Роксолана Великолепная. Жизнь в гареме - Ирина Кныш

Еще недавно неизвестная рабыня поняла, какие интриги плетут за ее спиной. Нельзя сказать, что ее это не волновало, — только делала вид, что ничего не боится и чувствует себя защищенной любовью Сулеймана. Вот в этом, между прочим, она действительно не сомневалась. Окончательно пленила она сердце великого властителя Османов. Но теперь Хюррем должна думать не только о себе, но и о своем ребенке, о тех детях, которых еще родит Сулейману. Знала следующий шаг, который должна сделать. Оттягивала его, как могла, но наконец поняла, что откладывать нельзя. И тогда, желая закрепить свой успех, женщина приняла решение сменить веру.

Это было еще одним шагом к цели: рабыня должна стать старшей женой, а ее сын — наследником падишаха.

Женщина понимала главное: пока этого не произойдет, ее личное положение постоянно под угрозой. Когда-нибудь Сулейман может увлечься новой красивой наложницей и сделать ее своей женой. О сыне Махидевран Мустафе будущая султанша уже думала, как о препятствии, но о таком, которое можно преодолеть.

* * *

Ради покоя своего ребенка мать способна на все. Впрочем, не каждая мать, и не на все. Хюррем знала, что у нее нет проблемы выбора: защищать или нет. Знала, что после первого сына родит султану еще, и желала для своих детей стабильности и уверенности в будущем. Но каким образом, когда существуют жестокие законы наследования, когда жизнь человеческая превращается в ничто? Пожалуй, именно тогда начала появляться та Роксолана, которая навсегда вошла в историю. Пока Роксолана расставляла хитроумные капканы и плела интриги, за стенами гарема происходили серьезные события. Султана Сулеймана как творца законов о защите интересов феодалов и закрепления крестьян за их земельными участками, которые принадлежали помещикам, стали называть Кануни (Законодатель). Фактически это было введение крепостничества. Существовал единственный способ вырваться из плена такой жизни: участвовать в захватнических войнах. Турки все как один были заинтересованы в ведении войн!

Сам Сулейман вел много победоносных войн, как это делали и его предки. Султан расширял границы Османской империи: захватив половину Венгрии, значительную часть Грузинского царства, оккупировал всю Месопотамию, Йемен, Триполи, Алжир. В Европе его уже называли Великолепным и при этом безумно боялись турецкого нашествия, подобно нашествий Батыя или Чингисхана.

Все свободное от боевых походов время султан проводил со своей возлюбленной. Он больше не интересовался другими наложницами, и многие из них были отпущены из сераля раньше срока. Это порадовало султаншу Хасеки, потому что ревновала своего Сулеймана даже к женщинам, к которым, точно знала, он уже давно не прикасался. Оставшись единовластной хозяйкой сердца падишаха, она постепенно прокладывала себе путь к большой власти.

Делала это всевозможными способами. Была очень горда, зная, что является единственным примером такой близости к Султану. Она приблизилась к нему на такое расстояние, которое для любого было бы опасным, полным угроз, а рядом с ней в султане просыпалось все то человеческое, которое он был вынужден скрывать от других. Власть — тяжелое бремя. Она много дает, но не меньше отнимает. И прежде всего — возможность быть собой. Поэтому Сулейман был благодарен судьбе, которая привела в его гарем эту необыкновенную женщину. Благодаря незаурядному уму, интуиции она стала для султана советницей, он с удовольствием прислушивался к ее мнению. Не сомневался в справедливости ее замечаний, зная: эта женщина заботится о нем не хуже родной матери.

