Хищный. Наглый. Холостой - Алина Ланская

— Надевай, а то всю рубашку маслом заляпаешь.

Баринов молчал и как-то недобро смотрел на меня.

— Вот уж не ожидала, что у тебя такие комплексы. Это же весело. Викинги и русалки — сестры навек.

Я не стала ждать, когда Савва оценит мою шутку, а просто подошла к нему вплотную и надела на него фартук. Пришлось, правда, обхватить его торс и, не отводя взгляда, завязывать у него за спиной пояс. Получилось чересчур интимно и совсем не смешно.

Серо-голубые глаза смотрели цепко, в них не было ни иронии, ни придурковатой вальяжности, не было ничего, что позволяло все свести к легкомысленной шутке.

Баринов поднял руку и, не отводя взгляда, осторожно коснулся пальцами моих волос.

— Хочешь повеселиться?

Его дыхание ударилось о мои губы, я словно почувствовала на них поцелуй. Происходило что-то невообразимое — умом понимала, что надо все это прекращать, но продолжала беспомощно стоять перед ним, непонятно чего ожидая.

— Катяня…

Это дурацкое прозвище подействовало на меня отрезвляюще. Я оттолкнула от себя наглеца, радуясь лишь одному: Пашка не видел, как я обнимала Савву, чтобы завязать на нем этот нелепый фартук. Со стороны все выглядело слишком двусмысленно.

— Сейчас сковородку достану, и все вместе повеселимся. — Голос чуть подрагивал от напряжения. Одной минуты хватило Савве Баринову, чтобы я перестала чувствовать себя хозяйкой в собственном доме.

— Ребята, у вас все в порядке? — раздался за спиной обеспокоенный голос Кальянова. Я с ужасом обернулась: что он успел увидеть?

— У нас все просто замечательно, — с легким недовольством в голосе ответил Савва после того, как я отскочила от него в сторону. — Не пугай Катю своим присутствием.

Я вспыхнула от возмущения. Резкие слова уже были готовы сорваться с губ, но Кальянов меня опередил.

— Да вы как-то подозрительно затихли, вот я и пришел проверить, не убили ли вы друг друга. Шикарный фартук. — Пашка добродушно рассмеялся. — Не ожидал тебя в нем увидеть. Я бы даже сделал пару селфи с тобой.

Баринов хищно сощурился. Не нравится, когда над тобой прикалываются? Только ты можешь всех стебать?! Надо и правда снять его на телефон…

— Да пошутил я. — Кальянов мгновенно пошел на попятную. — Фартук дурацкий, я согласен.

— Помогать будешь? — бросил ему в ответ Савва, пока я раздраженно громыхала сковородками.

Против Баринова Пашка не боец. Это единственное, что мне не нравилось в моем парне, а теперь и женихе. Но когда Савва не мелькал рядом, все было хорошо.

— Кухня — это не мое! — Кальянов замахал руками. — Я тут только все испорчу. Но в коридоре постою, а то вы, ребята, тут друг друга поубиваете.

Я с шумом поставила на стол здоровую чугунную сковородку, подарок Пашкиной мамы.

— Такая подойдет?

— Вполне. — Савва мельком взглянул на это черное безобразие, бодро вскрывая упаковки со стейками. — Кастрюля есть в этом доме?

— Разумеется. — Я подавила в себе легкое раздражение. Баринов и здесь собирался раздавать приказы.

— Значит, снимаете квартиру у друзей? — Савва подтянул к себе сетку с картошкой и резким движением разорвал ее. — А где после свадьбы жить будете?

— Да здесь же и будем. — Я не услышала в вопросе подвоха и ответила довольно быстро, даже не оглянувшись на Пашку. — Мы как-то обсуждали эту тему и решили пока не влезать в ипотеку.

— Что так? — Баринов без спроса взял нож и принялся чистить картошку.

Я смотрела на это явление, вытаращив глаза. Лощеный и весь такой безукоризненный «топчик», мечта всех моих институтских подружек не гнушался испачкаться, снимая грязную кожуру с картошки.

— Я вот с этой женской работой никогда не могу справиться. — Пашка с не меньшим удивлением глазел на Савву. — Даже не пытаюсь. Кухня.

— А ты попытайся. — Баринов кинул в мойку картофелины и отдал новый приказ: — Кать, ставь воду в кастрюле.

— Да, босс, — издевательски фыркнула я. Идея самой ничего не делать мне уже не казалась такой уж правильной — Баринов умудрился и здесь, в моем доме, захватить власть. — Пашке не обязательно готовить, я прекрасно умею.

— Ну да… только огонь поменьше сделай. Ипотека — отличный вариант для молодой семьи. И ты неплохо зарабатываешь, Кать. Да и Кальянов наверняка… Паш, ты чем сейчас занимаешься?

Я отвернулась к плите, чтобы они не заметили выражение досады на моем лице. Вот как Баринов всегда безошибочно находит самое больное место и сразу в него бьет?!

— Я пока в поиске, — уклончиво ответил Кальянов, но Савва уже закусил удила.

— Что ищешь? Я помню, ты собирался заниматься интернет-маркетингом, даже ходил на какую-то практику. Кать, вымой спаржу пока.

Надо было настоять на фастфуде!

— Да было дело. — Пашка все же прошел в кухню и сел на табуретку. — Но как-то не пошло, не мое это, как оказалось.

— Баринов, картошка так сто лет будет вариться, я добавлю огонь.

— Нет.

— Но…

— Сегодня я главный на этой кухне. — Савва оскалился. — Садись рядом с Пашкой и отдыхай. Так чем ты сейчас занимаешься, Кальянов?

— Может, мы не будем превращать дружеский ужин в допрос? — Я смотрела, как над картошкой поднимаются пузырьки воды. — Лучше расскажи, что ты забыл у нас в «Элиоте». Да, кстати, Паш, прикинь, Баринов сказал, что собирается жениться.

— Жениться? Ты? — Кальянов недоверчиво разглядывал нашего институтского приятеля. — Ребенка сделал?

— Правда, расскажи, Сав.

Баринов же молча укладывал стейки на разогретую сковородку. В кухне зашипело.

— Ты думаешь, я могу жениться только по залету? — Баринов уменьшил огонь под кастрюлей. — Скоро будет готово.

— Честно говоря, я думаю, что даже ребенок не может заставить тебя пойти в загс. Ты сам говорил, что никогда не женишься, и, знаешь, я всегда тебе верила. Ты не создан ни для брака, ни для семьи.

— Ложное убеждение, Катянь. У тебя есть бумажные полотенца?

Знания Баринова о кухонной утвари поражали, но уходить от темы его женитьбы я не собиралась. Это куда интереснее, чем обсуждать Пашкины проблемы с работой.

— У нас все есть! Держи. Так с поиском жены это был прикол? Я так и знала.

Я довольно подмигнула Кальянову, который задумчиво посматривал на Баринова. Да ладно, Паш, ты реально ему поверил?!

— Нет, это не прикол. — Мне послышалась в голосе Саввы непривычная для него напряженность. Он стоял ко мне спиной, переворачивал мясо на сковородке.

В кухне повисла пауза, даже мне расхотелось смеяться. Может, я чего-то не знаю?

Следующие несколько минут прошли почти в полном молчании, Баринов лишь изредка отдавал свои приказы: «дай толкушку», «расставь тарелки», «налей воду».