Я верю в любовь - Айрис Оллби

Итак, возможная мимолетная связь вовсе не так опасна, как кажется на первый взгляд. Нет смысла противиться своей растущей страсти. Есть же, в конце концов, и у нее право на несколько дней праздника. Впереди у нее Англия, их пути разойдутся навсегда. Отпускной роман. Говорят, южане это любят.

Мария покрасила губы и выпрямилась. В глазах светилось такое волнение, что она самой себе удивилась. Ничего подобного в ее жизни еще не было. Даже в голову не приходило, что способна на случайный роман! Но тело ее изголодалось, оно упрямо напоминало: ты молодая женщина, ты должна жить. Голос плоти становился все настойчивее, и не было сил заглушить его.

Конрад ждал ее в вестибюле. Рядом с ним швейцар держал в руках ее жакет. Когда Мария подошла, мужчина взял жакет и сам набросил ей на плечи. На улице стало прохладно. Дни жаркие по-летнему, а вот ночи еще холодные. Было уже поздно – часы на автомобильной стоянке показывали полночь. Впрочем, по местным представлениям это еще только вечер. Она вновь подумала о Джеке и Белинде. Чем же закончилось их объяснение?

Если между ними все пойдет на лад, то Белинда не поедет на плантацию. Тогда Конрад, если действительно находит свою гостью привлекательной, мог бы приехать туда. Но если между американцем и великосветской львицей произошел разрыв, Белинде, возможно, захочется отдохнуть на природе.

Если, если, если… Сплошные сомнения. Неприятная туманность. Мария привыкла держать под контролем собственную жизнь и не зависеть от желаний и прихотей других людей. Это касается и бизнеса, и личной жизни. Смогла же она противостоять свекрови! Но в отношениях с мужчинами опыта маловато. Во всяком случае, сделать первый шаг храбрости не хватит.

И все-таки, отчаянно стараясь казаться невозмутимой, она сказала:

– Почему бы и вам не взять выходной? Вы могли бы навестить меня… Белинду и меня. И мы могли бы вместе поездить по окрестностям.

Какое неуклюжее получилось приглашение. Остановив автомобиль у входа в палаццо, Конрад повернулся и взглянул на спутницу с нескрываемым интересом.

– Благодарю вас. Прекрасная мысль, – вежливо ответил он. – Впрочем, я вижу, что машина американца все еще здесь. Так что вполне вероятно, Белинда не поедет вместе с вами.

Они вышли из машины, и Конрад проводил гостью к тому крылу, где располагалась ее комната.

– Я позвоню и распоряжусь, чтобы к вашему приезду все было готово, – сказал он. – А завтра утром сообщу, поедет ли на плантацию сестра. Если нет, в вашем распоряжении будет автомобиль.

Он взял ее за руку и потянул к себе.

– Спокойной ночи, Мария.

– Спокойной ночи. Это был чудесный… Договорить не удалось. Поцелуй не был ни долгим, ни горячим. Он даже не обнял ее. Просто легкое прикосновение губ. Видимо, человеку хотелось проверить, правильно ли он ее понял. Как бы то ни было, от этого поцелуя дрожь пошла по телу.

Женщина замерла не в силах сделать ни шага.

А мужчина чуть отстранился и неотрывно смотрел на нее. Потом улыбнулся и коротко бросил:

– Спокойной ночи.

Повернулся и ушел.

На следующее утро они не виделись. Мистер Баго не позвонил и не зашел. Позвонила Белинда и сообщила, что едет на плантацию. Подавив возглас разочарования, Мария быстро собралась и вышла во двор.

На Белинде лица не было. Угадывалась бессонная ночь. И скорее ночь в одиночестве, а не в объятиях возлюбленного.

– Ты не могла бы вести машину? – спросила она и уселась на пассажирское место, не дожидаясь ответа Марии.

– Хорошо, поведу, но ты следи, чтобы я ехала по правой стороне. Англия приучила, Испания не переучила.

– Скоро приспособишься. А вы с мужем разве никогда не ездили в отпуск в Европу?

– Ездили, но муж всегда сам вел машину.

– Тебя, значит, устраивало положение пассажира, – едко заметила Белинда.

– Не совсем. Просто у меня не было выбора.

– О… Понятно.

Обе задумались, продолжения разговора не последовало. Когда выехали на трассу и не нужно было давать указания по маршруту, Белинда надела темные очки и, откинув голову, замерла.

Любопытно, что же произошло между нею и американцем? Но не спросишь же… Они не настолько близки, чтобы поверять друг другу свои тайны. Если уж на то пошло, у Марии ни с кем не было настолько близких отношений, чтобы она могла рассказать о своих разочарованиях и страхах.

В поместье приехали к обеду. Мария уже была знакома с экономкой, сеньорой Ругозой. Они виделись во время подготовки к празднику, и теперь обменялись теплыми улыбками. Сеньора накрыла для них стол и подала обед, а сама ушла домой, во флигель за винным цехом.

– Значит, в доме вообще никто не живет? – удивилась Мария.

– Нет. Но сестра сеньоры Ругозы приходит и ночует здесь, если есть необходимость. Мать Рэя – она художница, – когда приезжает сюда рисовать, не любит оставаться одна. А с дедушкой остается его шофер.

– А ты? – спросила Мария. Собеседница пожала плечами.

– Я редко приезжаю сюда одна. Но и одна не боюсь.

Белинда почти не ела, только ковыряла вилкой в тарелке и наконец сказала:

– Знаешь, Мария, ты меня извини. Я сегодня компаньон никудышный. Пойду к себе и полежу, ты не обидишься.

– Что ты, конечно нет. Иди, отдыхай. Я погуляю поблизости.

Добравшись до реки, Мария уселась на поросшем травой берегу и, подтянув колени, опустила на них подбородок. Невдалеке она заметила лодочный домик, на дверях которого красовался замок. Вдалеке на другом берегу еще два дома: их черепичные крыши виднелись за цветущими деревьями.

Она погрузилась в размышления о собственной жизни. Приедет ли Конрад на плантацию? Вряд ли. А даже если приедет, то неизвестно, отважится ли на что-либо большее, чем прощальный поцелуй. Ведь рядом будет сестра. Конрад слишком щепетилен, слишком скрытен, чтобы демонстрировать свои чувства. Если они есть, конечно.

Сейчас, когда его присутствие не смущало душу, Мария могла трезво рассуждать, в результате чего появилась мысль: приезд Белинды на плантацию в конечном счете ей на руку. Может быть, это воля судьбы. Скорее всего, ей просто не суждено завести роман с Конрадом. Ни с ним, ни с кем-либо другим.

Впрочем, если даже тот приедет, она вполне может отступить. В конце концов, все, что между ними было, – это прощальный, ни к чему не обязывающий поцелуй. Но и такой знак внимания оставил женщину в полном смятении. Ведь она думала, что эгоистичное и жестокое отношение мужа убило в ней само желание любить. Неожиданно женское естество вернулось к жизни и потребовало удовлетворения так долго подавляемой страсти…

В тот вечер женщины приятно провели время вдвоем. Они сами приготовили ужин и за едой болтали о книгах, о музыке, вспоминали школьные дни. О мужчинах – ни слова. Разошлись по своим комнатам довольно рано, погруженные в сердечные проблемы. Каждая – в свои.