Удали меня из памяти - Екатерина Громова

Когда с обратной стороны закрылась дверь, девушка сняла толстовку, повесила на сиденье впереди себя и закуталась в мужскую ветровку, оказавшуюся больше на два размера. Кирилл вернулся, завел двигатель, включил климат контроль и примостился рядом на заднем сиденье.

— Одеяла нет, прости. Сейчас будет тепло, согреешься, и вещи немного подсохнут, — с этими словами он опустил взгляд вниз и недовольно нахмурился. — Сними мокрые брюки!

— Они почти сухие.

Алёна уткнулась носом в воротник его куртки и с наслаждением вдыхала аромат мужского парфюма. Запах пьянил и кружил голову, даже мокрые брюки казались нестоящими внимания.

— Алён! Сейчас же сними!

— Сколько?

— Что сколько? — Кирилл напрягся.

— Сколько ты дашь за то, чтобы я их сняла?

Кирилл сложил руки домиком на переносице и пренебрежительно посмотрел на девушку. Та уселась полу боком, подогнув под себя левую ногу, положила голову на спинку сидения и с невозмутимым выражением лица принялась ждать ответ.

Кирилл неожиданно развеселился:

— Так вот в чем дело?! А всё думаю, что с тобой сегодня. Представляешь, целый вечер думаю! Как будто мне подумать больше не о чем! — последнюю фразу он процедил сквозь зубы, глядя в прищуренные глаза.

Алёна нахмурилась, его реакция была неприятна, она рассчитывала, как минимум, на замешательство, как максимум на стыд.

— Снимай штаны! Или я сделаю это сам! — прошипел раздраженный юноша.

— Шёл бы ты лесом, Руднев …

Она и отреагировать не успела, как сильная мужская рука схватила её локоть и дернула на себя. От неожиданности не удалось удержать равновесие, Алёна с размаху впечаталась носом в его шею. Кирилл отвел захваченную руку себе за спину, крепко удерживая и тем самым прижимая девушку еще сильнее, свободной рукой с ловкостью иллюзиониста развязал шнурки на брюках.

— Да что ты …?! Как ты?! Что ты себе позволяешь?! — Алёна пыталась сражаться, уперев ладонь ему в грудь, старалась отодвинуться подальше. Двусмысленная собачья поза, в которой она оказалась, совершенно не воодушевляла.

— Тихо! Угомонись! — он стаскивал одежду с её оттопыренной попы. Мокрая, оттого тяжелая, ткань прилипала к коже и стягивалась с трудом. Цель была близка, захват ослаб, и Алёна рухнула на кожаное сиденье, будучи в одних трусиках, брюки остались висеть на коленях. Переводя злобный взгляд с них на ухмыляющегося парня, она нервно сопела и пыталась решить, что делать дальше.

— Ещё раз ко мне прикоснешься …!

— Что будет? — Кирилл нахально улыбался, рассматривая голые бедра.

— Увидишь! — словно змея шипела обиженная.

— Вот сейчас сразу и посмотрю.

Он попытался приблизиться, но ощутимо схлопотал кулаком по плечу. Попытка самообороны раззадорила и даже повеселила.

— Неужели ты думаешь, что у тебя есть шанс со мной справиться?!

Кулак прилетел еще раз, теперь в грудь. Парень заливисто рассмеялся, слегка откинув голову назад. Алёне представилась возможность рассмотреть его белоснежные зубы во всей внутренней красе.

— Немедленно отвези меня домой!

— Не могу, — открытая улыбка озаряла самоуверенное лицо.

— Почему?

— Ты голая! Как ты выйдешь из машины? Представь лицо консьержки, рассматривающей из-под спущенных очков, полуобнаженную особу в мужской куртке.

Девушка начала порывисто натягивать злосчастные штаны, чужая ладонь схватилась за мотню и рванула вниз. От предмета одежды осталось лишь мокрое серое нечто, повисшее на кроссовках.

— Молодец! Мужииииик! — Алёна плотнее сомкнула ноги и скрестила руки на груди, вперив в того самого мужика осуждающий взгляд.

— Дальше сама?

— Ну уж нет. Заканчивай, раз начал.

Приторно улыбаясь, Кирилл осторожно вынимал её обувь из брючин, не забывая посматривать в сверкающие злобой глаза. Комок полетел вперед и шмякнулся на водительское сиденье со смачным шлепком, характерным для насквозь мокрой тряпки.

— Что дальше? — с обречённым вздохом спросила девушка.

— Дальше снимай обувь и иди ко мне.

Алёне резко перехотелось противиться, его протянутая ладонь манила и обещала притянуть к себе, как только она вложит в нее свои пальцы.