Мечты Энни - Маурин Ли

Хотя Майку все равно пришлось бы выслушать многочасовую лекцию.

— Думаю, ты права, — вздохнув, сказал он. — Но имей в виду, Энни, политические симпатии — личное дело каждого человека.

— Согласна. А сейчас давай поговорим о рождественском ужине…

— Я все устрою, милая, хотя и не знаю, как мне удастся убедить их прийти.

— А вот это я беру на себя, — пообещала она. — Все до единого члены семейства Галлахеров будут в твоем доме на Рождество, или меня зовут не Энни Кэмпбелл.

Майк рассмеялся.

— Да ты говоришь, как наша мама!

Юэн вернулся домой накануне Рождества. Елка стояла в углу, на своем обычном месте, огни, словно крошечные драгоценные камни, отражались в темных окнах позади нее. Дом номер семь был продан, и Энни в последний раз принесла с чердака елочные украшения.

— Ты скучала по мне? — нежно спросил Юэн. Малыши повисли на нем, просясь на руки. — Нет уж, сначала я должен поцеловать вашу маму, — сказал он им.

— Скучала ли я по тебе? — дрожащим голосом произнесла Энни. — Да это было настоящей пыткой.

Их романтическая встреча произошла почти как в шекспировской пьесе. Спустя год после поездки в Париж, когда Робу и Энди исполнилось всего три месяца, нежданно-негаданно появился Юэн. Сара с Найджелом и детьми как раз ушли подыскивать себе дом, а малыши мирно посапывали наверху.

Энни никогда не переставала думать о Юэне и ужасно по нему скучала с тех самых пор, как они расстались. Однако она считала, что была права, решив, что в отрезвляюще-прагматичном Ливерпуле он увидит все в совершенно другом свете. Вероятно, Юэн все-таки прислушался к ее совету и нашел женщину более подходящего возраста. Однако, едва взглянув на это худое смуглое лицо, Энни поняла: она по-прежнему любит этого человека. Но он был слишком юн, а она намного старше, да и вообще, на самом деле она его совершенно не знала.

— Ты болела? — первым делом поинтересовался Юэн. — Ты сильно похудела, да и лицо бледное.

— Просто я устала, вот и все.

От одного его вида Энни чувствовала себя помолодевшей. Совершенно неожиданно ей страстно захотелось, чтобы он заключил ее в объятия.

— Прошлый год был очень тяжелым для меня, — медленно сказал Юэн. — Вопреки твоим прогнозам, женщины не вешались мне на шею, но нескольких я все-таки пригласил на свидание. — Он решительно посмотрел на нее. — Ты была неправа, Энни, совершенно неправа. Я не ошибся. Я люблю тебя… — Юэн сделал паузу, словно изо всех сил стараясь подобрать слова, чтобы выразить свои чувства. А затем, пожав плечами, сказал: — Я люблю тебя и хочу, чтобы мы поженились.

— Я знаю, милый. — Энни кивнула. Они были не самой подходящей парой, ну и что? — Дело в том, что после поездки в Париж кое-что случилось.

— Ты встретила другого?! — Его лицо исказилось в тревожном ожидании.

— Нет, ничего подобного. — Энни совершенно позабыла, что надежный, уютный Бен Уэйнрайт все еще ждал ее ответа. — Дело в том… — В этот момент Роб издал протяжный крик. Не говоря ни слова, она пошла наверх. Как сказать человеку о том, что он стал отцом двух сыновей, учитывая то, что она попрощалась с ним навсегда?

Энни взяла Роба на руки.

— Ах ты, маленький тиран, — нежно прошептала она. — Посмотри-ка на своего братика! Он никогда ни на что не жалуется.

Энди невозмутимо смотрел на нее, изо всех сил стараясь сбросить одеяло.

Внезапно в комнате появился Юэн. Открыв рот, он взирал на малышей, переводя взгляд с одного на другого. На его лице застыло выражение полного недоумения. Энди что-то ликующе проагукал, наконец-то высвободив ножки, и стал разглядывать свои пальчики.

