Отдай мне ребёнка - Алиса Ковалевская

Алина

— Пицца, — недоверчиво покосилась на Громова, а после вновь посмотрела на вывеску кафе, перед которым он только что припарковал машину.

— Пицца, — довольно подтвердил он, отстегнул ремень безопасности и обратился ко мне, заставляя вновь посмотреть на него: — Какую любишь?

— Не знаю, любую. Только без копченых колбасок, — поморщила нос, тут же вызвав у Олега смешок. — И не Гавайскую!

— Сразу видно, что ты никогда не пробовала нормальную пиццу. Подожди меня в машине, я скоро вернусь, — открыл дверцу прежде, чем я спросила:

— А разве мы не пойдем вместе?

Громов повернулся ко мне, пристально осмотрел и выдал:

— Нет. Жди тут.

А после выбрался на улицу.

Я поежилась от в момент проникшего в теплый салон холода. Громов закрыл дверь и направился ко входу в кафе. В салоне снова стало тепло, но мне было зябко. И вовсе не от мороза на улице. Одного взгляда Олега хватило, чтобы я поняла — я никто. Не то чтобы мне в действительности хотелось пойти вместе с ним, и всё же…

Громов вернулся спустя двадцать минут с большой коробкой изумительно пахнущей пиццы. Желудок тут же призывно откликнулся, и Олег, услышав, усмехнулся.

— Тебе не говорили, что беременным нужно правильно питаться?

— Сомневаюсь, что пицца — это правильно, — кладя на колени теплую коробку, я в предвкушении едва не облизнулась. Но вовремя себя остановила и повернулась на Олега.

Тот, сев в салон, небрежно, будто это была удавка, а не тёплый кашемировый шарф, стащил его с шеи и бросил на заднее сиденье. Откинулся на спинку кресла и только тогда сказал:

— Тогда я могу снова купить тебе воды.

Недовольно фыркнув, я принялась открывать коробку. Вдохнула потрясающий аромат только что приготовленной пиццы и взяла кусочек. Сыр, помидорки, базилик, курица.

— Боже, — откусив, не удержалась и застонала. — Как это прекрасно.

— Почему ты не поела дома? — неожиданно спросил Олег, потянувшись за своим куском. Перед этим он, вытащив из бумажного пакета подставку с двумя стаканами, поставил её между сидениями. Судя по свисающим ярлычкам — чай. Чёрный, название которого было мне даже близко не знакомо. — Черт подери! — Помидорка в соусе упала ему на рукав, я тут же подхватила её и бросила в коробку.

— У меня есть влажные салфетки в сумке, — зачем-то сказала, но, наткнувшись на взгляд Олега, поняла — у него таких пальто на каждый день зимы.

— Так почему ты не поела дома? — снова спросил он.

— Так вышло, — опустила глаза.

— Алина, — настойчиво выговорил он.

— Какая вам разница?! — вспыхнула я.

Смотрела этому мужчине, по сути, совершенно не знакомому, в глаза и боролась с желанием взять и рассказать, что случилось за сегодняшний такой безумно длинный день. Но… ему же всё равно. И отцу Макса тоже всё равно. Каждый из них и пальцем не пошевельнёт просто так. Вот только если в мотивах Козельского-старшего я более-менее разобралась, то с Громовым у меня были большие проблемы. Если ему был нужен мой ребенок, но я отказала, тогда к чему всё это? Я не знала. Одно знала наверняка: Я. Ему. Не. Доверяю.

— Всё-таки у меня есть медицинское образование, и я знаю, как важно правильное питание в период беременности, — после недолгого молчания выговорил Олег.

Я откусила пиццу, недовольно хмуря брови.

— И это знание вы пытаетесь донести до меня? Я в курсе, Олег, как нужно питаться. Не надо лезть в мои дела.

— Я не лезу в твои дела. Но хотел бы помочь.

— Вы мне уже помогли, — не смогла удержаться от сарказма. А после добавила: — На самом деле, ваше тупейшее предложение продать ребенка заставило меня многое переосмыслить. Несмотря ни на что, я выращу своего малыша и хочу, чтобы он гордился своей мамой.

Улыбнулась и тут же опомнилась. Что-то меня на лирику понесло. Не то место, не тот человек, Алина.

Олег откусил от своего куска чуть ли не половину. Взял стаканчик и отпил чай. В салоне приятно пахло — свежее тесто, сыр, бергамот и… чуть ощутимый запах дорогого одеколона. Дорогого мужчины, дорогой жизни.

Ничего не говоря, Олег жевал пиццу и смотрел в лобовое стекло. Я же невольно засмотрелась на него. Взгляд мой скользнул по его лицу, опустился ниже, к пальцам. Кольцо…

— Где ваша жена? — положила недоеденную корочку в коробку.

Если честно, не ожидала ответа, но Олег меня удивил. Прожевал пиццу, взял салфетку из пакета, вытер губы и только после удостоил меня взглядом:

— В Европе.

— А как она смотрит на ваши… ужины с девочками из эскорта?

— Аня о них не знает, — краешки его губ приподнялись в улыбке. — Почему ты спросила? Имеешь на меня виды? — улыбка его стала заметнее и в то же время мрачнее.