Северная Корона. Против ветра - Анна Джейн

– Эй! – искренне возмутилась девушка. – В смысле?

– В прямом, – невозмутимо ответил Никита, с усмешкой глядя на свою милую стервочку с малиновыми губами.

– Ну, отлично, – надула эти самые губы девушка. – Дурак, – пробурчала она едва слышно.

– А что ты хотела от меня услышать? – спросил Кларский с недоумением. Он сказал правду – брюнетка у банной стойки выглядела интересно и эффектно. Другое дело, что она не привлекала самого Никиту, но Ника-то об этом не спрашивала, а теперь сердилась.

– Что она тебе не нравится!

– Она мне и не нравится. Ты вопросы задавай точнее, – посоветовал Никита девушке.

– А теперь на тебя вон та рыжая смотрит, – возмутилась собственница Карлова. Еще одна девушка, одиноко сидящая в другом конце зала, стала разглядывать Никиту, который всегда пользовался популярностью у женского пола, иногда, впрочем, этого не замечая.

– Пусть смотрит, – спокойно отреагировал он. Официантка принесла им заказ и удалилась, с интересом глянув на светловолосого клиента с симпатичным лицом – многим девушкам Кларский до сих пор казался спокойным добрым милашкой.

– Пусть смотрит? – прищурилась Ника. Ей нравилось ревновать. – Что, фунтик, цирк уехал, а тебя оставили? Чтобы ты для всех вместо цирка был? Чтобы все смотрели, да?

Ник одарил девушку не самым лестным взглядом, но промолчал.

Мимо них прошла администратор и посадила за соседний столик еще одного гостя заведения: светловолосого темноглазого парня в белой футболке, синих джинсах и кедах. К своему веселому изумлению, Ника спустя пару минут поняла, что молодой человек тоже смотрит на ее Ника – чуть прищурившись, с некоторым недоумением, но очень пристально.

– Ого, – разулыбалась Ника, – Кларский, а ты популярный тип! Опасный покоритель женских сердец и не только.

– Каких-то еще органов?

– Нет, ты еще и покоритель мужчин.

– Ника, следи за словами, – предупредил девушку Никита, которому разговоры о нетрадиционных отношениях не нравились совершенно.

– А что я? Теперь на тебя парень смотрит, – обрадовала парня девушка и сделала вид, что стряхивает с его плеча несуществующие пылинки. Даже несколько простых легких прикосновений заставляли ее чувствовать себя иначе, чем прежде – влюбленной и любимой. Могла ли Ника раньше подумать, что сможет вот так вот запросто касаться Никиты, зная, что и ему это тоже приятно? Нет, она даже и не думала, что это возможно!

– Он о-о-очень внимательно смотрит! Эй, мальчик, он занят, – прошептала Ника, хихикая.

Кларский обернулся, чтобы узнать, кому так интересен он стал. Пальцы его замерли над бокалом с кофе. К огромному своему удивлению, он увидел человека из своего прошлого.

За соседним столом, всего в метре, сидел не кто иной, как его друг Дима Чащин.

Темные, почти черные глаза, которые контрастировали со светлыми, коротко стриженными волосами, смотрели на Кларского с беспокойством, недоверием и волнением. Молодой человек хмурился, и между его глазами, обычно смеющимися и веселыми, залегла тревожная горизонтальная морщинка.

Ник тоже смотрел на Чащина, чуть склонив голову влево, и граница между прошлым и настоящим в его сознании медленно, словно карандашная линия ластиком, стиралась.

Тот же взгляд, те же волосы, та же фигура – тот же человек. Казалось, Димка нисколько не повзрослел внешне.

Казалось, они виделись в последний раз совсем недавно, и не было между ними ничего – ни разногласий, ни предательства, ни драки.

Ник с трудом стряхнул с себя оцепенение.

– Никита? – медленно поднимаясь со своего места, проговорил Дима, не отрывая взгляда от знакомого и одновременно чужого лица. И без того не слишком добрые серые глаза стали совсем жесткими.

«И голос все тот же», – зачем-то подумал Кларский. Он был не менее удивлен – кого-кого, а этого человека, предавшего его и одновременно пытающегося спасти, он не ожидал тут увидеть.

– Это ведь ты? – Дима знал, что не мог ошибиться.

– Это я. Добрый вечер, – холодно сказал ему Ник, чувствуя растерянность, которая не могла прорваться на его лицо, натыкаясь на маску безразличия, которую Кларский почти мгновенно нацепил на себя.

Чащин хотел что-то сказать ему, но в это время к его столику быстрым легким шагом подошла женственная девушка одного роста с Димой, привлекающая внимание очень элегантной короткой текстурированной стрижкой, черные, цвета воронова крыла, прямые пряди которой достигали лишь до линии ее ушей.

– Привет, – она с улыбкой поцеловала Диму в щеку, но тот ее даже не обнял, глядя на Кларского. – А… почему ты тут стоишь? – спросила брюнетка с недоумением. – Дим?…

Девушка поймала его взгляд и тоже уставилась на Никиту. В ее светлых, умело накрашенных глазах мелькнул страх. Она узнала Кларского. Тот, впрочем, тоже узнал свою первую любовь, даже несмотря на то, что она здорово изменилась, поменяв прическу и стиль одежды. Раньше Ольга Князева казалась Нику ангелом, лучом света в темном царстве, а теперь он не мог понять, почему он так думал три года назад. Стильная, яркая, с целеустремленным взглядом – она не казалась ангелом.

– Привет, – вдруг ухмыльнулся Никита, глядя на Олю, которая вдруг побледнела. Дима шагнул вперед, закрывая ее спиной. – Вижу, вы до сих пор общаетесь? Присаживайтесь к нам, – и он по-барски властно поманил некогда дорогих людей к их с Никой столику. Карлова с недоумением взглянула на него, но промолчала. И парень, и девушка были ей смутно знакомы, но она не могла понять, кто они, и когда она их видела.

– Присаживайтесь, – весело произнес Кларский, хотя в душе ему было ни черта не весело. Дима в нерешительности глянул на бывшего друга.

– Если только на пару минут. Чтобы не мешать вам, – сказал он тихо и отодвинул перед Ольгой стул, чтобы первой села она, а после сел сам.

Никита наблюдал за обоими, чуть сузив глаза и потирая левой рукой подбородок. Ольга явно чувствовала себя не в своей тарелке и старалась не смотреть на Ника, а вот Дима, напротив, не мог оторвать от друга взгляда. И если внешне он ничуть не изменился, не повзрослел, выглядя, как беззаботный студент старших курсов, то его темно-карие глаза показались Никите совсем другими.

– Не беспокойся, вы нам не мешаете. Ну, как жизнь? – продолжал Кларский, видя, как Чащин берет нервничающую Ольгу за руку.

– Вроде бы ничего, – растерянно ответил Дима, который явно не знал, как себя вести с бывшим другом. – Доучился, работаю, опять учусь. А ты как? Чем занимаешься?

– Отлично. Чем занимаюсь? Всем понемногу. Можно называть это бизнесом, – задумчиво ответил Кларский. Ника глянула на него с недоумением – и почему голос ее парня так изменился, а в глазах появилось странное выражение: одновременно и хищное, и растерянное. Как будто бы лев не знал, нападать на жертву или же отпустить ее с миром. И вообще она не понимала, зачем Укроп позвал этих двоих.