Браки совершаются на небесах - Дарья Волкова

Кристина возвращалась к их переписке и перечитывала его сообщения. Вспоминала их разговоры при личных встречах. Рассматривала то самое, их совместное фото — его прислала Кристине Вероника.

Рядом с ней на снимке был мужчина. Умный, с хорошим чувством юмора, с прекрасной выправкой и внешностью актера золотого века Голливуда. А еще он обладает интересной профессией, позволяющей ему перемещаться по всему миру и требующей от человека нетривиального набора личных качеств. Все это в совокупности делало из Марка Леви очень притягательный объект для многих и многих женщин. А Кристина не обратила бы на него ровным счётом никакого внимания. Потому что этого внешнего лоска насмотрелась за свои двадцать пять лет столько, что он не вызывал совершенно никаких эмоций, кроме равнодушного и недоуменного пожимания плечами.

Ну, в самом деле, что в этом такого особенного? Ну, умный, Ну, красивый. Ну, пилот авиалайнера.

Кристина вспомнила диалог героев культового мультфильма:

— Ведь я – умный, красивый, в меру упитанный мужчина! Ну, в полном расцвете сил!

— Да, но на телевидении этого добра хватает без вас!

— Но ведь я же ещё и талантливый!

У Марка Леви не было такого таланта, как у героя этого мультфильма. У него была Вероника.

Кристина поняла, что не может дальше лежать — и встала. Подошла к окну.

Вероника. Ребенок с синдромом Дауна. Потрясающе светлая, на самом деле солнечная девочка. Удивительный человечек, в котором не было ни капли лжи и притворства. Кристина осознала вдруг, что за эти недели она привязалась к девочке.

Их общение началось с того, что Вероника стала фанатом Кристины. А теперь… теперь Крис поняла, что она, именно она сама нуждается в этом общении — бесхитростном, искреннем. Она подсела на это — и дело вовсе не в том восторге, которым светились глаза Вероники. И даже не в том, что осознание того, что их общение делает Веронику счастливой — все-таки очень приятное такое чувство. Да, оказывается, это дико приятно — делать кого-то счастливым. Кристина, кажется, оказалась в такой роли впервые. Ну, по крайней мере, осознанно.

Крис вспомнила вдруг девочку, которой давала автографы в кофейне — в тот день, когда она впервые познакомилась с Вероникой. И, словно сравнивая, восхищенные глаза Вероники, детские, но такие крепкие руки и «Моя любимая Христина». Безусловно, быть объектом такого восхищения и делать своего фаната счастливым — это очень приятно.

Но было что-то еще. И это «что-то еще» казалось не менее важным. Рядом с Вероникой Кристине было хорошо. Удивительно хорошо, покойно, как-то… Как никогда и не с кем раньше. Крис пока не могла понять, что это такое. Но отказываться от общения с Вероникой не хотела.

Она снова взяла в руки телефон.

Кристина: Привет. Я завтра лечу в Москву из Лондона. Пробуду там три дня. А где реактивные моторы носят вашу прекрасную тушку, командор?

Марк: А я в другом полушарии.

Кристина: Западном?

Марк: Южном.

Кристина: Вернешься в Москву не скоро?

Марк: К моменту моего возвращения тебя там уже не будет, как я понял(((

Кристина: И мне жаль. Я хотела увидеться с Вероникой.

Он долго не отвечал. Хотя до этого ответные сообщения приходили мгновенно. Кристина поняла, что начинает волноваться. Отошла от окна, сделала несколько шагов от одной стены до другой. Оказывается, у нее очень тесный номер!

Телефон пиликнул.

Марк: Если хочешь, я предупрежу Анну Борисовну и Соню. Съезди без меня. Вероника будет очень тебе рада.

Кристина: Спасибо!

Она потом несколько раз перечитала этот диалог. Во время этого перечитывания пришло еще одно сообщение от Марка.

Марк: Я подписал и отослал разрешение на посещение. И вот контакты Анны Борисовны и Сони. Тебя там очень ждут.

Кристина не пойми с чего вдруг шмыгнула носом. Пару раз моргнула, фокусируя зрение. И набрала:

Кристина: Ты лучший на свете командор.

Марк: Ты самая прекрасная на свете фея.

Эти слова она потом много-много раз повторяла про себя.

А Марк в то же самое время задавал себе вопрос о том, правильно ли он поступает. Его не покидало ощущение, что он окончательно утратил контроль над ситуацией. Над ситуацией, которая напрямую касалась его дочери!

Марк замер перед окном гостиничного номера. Прикрыл глаза. В училище им один из преподавателей из числа старой гвардии рассказывал про шестое чувство. Шутил, что шестое чувство есть у каждого пилота, но никто не знает, где оно располагается. Но, мол, «Жопой чую!» — вполне себе точное описание. А потом, посерьезнев, говорил о том, что это самое шестое чувство нарабатывается годами и остается на всю жизнь.

К тридцати четырем годам Марк Леви начал чувствовать проблески проявления того, о чем говорил преподаватель. Марк пока не мог это формализовать, но все чаще и чаще он ловил моменты, когда может предугадать развитие, казалось бы, непрогнозируемой, внезапной ситуации. Это касалось в основном работы. Но иногда — не только ее.

Сейчас шестое чувство молчало. Не мигало предупреждающим оранжевым, не загоралось ярким красным. А это значит, что Кристина Кузьменко не представляет для Вероники никакой опасности.

Да и какая от нее опасность? Она же самая прекрасная на свете фея.

Он открыл глаза. Посмотрел на свое отражение. И, резко развернувшись, пошел в душ. Надо пораньше лечь спать. Завтра в рейс.

* * *

К Веронике Кристина поехала на следующий день. А в день прилета, после душа, Кристина, преодолев некоторое внутреннее сопротивление, написала Соне. И поинтересовалась, что можно привезти и чем можно порадовать Веронику. Она сначала хотела спросить об этом Марка, но абонент был недоступен. Кристина представила, как он в это самое время летит где-то на высоте десяти километров высоко в небе над океаном — и странное чувство оторопи пополам с восторгом коснулось ее. Кристина летала бессчётное количество раз, самолет был ей привычен почти как автомобиль. Но каково это: вести эту огромную многотонную машину, подвешенную в воздухе, сознавать, что от тебя зависят жизни пары сотен людей? Говорят, сейчас самолетами управляет автоматика. Но зачем-то же в кабине находится пилот — даже два. Значит, не все делает автоматика.

Соня ответила быстро.

Софья: Можно привезти шоколад (темный) и манго. И то, и другое Вероника просто обожает.

Кристина: А что-нибудь не из еды?

Софья: Что-нибудь красивое) Подсказываю — желательно связанное с «показывать моды».

Кристина: Поняла)

Кристина провела ревизию имеющегося имущества на предмет того, что можно подарить Веронике. Вещей, связанных с «показывать моды», у Крис много. Вопрос в другом — что из этого многообразия можно провезти Веронике, что подойдет двенадцатилетней девочке? Двенадцатилетней особой девочке? В конце концов, выбор Кристины пал на заколку с логотипом известного модного дома. У Вероники длинные густые волосы, заколка придётся кстати. А потом взгляд Кристины упал на знакомую эмблему «Лолику», и она вытащила предмет из груды вещей на полке. И даже рассмеялась от удовольствия. Вот это точно понравится Веронике! Это была холщовая сумка с достаточно провокационной картинкой и надписью — ну а чего еще ждать от Лолы? Но все же все в рамках приличий. По крайней мере, Кристине так показалось. Но она на всякий случай решила проконсультироваться у няни Вероники. Кристина сделала фото сумки и отравила его Соне.