— Я же сказала тебе, что кое-что случилось, — произнесла Энни, поспешно вернув в кроватку все еще бунтующего Роба, потому что Юэн вдруг разрыдался. Она заключила его в свои объятия, чувствуя, что ее сердце вот-вот взорвется от счастья, и мысленно поблагодарила судьбу.

— Ты готова? — спросил Юэн. — Такси скоро будет здесь.

— Думаю, что да.

Энни окинула взглядом гостиную. Фургон для перевозки вещей только что уехал, перевозя их мебель в огромный двухквартирный дом с отдельным входом. Сегодня вечером обещали прийти Галлахеры, в том числе и Майк, чтобы помочь им разобраться с вещами. Путем уговоров, угроз и даже срываясь на крик, Энни все же удалось собрать на Рождество весь клан Галлахеров.

— Наша мама никогда не умрет, пока ты жива, Энни, — сдавшись, сказал Томми.

Из Италии прилетела Сиси, и Мари с Джастином тоже приехали. На этом празднике не хватало лишь Дэниела, по-прежнему продолжавшего скитаться по земному шару в поисках смысла жизни. Сначала атмосфера была напряженной, но скоро все встало на свои места и Галлахеры снова были лучшими друзьями. Конечно же, без Дот и Берта уже никогда не будет, как в старые добрые времена, но на смену старым добрым временам неизбежно приходят новые. Майк настоял на том, чтобы место Дот заняла Энни.

— Я присмотрю за малышами, — сказал Юэн. — Роб очень огорчается из-за того, что мы не можем взять с собой иву.

Он послал жене воздушный поцелуй и вышел во двор, а Энни поднялась наверх. Как бы сильно она ни желала переехать в новый просторный дом, Энни испытывала боль, расставаясь с тупиком Хезер, но, однако, чувствовала, что время разлуки настало.

На стенах, в тех местах, где прежде висели картины, белели выцветшие прямоугольники, а на коврах были отчетливо видны бледные полосы, оставленные стоящей здесь в течение почти тридцати лет мебелью. Энни мельком взглянул на комнаты Сары и Дэниела, потом зашла в комнату, в которой они спали вместе с Лаури. Воспоминания накатывали, как волны: вот Сильвия с Эриком стоят, целуясь, возле входа в ванную комнату на рождественской вечеринке; Мари неожиданно приехала на похороны, узнав о гибели ее супруга, а вот и Лаури, такой добрый и одновременно такой непростой, — на самом деле она никогда не могла с уверенностью сказать, были они счастливы в браке или нет. Затем вдруг Энни вспомнилось то время, когда с уходом Дэниела она возненавидела этот дом.

Вздохнув, она спустилась вниз, на мгновение с нежностью задержавшись рукой на лоснящемся деревянном набалдашнике на перилах лестницы, выполненном в форме купола. Взглянув в окно, она увидела, как совершенно незнакомая ей женщина выходила из дома номер три. Кроме миссис Винсент, в тупике Хезер вряд ли теперь нашелся хотя бы один человек, которого Энни знала бы в лицо. Она была последней коренной жительницей этого района.

Практически на каждом доме в тупике Хезер была установлена охранная сигнализация — неудивительно, что Майк Галлахер стал мультимиллионером. Эти красные, голубые, желтые коробочки, казалось, служили предупреждением не только потенциальным взломщикам, но и обычным гражданам, о том, что мир становится все более порочным и опасным. Фактически сейчас, в эту самую минуту, в течение первых нескольких дней 1991 года, Великобритания балансировала на грани войны в Персидском заливе. Во вчерашней газете сообщалось о том, что восемнадцатилетние юноши должны быть срочно мобилизованы на военную службу. Чуть позже эта информация была опровергнута по телевизору, но Энни не могла не думать о том, что если бы Дэниел был моложе, а Энди и Роб старше, они просто-напросто могли погибнуть.