Настойчивый - Ellen Fallen

Я почему-то уверенна, что все изменилось. Он не инвалид, есть что-то, что мешает ему встать и идти самостоятельно. Я верю, что он еще слаб, и ему приходится снова учиться балансировать, но не так, чтобы он был немощен. На полочке лежит новая зубная щетка, все еще упакованная и любезно предоставленная мне братьями. Я пользуюсь их зубной пастой, на какой-то момент, засомневавшись, могу ли я вот так спокойно делать все эти вещи, не бегая по улице с утра в поисках жевательной резинки и еды.

Доносящиеся с кухни запахи сводят с ума. Мой желудок жутко урчит, я нажимаю на верхнюю часть плоского живота и удерживаю, пока он возмущается. Наскоро закончив в ванной комнате, иду в кухню к парням. Чейз держится за стол, Терренс помогает ему отодвинуть кресло и пересесть на стул. Я наблюдаю за парнями, но больше за Чейзом и его позой. Прищурив глаза, он тут же хмурится, садится и громко прочищает горло.

– Гостья проснулась, – говорит он и указывает в мою сторону вилкой.

– Давайте быстрей поедим, я займусь задним двором, пока вы посидите на качели. – Терренс деловито кладет в мою тарелку что-то похожее на завернутый блинчик, обильно поливает соусом и добавляет пару больших ложек картофельного пюре.

– Ты думаешь, я все это съем? – удивленно спрашиваю его.

– Тебе придется, у нас нет безотходного производства. Собак, свиней или кто еще мог бы это все съесть за тебя. – Набираю полную вилку пюре и отправляю ее в рот, практически моментально мои рецепторы просто сходят с ума от вкуса. Закрываю глаза от удовольствия и довольно мурчу.

– Клянусь, если ты готовил это пюре сам, я выйду за тебя замуж и обещаю быть самой верной, любящей и заботливой женой на свете. – Рядом закашливается Чейз, я открываю глаза, и оба парня смотрят на меня с широко раскрытыми глазами. Первым приходит в себя Чейз, начиная ржать.

– Тебе только что отдали душу за толченую картошку, ты понял, придурок? – Чейз толкает Терренса кулаком в плечо, но на удивление не получает в ответ. Мощная фигура Терренса напрягается, но он опускает взгляд в тарелку и молча продолжает есть.

– Так может тебе поднять свою задницу и сделать то же самое для Хейли? Ты же вроде сох по ней? – Я правда не хотела этого произносить, но то, что должно было выглядеть как шутка, стало неудобным.

Под столом задергалась чья-то нога, но я не поняла, кто из них, так как Терренс уперся взглядом в меня.

– Извините, – набиваю полный рот еды, ради такого ужина хочется рыдать и просить еще добавки, рвать свой желудок для еще нескольких порций или даже сдохнуть, наслаждаясь подобной вкуснятиной. Дома мать меня таким не баловала, только родители Уиллоу и мой отец, пока еще был жив и здоров…

– Вообще-то я тоже так считаю, – произносит Терренс. – Но я каждый день являюсь свидетелем того, насколько ему тяжело передвигаться. Раньше Хейли постоянно занималась с ним, в данный момент финансы полностью направлены на лечение мамы. Я был в больнице, она все еще не пришла в себя. – Он замолкает, откладывает вилку, его ноздри раздуваются. – Чейз, боюсь, в этом месяце твоя страховка полностью будет направлена на вентиляцию легких мамы, и все препараты для того, чтобы она пришла в себя, и все у нас было хорошо.

Я опускаю взгляд, парни перестают кушать, гнетущая и в каком-то смысле зловещая тишина повисает между нами.

– Ты звонил Хантеру? – первым подает голос Чейз.

– Уиллоу, Хантер на подработке. Телефон отключен, – глухо говорит Терренс.

