Вдох-выдох - Мария Акулова

– Кто? – Данилов заходить в квартиру пока не рвался, а напор Гены Ярослав выдерживал достаточно успешно, следя взглядом за пританцовывающим перед ним Светличным.

– Вы знаете, где находится Александра Константиновна Титова? – вопрос задал сыщик.

– Конечно, знает! Это же он ее выкрал! – а вот ответил не тот, кому вопрос адресовался.

– Геннадий Андреевич, еще слово невпопад, и я попрошу вас выйти, – а судя по взгляду Самарского, он поможет Светличному благополучно добраться до первого этажа, буря носом ступеньки. – Вы знаете, где находится Александра Константиновна Титова?

– Нет, – прямой тяжелый взгляд в ответ на совершенно нежелательный вопрос.

– Он врет! Она тут, я точно знаю!

На Гену внимания уже больше просто не обращали.

– Ну что ж, Ярослав Анатольевич, я действительно хотел как лучше. У меня есть ордер на обыск, пропустите, пожалуйста, – перед лицом у Яра промелькнула какая-то бумажка, а физиономия Светличного расплылась в победной улыбке.

– А если нет?

– Я буду вынужден применить силу. В квартиру мы все равно попадем. В ваших же интересах сделать это добровольно.

Нет, в его интересах было бы спустить с лестницы их обоих, но ни впустить, ни еще раз отказаться он не успел, услышав за спиной голос.

– Не нужно ничего применять.

Саша слышала их разговор, понимала, что Яр будет всячески пытаться избежать попадания посторонних в квартиру, и знала, чем это может закончиться. Лучше так, лучше она выйдет сама.

– Александра Константиновна?

Мужчина средних лет в потертой кожаной куртке вскинул на нее вопрошающий взгляд.

– Да.

– Саша, вернись в комнату, пожалуйста, – Ярослав не обернулся, но зная его достаточно хорошо, девушка отметила, что спина окаменела, он злился. Очень.

– Какого черта ты указываешь ей, что делать? Алекс, ты в порядке? – вопросы Гены сегодня поголовно оставались без ответа.

– Александра Константиновна, вы находитесь тут добровольно?

– Да, – это тот максимум, на который она могла отблагодарить Ярослава за вчера.

– Нет! – он же рявкнул ответ так резко, что Саша поежилась. – Иди в комнату, – обернувшись на долю секунды, Яр бросил предупреждающий взгляд.

Дурочка, если раньше под подозрение подпадал он, то этим своим «да», она может подставиться сама. Любящая дочь не станет проводить дни с человеком, практически обвиненным в убийстве ее отца, добровольно.

– Так да или нет? – Данилов переводил взгляд с растерянного лица девушки на злого Самарского, пытаясь понять, что же тут происходит.

– Нет. Александра Константиновна находится в квартире не по собственной воле.

Она собиралась сказать что-то еще, но брошен такой же предупреждающий мимолетный взгляд, и слова не срываются с губ.

– Ну что ж, в таком случае, Ярослав Анатольевич, вы обвиняетесь в захвате заложника и умышленном убийстве. Я обязан вас арестовать.

– Нет, – Саша хотела вклиниться между, как оказалось, милиционером, и Яром. Ей не дали.

– Не смей, поняла? – резко развернувшись, Ярослав приблизился к ее лицу. – Даже думать не смей мне помогать. Я разберусь.

– Я не хочу применять силу, Ярослав Анатольевич, поэтому прошу, пройдемте, – так и не попав вглубь квартиры, Данилов снова отступил в холл, открывая дверь настежь.

– Дайте мне минуту.

– Алекс, не разговаривай с этим уродом! Он убийца!

– Хорошо, у вас минута, – если бы Гена держал язык за зубами, он бы отказал, но этот человек раздражает одним своим присутствием так сильно, что хочется наплевать на все правила и поступить наперекор.

Данилов отступил на лестничную клетку, так и оставив дверь открытой.

– Они тебя арестуют! – Саша вцепилась в руки Ярослава, чувствую, как паника потихоньку подкрадывается к разуму.

– Они бы и так меня арестовали, рано или поздно. Я разберусь.

– Как? Не мешай мне, я расскажу, что не было никакого захвата, что это все чушь!

– Нет! Даже думать не смей! Ты вернешься домой, ясно? Будешь жить, как раньше, забудешь, что нас что-то связывало. Я тебя выкрал. Поняла? Держал в заложницах, ты сбежала, я снова силой тебя вернул сюда. Ты поняла?

– Нет!

– Да!

– Они тебя посадят! – голос сорвался на писк. Неужели он не понимает, что сам же роет себе могилу. А она ведь ничем не рискует, она может соврать!

– Я разберусь с этим сам. Саша, умоляю тебя, не делай глупостей. Усиль охрану, не подпускай к себе тех, кому не доверяешь, не выходи из дома, если не уверена, что ты в полной безопасности. Ты права, я не могу держать тебя вечно.

– Но ты…

– Я разберусь!

– Ярослав Анатольевич, минута прошла.

– Не смей пытаться мне помочь. Я сам разберусь! – расцепив напряженные девичьи пальцы, Ярослав развернулся, подошел к Данилову. Наручники на него не надевали, но даже так, открывшееся перед Сашиными глазами зрелище показалось ей одним из худших кошмаров.

– Все хорошо, Алекс, все хорошо, – за плечи ее обнял Гена, попытался прижать к себе, а Саша продолжала стоять истуканом, смотря туда, где только что находился Яр. Боже, она ведь этого по-настоящему не хотела! – Идем, – мужчина настойчиво потянул ее к открытой двери, – пойдем отсюда. Наконец это все закончилось, теперь все будет хорошо. Теперь точно все будет хорошо.

Хорошо? Что может быть хорошо? Убийство отца или арест Самарского? Хорошо… Она должна была вырваться из цепких рук Гены, догнать Яра, убедить человека, который фактически на ее глазах арестовал его в том, что Самарский ни в чем не виноват. Что он пытался помочь ей, что он спас ее вчера, что он спасал ее все это время. Она должна была сделать именно так, но не получилось. Ступор, и она послушно плетется, чувствуя ненастойчивые толчки Гены. Дверь в квартиру так и осталась открытой, он ее даже не захлопнул, а она… Саша пыталась заставить себя делать хоть что-то, но не получалось. Совершенно не получалось. Снова ее мир встряхнули так, что земля отказалась держать.