Дымовая завеса - Сандра Браун

— Почему вы привезли меня сюда?

— Попробуйте догадаться.

— Джей Берджесс.

— Умница.

Смерть Джея — причина этого похищения… Смерть Джея выдернула Рейли Гэннона из забвения. Гэннон покинул Чарлстон пять лет назад, и больше о нем никто ничего не слышал. Во всяком случае, она ничего о нем не знала.

Возможно, Рейли и Джей поддерживали связь. Правда, Джей никогда о нем не упоминал, а ей и в голову не приходило расспрашивать его о Рейли Гэнноне. Как только имя Гэннона перестало ассоциироваться с сенсацией, она о нем забыла.

Рейли подкинул таблетки на ладони.

— Ночь будет долгой и не слишком приятной. Примите таблетки.

Поколебавшись не больше секунды, она открыла рот.

— Не вздумайте кусаться. Высуньте язык. Бритт высунула язык. Он положил таблетки на ее язык, снова прижал к ее губам бутылку. Теперь он лил медленнее, ей было легче глотать, и она пила, пока не опустошила всю бутылку. Он повернулся и выбросил пустую бутылку.

— Вы… — Она запнулась, потом все-таки продолжила: — Вы имеете какое-то отношение к тому, что случилось с Джеем и со мной в ту ночь?

— Почему вы спрашиваете?

— Да или нет?

Он выхватил стул из-за маленького обеденного стола, сел, оседлав его и сложив руки на спинке.

— Рассказывайте.

Бритт Шелли, само спокойствие, хладнокровие и собранность перед телекамерами, с удивительной невозмутимостью смотрела на своего похитителя.

О, она боялась, можно не сомневаться. Но не подавала виду. Он поставил бы ей высший балл за то, что она не ударилась в истерику, узнав его, а узнала она его почти сразу. Узнала, несмотря на то, что он изменился. Во всяком случае, изменилось его лицо.

— Вы помните мое имя?

Она кивнула.

— Должны помнить.

Именно она вбила последний гвоздь в крышку гроба его репутации. Она поставила крест на его будущем. Сколько еще судеб она сломала с тех пор? Должно ли льстить его самолюбию то, что его она помнит? Пожалуй, нет. Может, она никогда не забывает лица и имена уничтоженных ею людей.

— Я помню вас, мистер Гэннон.

— Вот как… А прошло пять лет. Зато вы не помните несколько часов позапрошлой ночи. Во всяком случае, так вы утверждаете.

— Это правда.

— Очень удобная амнезия.

Он почти следовал за ходом ее мыслей, чувствовал, как она продумывает линию поведения, выбирает нужную тактику.

— Я расскажу все, что вы хотите знать, если вы меня развяжете.

Значит, остановилась на сделке.

— Не надейтесь. Расскажите, что случилось в ту ночь в доме Джея.

— Если вы снимете…

— Расскажите, что случилось в ту ночь в доме Джея.

— Неужели вы думаете, что я сама не хотела бы знать?

Вот и вся цена ее сделки. Что дальше? Начнет кричать от отчаяния или страха? Он увидел набухающие в ее глазах слезы, но не дрогнул. Он этого ждал.

— Могли бы не устраивать это драматичное похищение, мистер Гэннон, не тратить бензин на дорогу до Чарлстона и обратно. Уберегли бы себя от тюремного срока. Зря старались. Я не помню, совершенно не помню, что случилось после того, как мы с Джеем вошли в его дом.

Умоляющий взгляд и легкий наклон головы, подчеркивающий беззащитность. Дрожащие веки. Скатившаяся по щеке слеза.

— Развяжите мне руки и ноги. Пожалуйста.

От сделки — к отчаянию, от отчаяния — к слезной мольбе, и все это за шестьдесят секунд. Талантливая актриса!

— Нет.

— Я расскажу вам все, что знаю и помню. Я обещаю. Но мне очень неудобно. Пожалуйста.

— Нет.

Она кивнула на открытую парадную дверь.

— Куда мне бежать? Я даже не знаю, где я.

— Расскажите, что случилось в доме Джея.

Ее голова бессильно упала на грудь, светлые волосы рассыпались по плечам. Так она просидела несколько секунд, затем подняла голову и с чувством сказала:

— Я не помню.

Теперь вызов. Должно быть, читала специальную литературу.

— Расскажите, что помните.

Целую минуту, может больше, они пристально смотрели друг на друга. Без макияжа, с распущенными волосами она казалась моложе, чем на телеэкране. И миниатюрнее. Синие глаза, твердый взгляд, бесхитростный, что наверняка помогает ей и перед камерой, и в жизни.

Но на него ее обаяние не действует. У него иммунитет. Должно быть, она это почувствовала, потому что сдалась первая, однако взгляд не отвела, только судорожно вздохнула.

— Я пришла… Я пришла в «Уилхаус» по приглашению Джея.

Она рассказала, как Джей позвонил ей в начале дня, пригласил выпить и сказал, что хочет поговорить.

— Он не сказал о чем. Только, что это важно.

Бритт говорила монотонно, без выражения, почти механически. Видно, не раз повторяла одно и то же в полиции.

— Он явно не приглашал меня на свидание. Mы не виделись несколько месяцев, не разговаривали по телефону. Это был первый звонок за долгое время. Я сказала: «Конечно, с удовольствием». Он просил приехать в семь часов. Я пришла вовремя. — Бритт умолкла. После паузы спросила: — Вы бывали в «Уилхаусе»?

— Сегодня вечером.

— Сегодня вечером? Зашли выпить перед тем, как вломиться в мой дом и похитить меня? Да, наверное, предстоящее похищение вызывает жажду.

Он пропустил ее колкость мимо ушей.

— «Уилхаус» открылся после того, как я покинул Чарлстон, так что я никогда там не был. Хотел познакомиться с его планировкой.

— Зачем?

— За каким столиком вы сидели?

— В дальнем углу.

— Справа от входа? У окна?

Бритт отрицательно покачала головой.

— Слева.

— Ладно.

Пока он мысленно фиксировал картинку, она спросила:

— Как вы узнали, где я живу?

— Выследил вас.

— Сегодня?

— Пять лет назад.

Он увидел, что ей стало не по себе. Она слегка поежилась, но обошлась без комментариев.

— Я знал про вашу сигнализацию. Знал, что задняя дверь ведет в кухню и, вероятно, вы пользуетесь ею чаще, а потому там отсроченный сигнал тревоги. Я взломал замок.

— Вы умеете взламывать замки?

— Сигнализация сработала. Я рассчитывал, как минимум на полторы минуты. Многие устанавливают и большую отсрочку, но я подумал, что девяноста секунд мне хватит, чтобы убедить вас набрать код. Я также подумал, что незамужняя женщина, живущая одна, держит пульт рядом с кроватью.