Колдунья - Филиппа Грегори

Всадник спешился, сильные руки подхватили Элис и поставили на землю.

— Где мы? — едва дыша, спросила она.

Мужчина кивнул в сторону башни, примыкающей к длинному строению, и коротко пояснил:

— Это башня лорда Хью.

Он посмотрел поверх ее головы и что-то крикнул. Из башни донесся ответный крик, и Элис услышала, как отодвигается засов.

— А там что?

Она указала на другую башню, поменьше и поприземистей, примыкающую к стене замка. Внизу окон не было, к окнам второго этажа вела каменная наружная лестница.

— Молись, чтобы никогда туда не попасть, — мрачно изрек великан. — Это тюремная башня. На втором этаже стража, а внизу камеры. У них там и дыба есть, и тиски, и пресс, и уздечка, все как положено. Молись, чтобы никогда этого не увидеть. Там все становятся намного разговорчивее, но и выше ростом. Гораздо выше. И тоньше. А иногда без зубов. Дешевле, чем у самого последнего зубодера! — Он грубо рассмеялся и крикнул зычным голосом: — Эй!

Из тени выступил стражник.

— Вот знахарка из Боуэса, — сообщил великан. — Немедленно доставь ее вместе со скарбом к его светлости. И никто к ней не должен соваться. Таков приказ самого милорда.

Он подтолкнул Элис к стражнику, тот схватил ее за руку и потащил вверх по каменным ступеням к арочному дверному проходу. Дверь, толстая, как ствол дерева, была открыта. Внутри мерцало пламя факела, оставляя на стене полосу черной копоти. Замок дышал холодом и сыростью; казалось, даже платок на грубо подстриженной голове Элис дрожал. Здесь было холоднее, чем в пронизанной сквозняками хибаре Моры. Стены замка защищали от ветра, но туда никогда не попадало солнце. Девушка незаметно перекрестилась. У нее было предчувствие, что она идет навстречу смертельной опасности. Темный коридор, освещенный по углам чадящими факелами, был как самый страшный кошмар в монастыре: запах дыма, треск пламени и длинный, длинный путь в никуда.

— Шагай быстрее, — поторопил стражник и крепко сжал руку Элис.

Виток за витком она поднималась за ним по винтовой лестнице.

— Пришли, — наконец сказал он, постучав в массивную деревянную дверь: три коротких удара и два длинных.

Дверь распахнулась. Помещение было так ярко освещено, что девушка зажмурилась. Несколько человек сидели на скамьях за длинным столом с остатками ужина, в углу ворчали над костями две большие охотничьи собаки. С первого взгляда Элис поняла, что перед ней — люди знатного происхождения. Плащи, небрежно брошенные на стулья, были сшиты из тонкой шерсти на шелковой подкладке. Присутствующие были одеты в тонкие чулки изящной расцветки и бриджи с пуфами, подвязанные под коленями красивыми ленточками. Длинные камзолы были распахнуты, так что виднелись шелковые подкладки. На головах красовались небольшие бархатные шляпы с перьями и драгоценными камнями. Было жарко, пахло прогорклым дымом и потом.

— Девка! — воскликнул один из них. — Очень любезно с твоей стороны!

Элис отпрянула и спряталась за спиной солдата, который еще держал ее за руку. Тот покачал головой и ответил:

— Нет. Это знахарка из Боуэса, ее прислали к милорду. Как он себя чувствует?

Молодой человек, находившийся в самом конце комнаты, поманил их к себе.

— Увы, ему не лучше, — проговорил он вполголоса. — Лорд хочет видеть ее немедленно.

Он отдернул гобелен на стене и распахнул узенькую арочную дверь. Стражник отпустил Элис и сунул узел ей в руки. Она застыла в нерешительности, не зная, что делать дальше.

— Ну, чего стоишь? — обратился к ней молодой человек.

Но девушка все не решалась двинуться с места. Тогда солдат подтолкнул ее вперед. Стараясь не потерять равновесие, она сделала шаг, и еще один; спотыкаясь, она кое-как проковыляла мимо мужчин, провожающих ее взглядами. За узкой дверью оказалась каменная лестница, освещаемая одним-единственным еле горящим факелом. В конце пролета Элис увидела небольшую деревянную дверь; едва она поднялась по ступеням, как дверь медленно отворилась.

Темное помещение освещали только пламя камина и слабый огонек восковой свечки на сундуке. Закругляющиеся стены башенной комнаты были завешаны гобеленами. Перед камином — тяжелый резной деревянный стул, возле него — табуреточка для ног. Под застекленным окном, смотрящим во двор замка, находился небольшой круглый столик. В углу — два деревянных сундука для одежды и буфет, в котором стояли кувшин с вином и бокал; Элис отметила очень красивую форму бокала и поняла, что, невзирая на страх, не утратила наблюдательности. У дальней стенки располагалась небольшая высокая кровать, задрапированная занавесками, расшитыми богатыми узорами.

В изголовье кровати девушка увидела крошечного человечка, ростом не более ребенка. Он глаз не сводил с гостьи, непрерывно поглаживая рукой подушку, где покоилась голова человека с исхудалым, изможденным болезнью и страданием лицом, желтым, как осенний березовый лист. Но черные глаза, когда над ними поднялись тяжелые веки, смотрели ярко и весело, сверкали, как у старого сокола.

— Ты, что ли, знахарка? — спросил он.

— Я мало что умею, — тут же стала оправдываться Элис. — И мало чему училась. Вам надо послать за кем-то более опытным и знающим, аптекарем или даже брадобреем. Вам нужен настоящий врач.

— И он будет ставить мне банки, пока я не помру, — медленно произнес больной. — Своими банками меня чуть в могилу не свели. Пока я не выгнал всех вон, они как один твердили, что ничего больше не могут. Довели меня до полусмерти! Но я не помру. Мне пока рано помирать. У меня есть еще дела на этом свете, слышишь, девка? И ты спасешь меня, правда?

— Попробую, — согласилась Элис.

Ей очень хотелось отказаться, но она вовремя прикусила язык. Она повернулась к камину, при свете огня положила на пол узел, собранный Морой, развязала его, расправила платок и разложила в порядке все, что там было. Карлик протопал к ней и присел рядом на корточки, при этом его голова не доставала ей даже до плеча.

— Используешь черную магию, госпожа моя? — промолвил он вкрадчивым тоном.

— Нет! — мгновенно откликнулась Элис. — Я мало что знаю про травы, только то, чему учила моя госпожа. Лучше бы вы послали за ней.

Карлик покачал головой.

— Весь Боуэс судачит про новую молодую знахарку, которая явилась неизвестно откуда и живет теперь возле реки вместе со старухой вдовой Морой. — Он кивнул в сторону неподвижно лежащего на кровати больного. — Милорд тоже не любит черной магии и не потерпит ее.

Элис расправила молитвенник, по правую руку положила травы и ступку с пестиком. Карлик указал на камень, обвязанный ленточкой.

— Что это такое?

— Кристалл кварца, — пояснила Элис.

Человечек быстро перекрестился и закусил кончик большого пальца.

— Чтобы предсказывать будущее? — гневно воскликнул он. — Но ведь это черная магия!