Влюбиться в молодого - Виктория Романова

Олеся немного смутилась от моей похвалы её человеческих качеств, но всё же попросила Гошу принести тяжёлую подшивку. Я видела, что он тоже огорчён тем, что произошло, а вернее тем, чего не произошло. Расстроенный встаёт, и мило улыбнувшись Олесе идёт в архив.

Я сажусь на своё место, горько вздыхаю. Можно конечно и пойти за ним, но мои девочки ведь не дуры, и прекрасно прочувствовали момент. Они не понимают до конца что произошло, но то, что что - то было, они конечно же заметили. Феромоны и остатки сексуальной энергии до сих пор витают в воздухе. Если я сейчас встану и уйду за ним, всем всё станет понятно. Начнутся перешёптывания, какие то разговоры за спиной, догадки будут строиться десятками. Клубок из сплетен выкатиться из нашего отдела и к вечеру превратиться в любимую тему обсуждений всех сотрудников, и мужчин и женщин. Лучше я себя пересилю и посижу. Буквально несколько секунд моего спокойствия словно закрыли этот вопрос. Офис зашуршал бумагами, принтер заработал выплёвывая десятки чьих то копий. Всё напряжение развеялось словно утренний туман. Каждая их женщин не получив подтверждения своих догадок сразу же об этом забыли. Забыли все, но не я. И я вот ещё что вспомнила. Мне вчера лень было идти в самый конец архива к стеллажам с квартальными отчётами, и я его положила на входе, на самой первой полке, Гоша его долго будет искать. Бедный мой мальчик, и без ласки остался, и отчёт искать по пыльным полкам.

Приоткрылась дверь нашего кабинета. Гоша? Так быстро? Нет, это начальник соседнего отдела. Громко сказал  не заходя в кабинет: ”Лена, на планёрку к заму, через пять минут”

“Спасибо Иван Петрович, обязательно буду” - ответила ему.

Встала из- за стола, взяла нужные бумаги и вышла из отдела.

С этими мыслями о Гоше, я о планерке совсем забыла, хорошо Петрович напомнил. Иду, здороваюсь с сотрудниками, думаю о том, всё ли у меня в порядке с работой. Подхожу к двери архива, до начала планёрки остаётся две минуты. Иду дальше. Метр, два, три. Дверь всё дальше за моей спиной. Разворачиваюсь, возвращаюсь, резко и решительно открываю, захожу. Он стоит в растерянности перед стеллажами, нужную папку так и не нашёл. Услышал, что кто - то вошёл, повернулся. Мы снова застываем не в силах отвести взгляд друг от друга. Я стою прислонившись спиной к двери не в силах сделать даже маленького шага навстречу. Он делает один большой, обнимает меня, прижимает к груди.

“Я так долго ждал этого” - шепчут его губы мне на ухо. Слова обжигают, дурманят, уносят к звёздам и делают счастливой.

Мужские руки скользят по спине, поднимаются к шее. Моё горящее лицо оказывается между двух его ладоней. Он смотрит на меня не отводя взгляда, твёрдо и решительно, по мужски. Целует. От жара его губ я  проваливаюсь в совершенно другой мир. Мир любви, искренних чувств, единения сердец и радости от  каждой секунды близости. Его язык нагло раздвигает мои губы и…

Я ничего не соображаю, я только чувствую его руки и губы. В животе распускаются яркие цветы  наслаждения мужскими ласками. Я таю, ноги меня не держат,  я хочу лечь, и пусть он будет сверху.

Почему кто- то бьёт в мою спину? С огромным трудом возвращаюсь в реальность. Всё ещё плохо соображаю после его поцелуев. Что происходит? Спина получает очередной удар. Сильные мужские руки отодвигают меня в сторону. Это же пытаются дверь открыть! Сейчас кто- то зайдёт, и  поймет, что здесь было, на моем лице всё написано большими буквами.

Гоша дверь не открывает, он её приоткрывает. Слава богу, там Олеся.

- Георгий, я пришла вам помочь.

- Олеся, у тебя салфетки влажные есть?

- Ой, закончились, но я могу у кого нибудь взять.

- Пожалуйста, срочно принеси несколько штук,  я весь перемазался в пыли.

- Сейчас сбегаю! - пропищала она, и я услышала её торопливые шаги в коридоре.