Султанша продвигалась к своей цели. Рождение детей было одним из способов закрепиться, доказательством любви к падишаху. Но вторым ребенком Хюррем и Сулеймана стала дочь — почти лихо для турецкого государства тех времен. Никто не решался прийти к султану с известием о рождении девочки. Это было все равно, что сообщить о несчастье. Только валиде нашла в себе смелость и пошла к сыну. В ее словах не было и намека на любовь и уважение к Хюррем, потому что считала ее ничтожной женщиной, рожающей немощных детей. Девочка родилась преждевременно, очень слабой, как и ее брат Мех-мед. К слабому здоровью мальчика относились с заботой, немощь девочки раздражала.

Несколько дней султан был в отчаянии. В советники себе он призвал только Аллаха, но так и не смог услышать его голос в сердце, душе. Минуло три бесконечных для Хасеки дня. В отчаянии ожидала она встречи с Сулейманом, понимала, что не смогла порадовать его. Вместо сына, которого оба ждали, — девочка. Наконец султан велел написать фирман, в котором нарекал новорожденную именем Михримах — нежная, как луна. Показал всем, что доволен своей султаншей, как всегда. Молился за то, чтобы поскорее выздоровела его Хюррем.

Чувствовала султанша себя плохо, но после такой поддержки быстро преодолела недуг. Злые языки вновь приписали доброту султана и быстрое выздоровление Хюррем ее чарам. Так же, как и его растущую приверженность к этой женщине. Сулейман с нетерпением ждал встречи с ней и вскоре снова нежничал со своей любимой Хюррем. То, что должно было стать ее поражением, превращалось в победу. Это была почти окончательная победа над всемогущим властелином. Султан тосковал по Хюррем и тогда, когда она была рядом. Сладкая боль, от которой Сулейман не хотел избавляться. А когда кто-то причинял ей боль, чувствовал ее, как личную, только умноженной в сотни, тысячи раз. Разлуки становились невыносимыми. В одну из таких разлук султан получил радостную весть о рождении еще одного сына. Прислал Хюррем подарки, среди них — большой рубин, свой любимый камень. Измученная женщина как могла радовалась проявлению внимания и любви падишаха. Дети стали ее спасением, ее надеждой. Хорошо, что родился еще один мальчик. Не долго думая, Сулейман назвал его Селимом в честь своего знаменитого отца. Рыжеволосый, крикливый, он с первых минут своей жизни как будто бы заявлял о своем султанском происхождении. Все говорили — вылитая мать, поэтому будет счастлив.

Загадочная женщина поднялась еще на одну ступень. Она упрямо продвигалась вперед, понимая, что впереди ее ждет или высокий полет, или страшное падение. Верила в свою счастливую звезду. Была осмотрительна. Она понимала, сколько вокруг врагов, подвоха, — все готовы ползать у нее в ногах, но каждый охотно донесет, оклевещет и будет радоваться ее смерти. За свою недолгую жизнь она поняла, что друзья часто забывают о твоем существовании, а враги — никогда. Так и не иначе.

Султанша рожала своему хозяину сыновей, которые появлялись на свет до срока. Следующий, Баязид, был назван в честь деда Сулеймана. Сулейман чувствовал безграничное счастье. В покоях своей любимой Хасеки становился недоступным для государственных дел, для самого Бога и радовался этому. Эта женщина постепенно стала для него самым дорогим подарком судьбы. Султан вел себя, как человек, ослепленный любовью. В плену страсти не заметил изменений, которые происходили с его маленькой Хюррем, как она вырывается на свободу и строит свою жизнь, которой не было до нее здесь, в Османской империи.

Изменения, происходившие были действительно значительны. Все привыкали, что султанша имела замки на дверях, как принято в ее стране, ходила с открытым лицом, имела при себе собачку, которую мусульмане считают нечистым животным. Принимала в своих покоях ученых, поэтов, полководцев, художников и строителей, чужих мастеров, которые рисовали ее портреты — штука неведомая на Востоке. Все посетители были в восторге от ее ума, мудрого отношения к миру. Удовольствие, которое оставалось после общения с султаншей, удивляло и восхищало. Нововведения пугали женщин, привыкших жить по другим правилам.