Сапфиры Сиама - Барбара Картленд

– Что бы они там ни говорили, им не следовало делать этого в вашем присутствии, – резко заметил маркиз.

– Я сомневаюсь, что они замечали мое присутствие, – возразила Анкана. – Я была для них лишь неоперившейся глупенькой дебютанткой, которую можно было игнорировать. – Она засмеялась, прежде чем прибавить: – Но это только пока я не выйду за какого-нибудь титулованного джентльмена и не стану таким образом одной из золотых рыбок в маленьком прудике, в котором они царствуют безраздельно.

– Мне кажется, вы чересчур суровы по отношению к обществу, – сказал маркиз. – Вы забываете, что мужчины, которые управляют страной и которым страна обязана своим величием и процветанием, имеют право иногда расслабиться и отдохнуть.

После небольшой паузы он с улыбкой продолжил:

– Им нужна женская нежность.

Анкана поставила локти на стол и оперлась на руки подбородком.

– Я подхожу к этому с другой точки зрения. Вы хотите сказать, что, посвящая так много времени политическим и государственным проблемам в парламенте и своих министерствах, они хотят, чтобы женщины были только уступчивыми и нежными, но не умными.

– Ваше заключение кажется мне вполне удачным.

– Папа говорил, что, если у мужчины есть мозги, он хочет общаться с женщиной как с равной. Он любил маму, потому что она была не только красива, но и умна.

– Ваш отец говорил о единственной в мире женщине, которая имела для него значение, – сказал маркиз. – Женщины, о которых вы говорите – или, вернее, которых вы слышали, – говорили не о своих мужьях, а просто искали, чем бы развлечься.

Анкана откинулась на спинку кресла.

– Я понимаю, о чем вы говорите, – сказала она. – Но я думаю, это неправильно и неприятно. Мужчине наверняка нужно что-то большее, чем просто красивое тело?

Маркиз подумал, как странно вести подобный разговор с такой юной особой. И все же, поскольку он чувствовал, что должен заставить ее понять себя, он спокойно сказал:

– Я думаю, что каждый мужчина ищет идеальную женщину, чтобы полюбить ее и жениться на ней. Женщину, с которой он будет так счастлив, что у него не возникнет желания смотреть в другую сторону.

Глубоко вздохнув, он продолжил:

– К сожалению, не всегда все складывается так, как мы того желаем.

Он старался подыскать пример.

– Сегодняшние цветы завяли, и не остается ничего другого, как выбросить их и найти свежие – розы, лилии или орхидеи. – Немного помолчав, он прибавил: – Все они прекрасны, каждый цветок по-своему, но все же они далеки от того совершенства, к какому ты стремишься.

Воцарилось молчание, и немного погодя Анкана сказала:

– Я понимаю, о чем вы говорите. Но если кто-то вроде вас ищет только совершенства, не будет ли он всегда разочарован?

– Это правда, – отвечал маркиз, – но вы же не думаете, что я перестал искать? Звезды всегда у нас над головой, хотя у нас и нет надежды до них дотянуться.

Анкана подумала немного и затем, к его большому удивлению, сказала:

– Возможно, что я… неправильно судила о вас вчера… и, конечно, я могу… только принести извинения.

– Благодарю вас, – сказал маркиз.

Только после того, как Анкана ушла спать, маркиз решил, что в ее словах не было сарказма. Она – самая удивительная девушка, какую я когда-либо встречал, подумал он.

Засыпая, он думал о том, о чем они будут говорить на следующий день.

С тех пор, как началось плавание, в салоне произошли изменения, за которыми, как показалось маркизу, Анкана наблюдала с легкой усмешкой. После выхода из Средиземного моря в головах у каждой софы появилось по три блестящих револьвера. Над окнами размещались девять пятнадцатизарядных винчестерских винтовок, а рядом с книгами стояли коробки с патронами.

На палубу выкатили четыре бронзовые пушки для защиты от пиратов в Китайском море.

– Мы надеемся, что они нам не попадутся, – объяснил Анкане маркиз, когда она с удивлением воскликнула при виде такого количества вооружения. – Но я научился быть всегда настороже. – Он серьезно прибавил: – Я не хочу, чтобы мою яхту ограбили. Кроме того, пираты имеют обыкновение убивать кого попало, когда они берут суда на абордаж.

Анкана находила его действия разумными. В то же время она молилась, чтобы ни пираты, никто другой не помешали бы им достичь Бангкока. Ночью, после того, как они прошли южную оконечность Индии, ей показалось, что она услышала выстрел. Вскочив с постели, она бросилась к иллюминатору и отдернула занавески. Девушка ничего не увидела, а потом прогремел еще один выстрел.

Хотя все это, казалось, было далеко, она испугалась и, выйдя из каюты, постучала в дверь маркиза. Он не ответил, и она открыла дверь. В каюте было темно, Осмонд спал.

Он привык к опасностям и бывал на войне, поэтому один только факт ее присутствия, хотя она не издала ни звука, разбудил его.

Когда он увидел фигуру Анканы в дверном проеме, темную против света, падавшего из коридора, он сел в постели.

– Что случилось? – спросил он.

– Я услышала выстрелы и испугалась, – ответила Анкана. – Вдруг это пираты!

– Скоро увидим, – сказал маркиз. – Наденьте что-нибудь потеплее, я присоединюсь к вам через минуту.

Анкана так торопилась, что даже не подумала о том, чтобы надеть халат. Она не имела представления, насколько ярко ее стройная фигура вырисовывалась на фоне проникавшего из коридора света.

Девушка вернулась к себе в каюту, чтобы одеться. Несколько секунд спустя она услышала, как маркиз вышел в коридор. Он первым поднялся по трапу, и они вместе оказались на палубе.

Светила луна, в небе сияли звезды. Подойдя к борту, Осмонд увидел, что они недалеко от берега. Он понял, что они идут вдоль южного побережья Цейлона, и услышанные Анканой выстрелы должны были доноситься оттуда.

Вдруг раздался взрыв, а за ним последовало еще несколько. Он был уверен, что где-то поблизости идет бой – или между двумя судами, или между судном и материком.

Несколько обеспокоенный, он поспешил подняться на мостик, где нашел капитана.

– Мисс Брук разбудили выстрелы, – сказал он.

Говоря это, он почувствовал, что Анкана подошла к нему и встала рядом.

– Я думаю, милорд, что это пираты, – сказал капитан. – Самое разумное, что мы можем сделать, это уходить от них со всей возможной скоростью.

– Я согласен с вами, – сказал маркиз.

– Я только что собирался отдать команду приготовить пушки, – продолжал капитан, – но кажется, впереди все спокойно.

Маркиз огляделся, в ярком лунном свете было далеко видно. Создавалось успокаивающее впечатление, что они единственное судно в пределах видимости. Он понял, что капитан увеличил скорость и изменил курс – они уходили дальше от побережья.