Ирландский воин - Крис Кеннеди

Финниан убрал одежду и снова взглянул на Сенну. Она по-прежнему сидела спиной к нему, но теперь повернув голову, так что ее подбородок упирался в плечо.

— Я подумала, что вам захочется надеть что-нибудь чистое, — пробурчала девушка.

— Премного благодарен, милая. — Финниан лукаво улыбнулся, заметив, что его спутница все же наблюдала за ним украдкой.

Он быстро натянул рубашку, надел и зашнуровал штаны, и только после этого Сенна обернулась, но теперь не смотрела на него.

— Так мы готовы? — поинтересовалась она.

— Милая, я всегда готов. А почему вы не сняли грязное платье?

Рот девушки раскрылся, и она в изумлении уставилась на Финниана. Потом пробормотала:

— Снять… платье?

Ирландец подошел к ней поближе.

— У вас ведь под ним штаны, верно? И еще куртка, да? Тогда снимите платье.

Щеки девушки ярко вспыхнули, но Финниан едва успел это заметить, так как Сенна тотчас же принялась стаскивать через голову платье, при этом бормоча что-то невразумительное. Взяв у нее платье, Финниан бросил его недалеко от своей грязной рубашки, а затем, не удержавшись, окинул свою спутницу оценивающим взглядом — от этого невозможно было удержаться, так как мальчишеские штаны в обтяжку очень уж соблазнительно облегали ее бедра. Потом, отвернувшись и снова закинув за плечи мешок, он с улыбкой проговорил:

— Теперь идемте, милый ангел.

Резко развернувшись, Сенна с независимым видом зашагала по тропе, по той самой, которой они шли на протяжении последнего часа.

— Нет, сюда. — Финниан указал куда-то в сторону замка.

— Обратно? — удивилась Сенна. — Но зачем?

— У меня безумная идея. Хочу сбить их со следа. Но нам предстоит долгий путь, милая, поэтому у меня нет времени излагать вам все свои соображения.

— Ну… тогда идемте. Однако… Неужели вы не умеете одновременно идти и разговаривать?

— Не так хорошо, как вы. Идемте же.

И все же Финниан решил ознакомить свою спутницу с планами на ближайшие несколько дней.

— Нам предстоит пересечь две реки…

— Река?! — в изумлении воскликнула Сенна.

— Не одна, а две. Потом город и…

— Дружественный?

— Нет, враждебный. А потом — много лье по открытому пространству, прежде чем мы окажемся в безопасности.

Сенна долго молчала, потом спросила:

— Говоря о безопасности, вы имеете в виду Дублин? Мы направляемся в Дублин?

Финниан хмыкнул. Нет, он имел в виду вовсе не Дублин, а Хаттонс-Лип. Сейчас самое важное — попасть в Хаттонс-Лип до того, как Рэрдов догадается, что он, Финниан, задумал.

С самого начала миссия Финниана состояла из двух частей. Его задача состояла, во-первых, в том, чтобы прощупать, насколько широка осведомленность Рэрдова; а во-вторых, он должен был отвлекать барона, пока другой ирландский воин, посланный в Хаттонс-Лип, разыскивал тех, кто знал секрет изготовления красок уишминцев.

Но теперь-то Финниан знал, что голова этого ирландского воина была отправлена в сундуке О’Фейлу. Однако времени на печаль и гнев у него не было — следовало всецело сосредоточиться на задании. Ведь кто-то должен был разыскать руководство по приготовлению красок, чтобы оно не попало в руки Рэрдова.

Но Сенна, разумеется, ничего этого не знала, так как не знала, что он, Финниан, на самом деле выполняет задание своего короля.

— А это… Это одна из рек? — спросила девушка, указывая на один из притоков главной реки, бурлившей неподалеку от того места, где они сейчас находились.

— Да, это одна из них.

— И какой ширины эта ре… Ой, что это?! — воскликнула Сенна в испуге. В этот момент из ближайших зарослей донесся протяжный вой, и казалось, это завыла сама ночь.

— Волк, — ответил ирландец.

— У нас в Англии их осталось уже совсем немного, — прошептала Сенна.

Тут снова раздался вой, и девушка прижалась к своему могучему спутнику.

— А они… близко? — прошептала она.

— Да, но ничего страшного. Милая, вы готовы идти?

— Да, вполне.

Они быстро подошли к берегу реки Банн — Женской реки. Этой реке дали правильное название, потому что она была своенравной, прекрасной и свирепой, к тому же опасной своей глубиной и бурным стремительным течением.

Правда, сейчас стояла осень, а лето, к счастью, было сухим. Фермеры, разумеется, жаловались, но Финниан благодарил за засуху всех богов, которых мог вспомнить, — и старых, и новых, — так как это означало, что они с Сенной могли переправиться, не возвращаясь к мосту, расположенному всего в полумиле от замка Рэрдов.

Однако река Банн и сейчас была достаточно глубокой для того, чтобы утонуть в ней, если при падении разбить себе голову о камни.

Финниан приблизился к реке.

— Сенна, как вы относитесь к камням?

Она посмотрела на него с недоумением. Затем, когда подошла к Финниану и увидела неровный ряд валунов, зигзагами протянувшийся через всю реку, с дрожью в голосе проговорила:

— Но вы же… не серьезно? Неужели вы хотите прыгать по ним, по этим… скалам? Они ведь… Впрочем, некоторые из них, пожалуй…

— Сенна, если вы очень боитесь…

— Ничего я не боюсь. И никогда не боялась. Я просто… прикидываю, рассчитываю.

— A-а… понятно. — Финниан ждал, затаив дыхание. Он знал: если она скажет, что не сможет…

— Я смогу это сделать, — заявила Сенна. — Знаете, я ведь привыкла лазать по камням.

Финниан улыбнулся и сказал:

— Что ж, очень хорошо. А теперь делайте то, что делаю я. И делайте точно так же, как я.

Он прыгнул на ближайший камень и тут же перепрыгнул на следующий. Обернувшись, сказал:

— Теперь вы.

Сенна прыгнула с закрытыми глазами, и Финниан нахмурился. Но девушка очень ловко приземлилась на ближайший от нее камень, затем, открыв глаза, улыбнулась.

— Замечательно. — Финниан тоже улыбнулся. — Но больше никогда так не делайте. Глаза всегда должны быть открыты. — Он повернулся к следующему валуну. — А теперь — дальше. Камней всего пятнадцать, не так уж много. Но кажется, что они становятся все выше и острее. Итак…

— А они действительно становятся все выше, пока мы идем? — неожиданно спросила Сенна.

— Ничего подобного. Это из-за лунного света. Обман зрения. Итак…

Финниан оттолкнулся и перелетел на следующий валун, расположенный совсем недалеко. И тут же, чтобы освободить на валуне место для Сенны, прыгнул дальше.

— Господи милосердный, помоги мне, — послышался голос девушки.