Вспомнить нельзя забыть - Галина Щербакова

Поезд подъезжал к Берлину. Сердце билось радостно и спокойно. Он обнимал ее за плечи. Сильный любящий мужчина.

«Ты права, мама, – думала она, – я жива».

Откуда он знает ее мысли? Но именно в этот момент он дунул ей в макушку и поцеловал ее.

«Моя единственная», – сказал он. А про себя добавил: «И никакая другая…»

Однолюбом оказался и кот Мой. Он ушел от Марины, когда та в сердцах сказала: «Навязался, гад, на мою голову». Он выскочил в открытую дверь, и поминай как звали. Коты не задумываясь покидают территорию нелюбви. В отличие от собак и людей. И кто тут лучше? Или хуже? Или как?..

А через две недели Москву накрыли ветры. Они вырывали деревья и сбрасывали с мостов машины. На Ленинградке рухнула абсолютно новая только что освященная автобусная остановка. Люди едва успели выскочить, но одного мужчину накрыло мигом, и осколком стекла его распороло пополам. Он кричал и матерился как резаный, но в данном случае это не было «как», он таким и был. Он и помер в мате, не дождавшись «Скорой». И люди сказали – пьяный. Ведь все же извернулись, когда дурья остановка закачалась.

Этим истинно русским объяснением и успокоились. Пьянство у нас в ответе за все, что при нас. А некто умный даже добавил:

«Это наше все – веселие пити. Завсегда с нами, от самого принятия веры».

А погибший был, между прочим, трезвехонек. Значит, веселие пити было не при чем.