"Ты мой герой" - сказала Гоше. Поправила ему воротник рубашки, чмокнула в губы и пошла на планёрку.

Я словно летела на крыльях. Счастье переполняло меня и лилось через край. Всего лишь один поцелуй сделал меня самой счастливой женщиной на свете.

Дойти до кабинета зама не успела, встретила в коридоре всех начальников отделов.

"У нас выездное совещание в новом здании" - сказал Петрович видя мой удивлённый взгляд, взял меня под руку, - поехали.

В свой отдел  в этот день я больше не вернулась. Совещание затянулось допоздна, и я оттуда поехала сразу домой.

Вечером, после ванны думала о Гоше. Дневник, ты думаешь, я сейчас немного соврала? Правильно думаешь.  Я  и в ванной о нём думала. Мои мысли были такими бесстыжими, что ими я не поделюсь даже с тобой, что было в ванной, там и останется. Вот спроси меня, дневник, почему я ему не позвонила? Давай вопросы морали сразу отставшим в сторону, я не собираюсь сидеть и ждать звонка от мужчины, мне жалко каждой минуты проведённой без него. Так вот, я звонила ему пять раз, и ни разу он не взял трубку. Ни - ра - зу!

Вот сижу, и не понимаю, что происходит.

19 сентября, четверг

На следующий день, Георгий не вышел на работу. Я как только вошла в кабинет сразу поняла, что- то не так. Тревожное перешёптывание женской части нашего коллектива настораживало. Внимательно посмотрела вокруг. Его нет! На столе аккуратно сложены папки с документами, ручки и карандаши в специальной подставке. Неужели он не вышел из- за того, что вчера произошло? Да нет, не может быть. Но червячок сомнения зашевелился в груди. Неужели на него так сильно подействовал наш единственный поцелуй? Да нет, бред.

А это что? Его телефон! Вот и причина моих не отвеченных звонков. Хорошо, что лежит вниз экраном. Подняла, посмотрела. Первая же строка о пяти моих не отвеченных. Сердце тревожно кольнуло, что случилось? Гоша, где ты?

Всё валится из рук, не могу ничего делать. В голове только одна мысль: “Что случилось с Гошей?”

Сижу словно в тумане, вообще не пойму, что мне говорят сотрудницы, просто киваю головой и поддакиваю. Мысли, одна страшнее другой не дают покоя. Где он? Что с ним? Жив? Может быть надо больницы обзвонить? А как я буду представляться? Мама? Сестра? Знакомая? Десяток вопросов и ни одного ответа. Я даже сидеть спокойно не могу, мне надо встать и куда - то идти, вот только куда? Разболелась голова, надо выйти на улицу и подышать свежим воздухом. Я так сильно за него переживаю, что у меня трясутся руки. Пара глубоких медленных вдохов помогли привести мысли в порядок. Я стала трезво размышлять. Что могло случиться с ним, если не брать во внимание всякие страсти? Он молодой привлекательный мужчина, вполне мог после работы зайти выпить, подцепить бабу, и сейчас спит пьяный с этой шлюхой у себя дома, или у неё. Ну вот, слёзы потекли от обиды. Если бы я вчера не уехала на совещание, сейчас в его кровати  вполне могла быть я. Обидно, как же обидно. Всё так было хорошо, счастье было так близко. Но, планерка сломала все мои планы, да не просто сломала. Вчерашний вечер вполне мог стать началом чего - то очень большого и серьёзного. Я пока всё это обдумывала, сама не заметила, как дошла до дверей отдела кадров. Вот только не понимаю, зачем я сюда пришла? Что может связывать меня, Гошу и отдел кадров? Правильно - ничего. Погрузившись в свои мысли, иду в сторону своего отдела. Гоша, Гоша, как ты мог так со мной поступить? У нас ведь так всё было хорошо. Я весь день и всю ночь сотню раз переживала наш поцелуй. Да я заснуть не могла до трёх часов ночи, так сильно на меня он подействовал. А ты вот так вот взял, и растоптал мои светлые чувства, гад. Чувство тоски резко сменило чувство злости. Он там значит с какой - то бабой в постели валяется, а я значит, страдаю. Теперь мне понятно, почему я оказалась у дверей отдела кадров. Вернулась, так резко надавила на дверную ручку, словно это она виновата была в моём сегодняшнем настроении. Начальник ОК., слава богу, была на месте.