невыносимой. Надо сказать, он в этом преуспел.

— Но при чем здесь ты, Джулия? — вдруг спросил Растмур. — Каким образом это касается тебя? Очевидно, шантаж кузена тебе выгоден?

— Выгоден мне?

— Ты его жена, в конце концов. Поэтому и помогаешь ему.

— Помогаю ему? Я не помогаю ему!

— Не принимай меня за идиота. Я отлично вижу, чего ты добиваешься. Он послал тебя, чтобы ты нашла меня, не так ли?

— Разумеется, нет. Я сказала тебе, что подслушала его разговор случайно.

— Прости, но мне нелегко поверить твоим словам. Если ты приехала, чтобы предупредить меня, то к чему этот маскарад? Этот обман? Нет, это как раз в стиле Фицджелдера. Он мог подумать, что в мужской одежде тебе будет легче подобраться ко мне, а потом будет слишком поздно, и я паду жертвой твоих чар. — Он остановился и окинул ее взглядом. — Полагаю, твой муж лучше, чем кто-либо, знает, как сложно против тебя устоять.

Энтони не хотел, чтобы его слова прозвучали как комплимент, но все же щеки Джулии заалели.

— Он не знает, что я здесь, — заверила она его. — Он думает, что я умерла.

Растмур приподнял бровь:

— Неужели?

Она кивнула:

— Он не имеет понятия о том, что я здесь.

Он придвинулся ближе, и Джулия крепче сжала одеяло.

— Так он не послал тебя заманить меня в ловушку?

Она покачала головой:

— Я приехала предупредить тебя об опасности.

— А маскарад?

— Чтобы Фицджелдер меня не узнал.

Энтони провел пальцем по ее подбородку и изгибу шеи. Джулия вздрогнула, ужасаясь тому, что готова слаться.

— Так он сейчас не сидит где-нибудь со стаканом, гадая, не уложил ли я еще тебя в постель?

Она снова покачала головой.

— И он не смеется над тем, как легко ты меня покорила?

Джулия хотела заговорить, но не могла: она перестала дышать, когда он провел рукой по грубой ткани одеяла, повторяя очертания ее груди.

— И он не проклинает себя за то, что отпустил тебя, и я могу сделать с тобой то, на что у него никогда не хватало пороху?

— Нет, Энтони.

В его глазах сверкнули лед и пламя, когда он встретился с ней взглядом.

— Тогда он подонок и глупец.

Джулия не поняла, кто из них сделал первое движение, но через мгновение она уже прижималась к Растмуру и он покрывал жадными поцелуями ее лицо. Джулия сдалась добровольно, и одеяло, разделявшее их, скользнуло вниз.

Джулия застонала, когда Энтони навалился на нее. Он целовал ее и ласкал так, словно его жажда была неутолимой. Раздвинув коленями ее бедра, он на несколько мгновений остановился, возясь с брюками. Джулия сделала движение, чтобы помочь, но Энтони не нужна была помощь, это стало ясно, когда мгновение спустя он вошел в нее. У нее вырвался изумленный возглас. Так безнадежно желая его последние несколько лет, она, тем не менее, была не готова.