Строптивая невеста - Кэтрин Коултер

— А я не боюсь рискованных ситуаций, — сказал он. — Пока еще мне не приходилось иметь дела ни с акулами, ни с пираньями, но я не прочь встретиться с этими зубастыми созданиями один на один. А вдруг среди них мне попадется какая-нибудь симпатичная рыбка, а? — Райдер с заговорщицким видом улыбнулся Софии, однако девушка смотрела на него с таким выражением лица, словно абсолютно ничего не понимала. Райдер решил, что она притворяется.

— Тогда мне нужно будет показать вам одних моллюсков, — с невинным видом заявила София, — они живут в красивых раковинах и практически безобидны, но могут напасть, когда меньше всего этого ожидаешь. Еще есть одна такая шумная рыбка, которая издает громкие звуки, и другая морская живность при ее приближении разбегается.

— Вы можете продолжать до бесконечности, София, мои познания в ихтиологии невелики.

— Раз так, вам не следует отправляться на рыбную ловлю…

— Да-да, я знаю вашу точку зрения, вы мне уже говорили. И я не собираюсь убивать мелкую рыбешку, предпочитая иметь дело с особями позубастее и поумнее. Вообще-то внешний вид рыбы меня мало интересует, главное — какой у нее вкус. У зубастых частенько вкус бывает неприятный, а иногда они смертельно ядовиты. Вкусные и нежные из этой породы редко попадаются.

— Мне кажется, мы чересчур увлеклись разговором о вкусовых качествах рыбы, не правда ли? Давайте проедемся по пляжу, здесь есть интересные места, как раз вон там, где прибрежная полоса делает поворот; я обнаружила в тех местах пещеры под низкими утесами, хотите на них посмотреть?

— С удовольствием.

Райдер поехал вслед за Софией и, наслаждаясь прохладным морским ветерком, не переставал ругать себя за свою слабость. Он сердился на себя, а не на Софию.

Подъехав к нужному месту, София спешилась и подождала, пока слезет с коня Райдер, а потом повела его куда-то по узкой тропинке, петлявшей среди камней и скал. По пути им попадались густые заросли кустов, и они с трудом продирались сквозь них, пока наконец не вышли к подножию одной скалы. София указала на ряд небольших отверстий.

— Действительно, пещеры. Вы их исследовали? — спросил Райдер.

— Да. Они довольно глубокие и не имеют другого выхода.

— А там внутри есть что-нибудь?

— Что именно, я вас не понимаю?

— Ну, я имею в виду всякие вещи, такие, как одеяла или простыни, может, бутылочка рома? Или шампанское на тот случай, если нужно отпраздновать какое-нибудь радостное событие?

— А-а, теперь понятно. Вы хотите знать, прихожу ли я сюда с кем-нибудь, не так ли? — На мгновение София задумалась. — Я, признаюсь, бывала здесь одна, но вы подали мне неплохую идею. Помните, я говорила вам, что в домике у моря часто бывают гости, поэтому нелишне подумать и о другом убежище. Спасибо за подсказку.

— Судите сами, даже если у мужчины умелая партнерша, он должен чувствовать себя неуютно в холодной, влажной пещере.

— Абсолютно с вами не согласна. Большинство мужчин, если заняты с женщиной, не обращают внимания на окружающую их обстановку, и, находись они даже на Луне, они этого не заметят, а будут думать только о своем удовольствии.

Райдеру вспомнилось, как однажды он сказал своему брату, что, занимаясь любовью с женщиной, забывает все, даже собственное имя. При этой мысли он снова покраснел, а секундой позже молил Бога о том, чтобы София не заметила этого. Но если она и заметила, то не подала виду.

— Возможно, вы и правы, София, наверное, именно поэтому ваши любовники мирно уживаются друг с другом.

— А вы ревнуете, мистер Шербрук?

— Ничуть, с какой стати? Просто мне нравится доходить до сути вещей. И вот еще что. Вы, конечно, можете продолжать звать меня мистером Шербруком, но если вы назовете меня так и в тот момент, когда я заставлю вас кричать и стонать от удовольствия, то я очень удивлюсь.

София нисколько не смутилась от таких слов, наоборот, она посмотрела на Райдера с вызовом.

— Давайте вернемся к лошадям, — как ни в чем не бывало предложила она.

— Давайте, а то у них случится солнечный удар, — ответил Райдер.

София сидела в плетеном кресле в своей спальне, смотрела через открытые балконные двери на простиравшееся перед ней море и предавалась грустным размышлениям. Она думала о Райдере и о том, что ей будет не под силу справиться с ним, как она справлялась с другими. Он не походил ни на одного из тех мужчин, с которыми ей пришлось иметь дело. Правда, она понимала, что заинтересовала Райдера, но считала этот интерес неглубоким, появившимся только благодаря ее умению держаться нахально и уверенно, но как долго все это может продлиться? Райдер привыкнет к ее вызывающей манере, и что потом? Как ей себя вести?

За спиной Софии послышался шорох, и она, даже не оглядываясь, знала, что это вошел Теодор Берджес.

— Расскажи мне, как прошла ваша прогулка.

— Обычно, — ответила София, сидя к дяде спиной. — Проехались до пляжа Пенелопы, я показала ему несколько пещер, и все. Он не такой, как другие, дядя. Он не сделал ни единой попытки сблизиться со мной, поцеловать или еще что-нибудь в этом роде, но бесстыдно рассуждал на эротические темы, говорил об интимных вещах.

— Думаю, что завтра ночью ты должна совратить его.

София обернулась к дяде; он сидел на ее кровати, его лицо было скрыто за противомоскитной сеткой, и на миг девушке показалось, что перед ней — приятный, добрый человек, каким считали Теодора Берджеса все его знакомые.

— Но вы не понимаете, дядя. Он сам решает, как ему поступать, и терпеть не может, когда его принуждают к чему-либо. Если он и захочет сделать меня своей любовницей, то последнее слово будет за ним: он сам скажет мне, когда и где, но ни в коем случае не наоборот. Я могу вывернуться наизнанку, раздеться и ходить перед ним нагой, но если он не захочет меня в этот момент или что-то придется ему не по вкусу, он ухмыльнется, скажет какую-нибудь гадость, развернется и уйдет. И даже не оглянется, чтобы посмотреть на мою реакцию.

Тео Берджес недовольно нахмурился, чувствуя, что София говорит правду. Он имел достаточно времени сегодня утром проследить за манерами и поведением Райдера и не мог не признать справедливость слов племянницы.

— Пусть, — сказал он поднимаясь. — Так или иначе, но мы заманим его в домик у моря.

София промолчала, на душе у нее стало гадко.

— Он ничего не рассказывал тебе о своем ранении? София покачала головой.

— Да, мистер Шербрук неглуп, — заявил Берджес. — Он, разумеется, не прочь выяснить, кто это в округе балуется с луком и стрелами, и попытается докопаться до истины. Он начал свою партию, но играть он будет по нашим правилам.

София пожала плечами. Она ненавидела затеянную дядей игру и установленные им правила. Им, но не ею. Девушка внезапно поскучнела, вспомнив, что вечером ей предстоит заявить лорду Локриджу о прекращении их отношений, но как лучше это сделать, она не знала и мучительно искала способ избавиться от любовника быстро и безболезненно. Задача усложнялась тем, что лорд был молод и самолюбив и не мог даже себе представить, что от его услуг кто-то может отказаться.