Любимые дети, или Моя чужая семья - Диана Чемберлен

– Не думаю.

– Она не говорила, куда едет за покупками?

Я покачал головой.

– Она поехала за продуктами или в какой-то другой магазин?

– Может быть, за продуктами.

Может, нет. Мне следовало быть внимательнее.

Моя нога начала дергаться. Офицер Гейтс что-то записал в блокноте.

– Ты видел вчера Кита? – спросил он.

– У него дома?

– Да.

– Его не было.

– Совсем не было?

Я покачал головой. Я был уверен, что не видел там Кита.

– Что делала миссис Уэстон, пока ты был там?

– Не знаю. Она почти все время была в другой комнате. Я долго спал.

– Ты видел, чтобы она вообще что-то делала?

– Принесла мне содовую и крекеры.

Ма положила руку на мое колено, чтобы я перестал дергаться.

– Она говорила с кем-нибудь по телефону?

Я покачал головой.

– Ах да. Ма звонила.

Гейтс глянул на ма. Та кивнула:

– Я позвонила сказать ей, что не смогу приехать за Энди вовремя.

– Как она говорила?

– Раздраженно. И я ее не виню. Возможно, она хотела поехать за покупками и боялась оставлять Энди одного. Мы приехали на три часа позже, чем планировали.

– Помните, что она сказала?

Я был рад, что он задает вопросы ма, а не мне.

– Что-то вроде… «ты сказала, что будешь к половине второго». Как-то так. Я чувствовала себя ужасно. Она… последний год мы не были близки. И я знала, что требую у нее большого одолжения, когда просила присмотреть за Энди.

– Я вполне мог бы остаться дома один, – буркнул я.

– Она тебе показалась сердитой, Энди? – спросил офицер Гейтс.

– Нет.

– А после того, как поговорила с твоей мамой?

Я ждал, что он закончит вопрос. Он смотрел на меня как-то странно.

– Я хочу сказать, она казалась рассерженной? На что-то?

Я покачал головой:

– Она была счастлива.

– Счастлива? – хором спросили он и ма. Я рассмеялся.

– Счастлива, что Мэгги возвращается.

– Потому что Мэгги возвращается? – переспросила ма.

– Но ты же плакала вчера утром, потому что Мэгги возвращается, – пояснил я. – Она вроде как тоже из-за этого плакала.

– Она плакала? – уточнил офицер Гейтс.

– Не совсем.

Я знал, что, когда говоришь с полицией, нужно быть очень правдивым.

– Я не видел ее плачущей, но глаза были красные, как всегда, когда плачешь.

И вдруг я вспомнил коробку.

– Я вспомнил, что еще она делала.

– Что именно?

– Несла коробку с кастрюлей.

– Кастрюля была на коробке или в коробке?

– Нет. Картинка с кастрюлей. На коробке была картинка с кастрюлей.

Офицер Гейтс что-то записал. Потом погрыз ручку.

– Может, она собиралась вернуть купленную кастрюлю? – предположила ма. – И именно это имела в виду, когда сказала, что едет в магазин?

Офицер Гейтс кивнул:

– Возможно. Так где она обычно делает покупки?

– Ей нравился «Уол-Март» в Джексонвилле. Но вполне возможно, что это любой другой магазин. Только не могу представить, чтобы она оставила Энди так надолго.

И тут я услышал визг тормозов в конце нашей улицы. Я подскочил.

– Ма! Автобус!

Она глянула на часы:

– О нет! Теперь ты опоздаешь.

Она взяла меня за руку.

– Думаю, пока что мы закончили, не так ли? – Она глянула на офицера Гейтса.

– Пока что, – согласился он, захлопнув маленький блокнот.

– Пойди поешь.

Ма отпустила меня.

– Потом я отвезу тебя в школу.

Я побежал на кухню и сунул в тостер кусок хлеба с корицей. Не мог дождаться, когда скажу Кимми, что опоздал в школу, и даже не по своей вине.

8. Сара

Вступление в мир Джейми

1989

Держа Стива за руку, я скользнула между рядами стульев в церковь Свободных Искателей. Поскольку Стив был дома и не собирался ходить в церковь, прошло несколько месяцев с моего последнего посещения, и конгрегация разрослась до тридцати человек. Я заметила, что Джейми сидит на обычном месте, но Лорел с ним не было.

Стив испустил один из привычно-усталых вздохов, давая понять, что ему уже скучно. От этого звука у меня в груди все сжалось. Я попыталась объяснить Стиву, почему так стремилась вернуться в церковь. Это было чувство общности. Радость быть частью чего-то. Я так и сказала ему.

– О чем ты? – спрашивал он. – Ты окружена женами военных. Это ли не общность?

– Но там – духовная общность.

Он смотрел на меня в упор серыми, как сталь, глазами.

– То общее, что между нами есть, вовсе не основано на религии, – бросил он.

– Это другое. Ты увидишь. Пожалуйста, пойдем со мной. Иначе я пойду одна.

Я нервничала, говоря с ним в таком тоне. Стив не был злым и подлым, но иногда я вспоминала, как он рывком раздвигал мои ноги на заднем сиденье машины. Мне было больно, но животному, которое заняло его место, похоже, было все равно. Я помнила это и всегда немного боялась ему возражать. Но я нуждалась в том, что нашла в церкви. Что тянуло меня сюда? Прекрасная обстановка или Джейми Локвуд? Я даже думать не хотела об этом вопросе.

Стив, наконец, согласился пойти со мной в церковь. Один раз. Однако я была запугана его присутствием. Поэтому не встала сказать, что познала на этой неделе Бога. Это сконфузило бы Стива. А может, я боялась, что он подумает, что мне промыли мозги. Он продолжал вздыхать. Несколько раз принимался ерзать. Словно хотел встать и размять ноги. Все вышло не так, как надеялась я. Он ничего не понял.

После окончания службы Джейми, как всегда, приветствовал людей у выхода из церкви.

– Отсюда есть какой-нибудь другой выход? – прошептал мне Стив, когда мы продвигались к двери.

– Не знаю.

И мне было все равно. Я уже улыбалась Джейми и протягивала ему руку.

– Приятно видеть вас вновь, Сара, – сказал он.

– Это – мой муж Стив, – представила я. – Стив, это – Джейми Локвуд.

Стив пожал его руку.

– Красивое здание, – сказал он, и я преисполнилась благодарности за то, что он пытался быть вежливым.