Главная роль - Анна Пудова

Через несколько дней Мелани стало очень плохо.

У нее кружилась голова, и она не могла есть. Ее постоянно тошнило.

— Ты вздумала заболеть? Погоди пока умирать, еще рано, — говорила Сандра. — Ты меня беспокоишь. Тебя рвет уже несколько дней подряд. Не нравится, как тебя кормят?

Мелани вновь молчала. На слова Сандры она старалась не реагировать.

Мелани чувствовала, как она теряет силы. Как у нее уже нет сил. Совсем нет.

Еще несколько дней Мелани постоянно рвало, а потом у нее поднялась температура.

Сандра всерьез запаниковала. Она уже запустила процесс под названием «стирание в порошок имени Мелани Сандерс», и смерть своей «подруги» она планировала устроить по-другому.

Поэтому ей пришлось воспользоваться услугами врача Альфреда.

Габи, женщина сорока с лишним лет, уважаемый врач-эндокринолог, по совместительству работала на бандита Янга. Она была его надежными руками, когда нужно было кого-то усыпить, сымитировав сердечный приступ, или помочь человеку уйти из жизни другим способом, не вызывающим подозрений и вопросов у окружающих.

Сандра вынула у Мелани изо рта градусник.

— Почти сто два, — расстроенно сказала она. — Держись, скоро придет врач.

Через какое-то время Мелани сквозь гул и звон в голове услышала шаги и голоса за дверью. Два женских голоса: один из них — голос Сандры, второго она не знала.

Габи и Сандра поднялись по лестнице и зашли в комнату к Мелани.

Мелани увидела женщину, немного полноватую, но весьма симпатичную блондинку. Габи мельком взглянула на Мелани и сказала:

— Приподнимите кофту, я вас послушаю.

Затем она осмотрела Мелани и задала ей ряд вопросов. Как бы невзначай поинтересовалась:

— Когда у вас были последние месячные?

— Не помню. Я не знаю, сколько дней я тут нахожусь.

— Сколько дней она тут находится? — Габи повернулась к Сандре.

— Семнадцать.

— У меня, конечно, задержка. Иногда у меня это бывает. Из-за стрессов.

— Какая задержка?

— Около трех недель.

Когда Габи и Сандра вышли за дверь, Габи сказала:

— Я не вижу ничего серьезного. Думаю, это обычное отравление. Тем более если у нее когда-то были пищевые расстройства. Я выпишу рецепты, ты купишь ей лекарства, и все должно нормализоваться. Задержка у нее наверняка из-за стресса. У клиенток, которых подбрасывает мне Альфред, такое бывает постоянно. Но я всегда рекомендую купить тест, чтобы точно исключить беременность.

— Хорошо, Габи. Я позвоню, если ей вдруг станет хуже.

— Давай. Но не должно. Я так понимаю, ее все равно ждет скорая смерть?

— Да. Примерно через три-четыре месяца.

— Я понадоблюсь?

— О нет. Ты ведь специализируешься на легкой смерти, а для Мелани заготовлен вариант поинтереснее.

— Ясно. Ладно, не мое дело. Пока.

— Пока.

Габи была примером самого чистого и честного равнодушия, которым только может обладать человек. В ней не было жестокости как таковой, она не получала удовольствия от того, что убивает людей. Но ей совершенно не было жаль их. Ей просто платили за это хорошие деньги.

Она не смотрела на клиентов Альфреда как на людей.

При этом в своей обычной жизни она была прекрасным и весьма авторитетным врачом. У нее была своя клиника, открытая на деньги Альфреда. Естественно, никто не знал об их связи.

Они познакомились пятнадцать лет назад, когда Альфред пришел на прием к врачу. Габи была подающим надежды ассистентом знаменитого доктора. Когда Альфред увидел ее, он с первого взгляда влюбился в эту молоденькую фигуристую девушку. Он узнал номер ее телефона, позвонил и предложил встретиться. Когда она подсела за его столик в ресторане, Альфред со свойственной ему прямотой и наглостью сказал:

— Ты очень красивая. Я хочу трахать тебя. Как угодно и где угодно. Будешь приезжать по моему первому звонку. Взамен я дам тебе все, что хочешь. Что ты хочешь? Деньги? Имя? Власть?

Габи, недолго думая, согласилась.

С помощью Альфреда она училась медицине у лучших врачей мира и набиралась бесценного опыта.

Через пять лет, когда Альфред понял, что она не только прекрасная любовница, но и отличный специалист для нужных ему манипуляций, он предложил ей первое дело. Нужно было усыпить мужчину, но так искусно, чтобы вскрытие показало сердечный приступ.

Габи справилась с заданием прекрасно.

И с тех пор их преступный тандем не знал ни одного промаха.

Вечером Мелани стало лучше. Температура снизилась. Боль в животе прошла.

— Ну вот, хорошо, — сказала Сандра. — А то я испугалась… Вот, возьми, — Сандра протянула ей тест. — Пописай.

— Зачем?!

— Удостовериться, что ты не залетела.

— Что?!

— Да ничего. Все должно быть нормально. Так, перестраховка. Надо попить или так справишься?

— Дай воды.

Сандра протянула ей пластиковый стакан.

Вся посуда тут была пластиковой, чтобы у Мелани вдруг не возникла мысль перерезать себе вены осколком стекла.

Потом Сандра вышла и принесла туалетный тазик.

Она пристально смотрела на Мелани и никуда не уходила.

— Пошла вон, — беззвучно сказала Мелани.

— Ха-ха! — раздельно произнесла Сандра. — Не стыдись, душенька, валяй!

Потом зашел Боб, сморщил нос, изображая отвращение, и вынес таз.

Мелани не верила своим глазам. Тест был положительный.

— Что?! — в один голос закричали обе.

Воцарилось тягостное молчание.

— Нет, не может быть!

Сандра в бешенстве толкнула Мелани кулаком в грудь.

Мелани не могла произнести ни слова.

— Наверное, ошибка… — слегка успокоившись, с надеждой произнесла Сандра. — Я купила всего один, была уверена, что это так, формальность. Вот дура, надо было взять сразу несколько! Я еду в аптеку. А ты молись, чтобы это была ошибка… — Сандра кинула на Мелани ненавидящий взгляд.

Мелани не могла прийти в себя.

Как назло, все аптеки работали до десяти вечера, и Сандра не успела никуда, хоть и очень спешила.

Чертыхаясь, она поехала к себе домой.

«Придется ждать до утра! Проклятье!»

Ночью, то и дело просыпаясь, она думала, кусая губы: что, если Мелани действительно беременна?!

И внезапно ей пришла в голову потрясающе интересная мысль, как можно воспользоваться этим.