– Представляю, что с ним будет твориться, когда он узнает, что ты промолчал. – Я дергаюсь, когда Терренс бьет по столу кулаком, соскакивает со стула, отчего он падает. – Успокойся, ты пугаешь девушку.

– Закрой рот, Чейз. Мне хватает проблем, еще вы двое. Деньги со счета утекают с такой скоростью, что скоро все мы останемся на улице. Мама без сознания, толку от того, что он приедет, никакого. Что он будет делать? Сидеть над ней, а она даже не понимает, что мы переживаем? К черту твои доводы, сказал я или нет. У него экзамены. Я за*бался заботиться о чувствах каждого из вас. Я не Хантер! – орет он во все горло. Его ладони сжимаются в кулаки, грудь тяжело вздымается, Терренс нависает над Чейзом. – Если ты такой умный, просто встань, и хватит уже трахать мои мозги. Я не прошу тебя работать, мне надо знать, что один из вас в норме.

– Поедание крови... – вздыхаю я. – Мой отец получил травму спины на работе, – тихо произношу, не отрывая взгляда от остатков пюре, которое не лезет в горло. – Он работал на заводе, в один из дней произошла трагедия. Крепление, удерживающее трубы на весу, поломалось. Его позвоночник был переломан в нескольких местах. Папа был прикован к кровати в течение последних лет своей жизни. Я знаю, как заботиться об инвалидах. – Чейза передергивает от моих слов. – Я постараюсь помочь. Но, естественно, я не врач.

Терренс садится за стол, сцепляет руки в замок, Чейз нервно стучит вилкой по столу.

– Твой отец умер от травмы? – спрашивает Терренс.

– Нет, его убила моя мать, – вилка выпадает и пальцев Чейза на пол, и он ее тут же поднимает. – Когда он получил травму, моя мать потащила его в свою церковь. Они пытались промыть ему мозг, что у него получится превозмочь болезнь и прочее. Но папа не был идиотом, не знаю, каким образом они добились от него подписи на своих странных бумагах, но он стал свидетелем Иегова. Я точно не могу сказать, что именно произошло, была слишком маленькая, у меня не было права голоса. Но ему понадобилось переливание крови, он умолял мать и ее церковь порвать эти бумажки, что он уходит от них и никогда не хотел там состоять. Но моя мать стояла на своем, и даже когда он был при смерти, не повезла его к врачу. Он умер в своей кровати, пока она читала ему псалмы.

– Это пи*дец. – Чейз кладет руку на рот и сжимает его. – Ты тоже в этой херне? Если это так, то гони ее нахер, Терренс. Я даже не хочу, чтобы она помогала мне, или что ты там придумал и для чего привез.

– Придурок, она сбежала из дома и скиталась по улице, питаясь чуть ли не с помойки ради того, чтобы ты сейчас болтал ерунду? Винни, – Терренс сжимает мою руку, как будто не было этого времени, прошедшего друг без друга, – нам очень жаль. Я хотел предложить тебе помощь в обмен на твою.

Я убираю красные пряди, упавшие на мое лицо, скручиваю их в дульку и пытаюсь закрепить хоть как-то узел, чтобы не лез бесконечно в глаза. Пора уже избавиться от них.

– Внимательно слушаю. – Надломив блинчик, я начинаю его жевать, чтобы проглотить этот ком воспоминаний в горле.

– О нашей ситуации ты слышала, я пока не могу тебе много платить, но у нас есть место для проживания и еда. Чейзу необходим присмотр, массаж и помощь в отдельных ситуациях. Когда мама выйдет из больницы, она тоже будет нуждаться в надежном человеке. Я буду работать. Помогать тебе закупать продукты, готовить в дни выходных и убираться. Ты должна будешь делать все домашние дела, пока меня нет. То есть у тебя будут выходные, когда ты спокойно можешь заниматься своими делами. – Оба парня смотрят на меня, я пытаюсь доесть свою огромную порцию и не обращать внимания на панические мысли в своей голове.