Луна для влюбленных - Джейн Арчер

Его теплое дыхание щекотало ее кожу, низкий голос вибрировал. И от этого вдоль ее спинного хребта бежали сладкие мурашки и возникало желание сбросить всю оставшуюся одежду. Синтия расслабилась и потеряла бдительность. Теперь она уже забыла, что недавно ощущала боль во всем теле. Его руки обладали какой-то магией.

– Если вы не напишете об этом в своей книге, то никто ничего не узнает.

Его голос стал хриплым. Потом он легонько прикусил мочку ее уха.

– О! – Все ее тело откликнулось на его ласку. – Не делайте этого!

– Почему? – Он снова легонько прикусил ее ухо.

– Это неприлично.

Он запрокинул голову и расхохотался:

– Вы непредсказуемы!

– То же самое я могла бы сказать и о вас.

– Не возьму в толк почему. – Он снова принялся массировать ее. – Я с самого начала вам сказал, чего я хочу.

– Но вам известно, что мне надо.

– В таком случае не будем терять времени.

Он стряхнул с нее корсаж. Теперь его руки оказались на ее обнаженной груди, он прижался к ее спине и принялся покрывать горячими поцелуями шею. Мгновением позже он обвил ее тело ногами. Синтия ощутила его возбужденную плоть, сильные мускулы бедер и жесткие волосы на груди. Она была в ловушке, но не сопротивлялась. Ее тело отвечало на этот призыв, на каждое его прикосновение. Он вел себя так же стремительно и уверенно, как собака, поймавшая кролика.

– Вам ведь приятно? Разве нет?

Он ласкал ее груди до тех пор, пока соски под его ладонями не превратились в плотные бутоны. Потом снова осыпал ее поцелуями.

– Повернитесь ко мне лицом.

Синтия вздрогнула. Она попыталась оторвать его ладони от своей груди. Но он оказался намного сильнее, чем она предполагала.

– Вы предпочитаете играть в игры, да?

Он слегка прикусил ее шею, из его горла вырвался звук, похожий на рычание.

– Прекратите!

Синтия почувствовала, что ей давно следовало это сказать, но собственное тело предало ее. Она попыталась отстраниться, но он привлек ее ближе к себе. Никогда в жизни она не испытывала такой тяги к мужчине. Что сотворил с ней этот Мэверик Монтана? Неужели она наконец почувствовала, что такое Дикий Запад?

– Вы правы.

Он убрал руки с ее груди, но приподнял и заставил лечь лицом к себе.

С минуту она оставалась покорной и неподвижной, продолжая удивляться его напору и стремительности. Затем хотела оттолкнуть его, но он воспринял это как поощрение. Мэверик заставил ее прижаться спиной к дну, придерживая руками голову над водой. Потом она оказалась под ним и он принялся покрывать ее лицо страстными поцелуями. Он прижимался к ее обнаженной груди. Сильное мускулистое тело Мэверика оказалось между ее ног. Его горячие губы целовали, покусывали, дразнили и возбуждали ее, пока она не попыталась уклониться, откинув голову назад.

– Не играйте со мной, Синтия.

Он снова прижался к ней так, что она ощутила твердость его восставшей плоти.

– Дайте мне поцеловать вас.

– Вы и так меня целуете, – прошептала она, задыхаясь.

– Не говорите, что не желаете, чтобы я овладел вами. Мэверик принялся целовать ее в глаза и нос, потом снова в губы.

Синтия укусила его. Он заворчал, потом хмыкнул:

– Думаю, мы подходим друг к другу.

– А я думаю, что пора вам отпустить меня. – Наконец-то Синтия осознала, как далеко все это может зайти. – Вы причиняете мне боль.

– Простите, я забыл.

Мэверик тотчас же отрезвел и откатился в сторону.

– Можем мы наконец пообедать? Я проголодалась.

Синтия сделала усилие, чтобы отвлечь его. Мэверик кивнул, потом медленно прикрыл ее груди. Она выпрямилась и глубоко втянула воздух.

– Думаю, усталость и боль лишили меня разума.

– Вам незачем думать. Ваши инстинкты вас не обманывают. – Он улыбнулся. – Вам только необходима практика. И побольше.

– Практика?

– Вы понимаете, о чем я.

Мэверик приподнял кристалл яки и стал разглядывать его, держа на ладони. Потом задумчиво погладил шелковый шнурок, на котором тот висел и заглянул ей в глаза:

– На что вам такая вещица? Я не думал, что серебро и хрусталь в вашем вкусе. А как насчет золота и изумрудов под цвет ваших глаз?

– Это подарок.

Он нахмурился:

– От мужчины? Вас кто-то ждет здесь? Такого подарка не сыщешь в Нью-Йорке.

– Это мой талисман, камень удачи.

Его бровь взметнулась вверх.

– Откуда он у вас?

– Подарок от одного писателя. Мне его прислали.

– Мужчина?

Она нахмурилась:

– Вы ведь не поверите, если я скажу, что женщина. Да?

– Нет. И что это за мужчина?

Мэверика пожирала ревность. Он чувствовал себя болваном. С самого начала ему следовало бы догадаться, что у нее есть мужчина. Нет, много мужчин. Вероятно, у нее есть подарки более изящные и ценные. Почему же она носит это дешевое украшение, а не изысканные драгоценности? Должно быть, этот кристалл представлял для нее особую ценность. А это означало, что он подарен дорогим для нее человеком. Мэверику захотелось сорвать кристалл с ее шеи и бросить в реку. Вместо этого он сжал его в кулаке.

– Сеанс массажа еще не закончен.

– Я больше не вынесу, – застонала Синтия.

Это было лукавство: она жаждала его прикосновений, хотела вкусить еще больше от Дикого Запада, Мэверик будил в ней непривычные ощущения. С ним она становилась такой же дикой, как и он сам.

– В таком случае отложим это на потом, – согласился Мэверик.

Она отогнула его пальцы, сжимавшие кристалл. Ей показалось, что он не хотел выпускать его из руки. По-видимому, он был против того, чтобы она его носила. Но почему?

Мэверик помог ей встать и подняться на берег. Вода стекала с нее, струилась по ее телу, но он уже держал наготове свою сухую рубашку. Это выглядело соблазнительно, но она заколебалась, не решаясь надеть что-нибудь, принадлежащее ему. Однако липнущее к телу насквозь промокшее белье было еще хуже.

– Снимите все, Синтия, – манил Мэверик.

Она все еще не решалась, потом подумала, что темнота надежно скроет ее наготу, быстро выскользнула из мокрого корсажа и потянулась за рубашкой.

– Снимите панталоны, – предложил Мэверик.

– Но я не могу раздеваться при вас.

– Темно. Многого я не увижу.

– Увидите достаточно.

– Хотите надеть рубашку?