Приют для миллионера - Александра Микс

Рядом мелькает еще одна мужская фигура — Росс.

— Мисс Хилл, что с вами? — Мартин тревожно хмурится, кидая короткие взгляды то на меня, то на Руперта.

Меня бросает в дрожь, голова идет кругом, а ноги слабеют.

— Я забираю ее, — выдает Росс. Я слышу его голос через толщу воды, которая мешает мне сосредоточиться.

— Понял, — беспрепятственно соглашается Руперт.

— Отвези мисс Хилл ко мне.

Окончательно перестав понимать, что происходит, висну на руках у Руперта.

Слишком сильная паническая атака, которых уже давно не случалось.

***

Я постепенно прихожу в себя, с большим трудом разлепляя глаза. Свет в помещении максимально мягкий и совершенно не раздражает. Это не может не радовать, потому как ощущение, словно меня ударили по голове и так сильно, что я очнулась только через неделю.

Квартира незнакомая. Я сажусь, оглядывая обстановку, которая говорит о хорошем вкусе ее обладателя.

Дизайн выполнен в современном стиле в темных тонах. Напоминает чисто мужское логово: брутально и сдержанно.

Знать бы еще, где нахожусь.

За окном темно, бросаю взгляд на наручные часы — почти полночь.

Не помешало бы найти хозяина и хоть немного прояснить ситуацию.

— Как вы себя чувствуете? — беспокоится, вошедший в гостиную Мартин Росс.

— Вполне. Что я делаю в вашем доме?

Мужчина медленно подходит к дивану и садится на приличном от меня расстоянии. Нарочито держит дистанцию, чтоб не спугнуть.

— Вам стало нехорошо и я взял на себя смелость доставить вас к себе.

В памяти всплывают обрывки последних перед обмороком событий. «Я забираю ее», — звучит в голове голос Росса, адресованный водителю Стока.

Вот смелость, так смелость, почти что наглость.

— Мне нужно домой, — чеканю я.

— Мисс Хилл, ваш обморок говорит о неполадках в вашей нервной системе. Я вызвал своего врача, он прибудет утром.

— Это лишнее.

Хотя Росс абсолютно прав: мне нужна помощь и как можно быстрее. Однажды, панические атаки преследовали меня довольно долго, но мне удалось побороть этот недуг. И я не выдержу повторения истории, ведь это выматывает, держит в напряжении, не дает расслабляться и полноценно существовать.

— Я настаиваю, он должен вас осмотреть.

— И что вы предлагаете?

— Останетесь у меня. Гостевую спальню подготовили. И потом, уже довольно поздно.

Соглашаюсь только ради себя, ради собственного спокойствия. Мартин смотрит с благодарностью, будто для него это слишком важно.

Усталость берет свое и единственное желание — принять душ и забраться в постель.

Росс ведёт меня в спальню, что располагается на втором этаже его двухуровневой квартиры. Интерьер поистине впечатляющий: простая и романтическая эстетика с легкой примесью хай-тека. Я кручу головой, как турист в музее, восхищаясь сочетанием оттенков и форм.

В комнате уютно, большая двуспальная кровать застелена темным бельем.

— Располагайтесь, — Росс звучит спокойно и, кажется, удовлетворенно. — Ванна находится прямо в комнате, можете ей воспользоваться.

— Спасибо, — кидаю я, исчезая в ванной комнате.

Простите за манеры, мистер Росс, но сейчас их отсутствие волнует меня меньше всего.

Горячие струи воды окончательно расслабляют мое тело и приводят в чувство. Готова стоять под душем пока поверхность моей бархатистой кожи не сморщится как у маленькой высохшей старушки. Но это будет слишком легко, так просто я не сдамся.

Выйдя из ванной обнаруживаю в комнате Мартина, он сидит в кресле вглядываясь в ночные огни города.

Я стою перед ним, обмотанная в маленькое махровое полотенце, едва прикрывающее самые сокровенные места.

Наверняка в его доме имеются полотенца побольше, но для меня их, видимо, не нашлось.

— У вас есть рубашка?

Самый идиотский вопрос, который можно задать состоятельному мужчине.

— Женщины вашего темперамента предпочитают спать обнаженными, — голос наигранно холодный.

— Слишком беззащитно.

— Здесь вам нечего бояться.

— А я вас и не боюсь.

Ухмылка. Оценивающий взгляд.

Он выходит из комнаты на несколько минут и возвращается с белой рубашкой в руках.

— Спокойной ночи, мистер Росс, — намекаю, что ему пора уйти.

Одна ночь, только одна, а утром я вернусь домой.

— Отдыхайте, мисс Хилл.

Он выходит ни разу не обернувшись и плотно закрыв за собой дверь.

Как только голова касается подушки, мое сознание моментально отключается.

Просыпаюсь сама, от легкости, от того, что чувствую себя бодрой. Искренне удивляюсь, ведь так я сплю только дома. Можно спихнуть все на стресс и усталость, и это довольно разумное объяснение.

На улице едва начинает светать, а я уже готова покорять вершины. Встаю и на цыпочках крадусь по комнате. Мое внимание притягивает утренняя заря и я невольно останавливаюсь напротив окна.

Это самый необыкновенный рассвет, который мне доводилось встречать. И дело не в месте, а в душевном состоянии.

Я сажусь в кресло у огромного панорамного окна, завернутая в темно-синее хлопковое одеяло, под которым абсолютно ничего нет.

Росс был прав, я избавилась от рубашки, как только он вышел из комнаты. Если темперамент диктует спать обнаженной, так тому и быть.

Из-за горизонта лениво поднимается невыспавшееся солнце, озаряя первыми лучами макушки высоток. Щурю глаза от яркого света, но продолжаю смотреть.

Я спокойна и, кажется, сама Вселенная замерла в этом мгновении. Чувство умиротворения, безмятежности и равномерности наполняет меня изнутри. Еще я ощущаю себя в безопасности, здесь и сейчас меня никто не обидит, не перейдет черту, не нарушит границы.

Слышу робкие шаги за дверью, которые на несколько секунд замирают у моей двери. Не спит. Как и я.

Он уже не первый раз проходит мимо, будто проверяет мое присутствие. А я борюсь с желанием позвать его. Хочу смотреть в глаза человеку, который не смеет зайти ко мне сам. Он открывается для меня с другой стороны, впрочем, судить еще рано.

Город пробуждается. Подхожу к окну, наблюдая за суетой в свете утренних лучей. И в этом есть что-то привычное.

Разворачиваюсь спиной к окну и облокачиваюсь о холодное стекло. В этот момент дверь тихо открывается.

Не выдержал. И, кажется, я благодарна.

Некоторое время он смотрит на меня на фоне городского рассвета. Закрывает за собой дверь и движется в мою сторону. Вид у него домашний: на нем льняные брюки и белая футболка.