Ключи от рая - Линси Сэндс

— Ничего подобного я не знаю.

За главным столом воцарилась мертвая тишина. Все, затаив дыхание, прислушивались к разговору.

— Что ты имеешь в виду? — насторожилась Шинейд. Прожевав кусок черствого сыра, Ангус ответил:

— Лорд Рольф убедил меня оставить все как есть. Наутро после свадьбы у нас была долгая беседа, после чего лорд Рольф отправился за твоим непутевым женихом.

— Что?! Но я думала… — Голос Шинейд дрогнул. Она явно ожидала другого результата от разговора отца с лордом Рольфом. У нее был такой вид, словно ее ударили.

Элайна заметила, что и у Дункана был точно такой же вид, хотя, как и все собравшиеся за столом, он прекрасно знал, куда отправились лорд Рольф с епископом. Может, Дункан не обсуждал эту тему с отцом, и тот ничего не рассказал ему? Впрочем, ничего удивительного в этом нет. Лорд Данбар скорее всего просто не успел ничего рассказать ему. Каждое утро Дункан на рассвете уезжал куда-то из замка, днем возвращался, наскоро обедал, потом снова исчезал и появлялся в доме за полночь, когда все уже спали.

— По-моему, — спокойно ответил Ангус, — ты проводишь время впустую, и я намерен проследить за тем, чтобы это прекратилось. Ты женщина, и твое предназначение — рожать детей. Значит, так тому и быть.

— Ты собираешься выдать меня замуж за этого… этого… англичанина? — Шинейд произнесла последнее слово как ругательство.

— Я собираюсь выдать тебя замуж. Стремительно вскочив, Шинейд толкнула стол с такой силой, что стоявшие на нем оловянные тарелки, кружки и кувшины с оглушительным стуком полетели на пол.

— Я не выйду замуж за этого мерзавца! — завопила она так, что стены задрожали, и выбежала из зала.

В зале снова воцарилось молчание. Дункан встал и, почему-то бросив на Элайну укоризненный взгляд, последовал за сестрой.

Тяжело вздохнув, Эльфрид и Аллистер пошли за ними. Ангус поднял стол, помог собрать с пола посуду и, усевшись на скамью рядом с Элайной, терпеливо ждал, когда Джиорсал принесет кувшин эля.

— Мне стыдно за поведение дочери, — вздохнул он, наполнив элем кружку Элайны, а потом свою. — Она решила, что вечно останется в девицах. Не без причины, заметь.

Элайна кивнула, не зная, что сказать.

— С самого детства я давал дочери слишком много воли, — продолжал Ангус. — Точнее, Шинейд росла сама по себе, без моего участия. Я не занимался ее воспитанием. Впрочем, долгие годы я вообще мало на что обращал внимание. Вот и получилось, что она совсем не подготовлена к замужеству. Если бы тебе удалось помочь ей стать настоящей леди, это было бы просто замечательно.

Элайна пришла в ужас. Значит, лорд Данбар хочет, чтобы она обучила Шинейд всему необходимому для женщины? Но это невозможно! Ведь сразу видно, что эта девица не только ничего не умеет, но и не желает учиться.

— А когда свадьба? — обеспокоено спросила она.

— Как только в замок привезут ее жениха. Может, через месяц.

— Через месяц? — Элайна поспешно поднесла к губам кружку, намереваясь отпить глоточек эля, однако неожиданно для себя опустошила ее почти наполовину. Поставив кружку на стол, она заметила, что Ангус Данбар удивленно наблюдает за ней.

— Что, детка, пить хочется? Говорят, у нас здесь делают лучший эль во всей Шотландии. Правда, вкусный?

— Да, очень, — пробормотала Элайна, бросив взгляд на пол, где валялись остатки еды. — Жаль, что того же нельзя сказать про стряпню вашего повара.

Проследив за ее взглядом, Ангус поморщился и кивнул.

— Повар за последние годы совсем распустился. Его отец готовил нам, когда была жива леди Мюриэлл, моя покойная жена. Она спрашивала с него по всей строгости, но после ее смерти… — он пожал плечами, — мы все пустили на самотек. — Ангус помолчал, наверное, вспоминая покойную жену, потом взглянул на Элайну. — Может, ты заставишь его кормить нас повкуснее?

— Постараюсь. — Элайна поднялась. — Если позволите, я побеседую с ним сейчас же.

И она решительно направилась к кухне.

— На меня никто никогда не жаловался. Лэрд доволен моей работой.

— Это он попросил меня поговорить с вами, — сказала Элайна.

Повар молча метнул на нее неприязненный взгляд из-под кустистых бровей и сплюнул на пол.

С трудом справившись с раздражением, Элайна размышляла, как вести себя с этим человеком. Уже три дня с отвращением питаясь черствым хлебом и жидким рагу, она поняла, что разговора с поваром ей не избежать. Элайна решила провести его в промежутке между уборкой зала и побелкой стен. И вот наконец уборка подошла к концу. Оставалось, правда, вычистить еще несколько гобеленов, но это можно было сделать вечерами, устроившись перед камином. Все остальные работы были выполнены: полы отдраены, стол и скамьи вычищены. Даже закопченные от дыма стены возле камина оттерты. Пришла пора разобраться с поваром.

Этот толстый, как бочка, коротышка с угольно-черными волосами казался совершенно круглым. Его полные щеки покрывал яркий румянец. Элайна объясняла это тем, что либо он питался лучше других, либо был менее привередлив. Новую госпожу, явившуюся в кухню отчитывать его, он встретил пренебрежительно. Не отрываясь от своих дел, но все же слушая ее, он постоянно сплевывал, так и норовя попасть Элайне на юбку. Элайна сочла эту привычку отвратительной. Разве можно плевать себе под ноги, особенно в кухне, где готовят пищу?

— Ну что ж, — наконец промолвила она. — Если вы не желаете обсуждать свои обязанности, я найду того, кто будет их выполнять.

Не обращая внимания на испуганное лицо повара, Элайна направилась к двери.

— Миледи, подождите! Вы не вправе так поступать со мной! Я всю жизнь работаю поваром, а до меня этим занимался мой отец. Вам некем меня заменить!

Ага, значит, ей удалось задеть его за живое. Элайна обернулась, изобразив удивление.

— Почему же, мистер Данбар?

— Камминс, Элджин Камминс. Это моя мать носила фамилию Данбар. Отец женился на ней после того, как стал поваром.

— Так вот, Элджин Камминс, ваш господин дал мне полную свободу действий, поручив навести порядок в моем новом доме. — Это не вполне соответствовало действительности, однако сейчас нужно было закрепить успех, а потому действовать решительно. Элайна окинула суровым взглядом находившихся в кухне помощников повара. Все, включая Джиорсал, насторожились. — Это означает, что я могу уволить и оставить тех, кого пожелаю. — Взгляд ее снова переместился на повара. — И вас в том числе. Я не собиралась этого делать, направляясь сюда, но поскольку вы не желаете даже говорить со мной о делах, я вижу лишь один выход — заменить вас.

— Я готов говорить с вами о делах. С превеликим удовольствием.

Лицо повара выражало отчаяние. Элайну это не удивило. Занимать в замке такой пост считалось престижным и приносило немалую выгоду. Кроме того, Камминс был обучен только этому делу. Теперь Элайне оставалось лишь выяснить, хорошо ли его обучили поварскому ремеслу.