Белые лилии - Саманта Кристи

–Нет, не совсем так.– Я понижаю голос и оглядываюсь по сторонам, чтобы убедиться, что нас никто не слышит.– Просто я все время возбуждена. Я имею в виду постоянно. Если ты представишь себе сексуальное возбуждение, помноженное на десять, то получишь мое состояние.

–Ты же знаешь, что есть способы самой с этим справиться, правда?– Эрин приподнимает бровь.

–Да, конечно. Я уже совсем измочалила свой разнесчастный вибратор,– беспардонно заявляю я, захожу в примерочную и, задергивая шторку, слышу за спиной ее смех.

Я решаю прицепить живот среднего размера, на котором написано «шесть месяцев». Большой – с надписью «девять месяцев»– просто гигантский. Мой живот ни за что не увеличится до таких размеров. Я натягиваю через голову одно из новых платьев, аЭрин говорит со мной из-за шторки.

–Я знаю, что у меня нет права просить у тебя о чем-то еще, ведь ты уже делаешь нам это колоссальное одолжение, но…

–В чем дело? Выкладывай,– говорю я из примерочной, уже зная, что сделаю все, о чем бы она ни попросила. Эрин – одна из тех людей, которым невозможно отказать. Она вкладывает всю себя во все, что делает. Она отзывчивая, дружелюбная и бескорыстная. Меня до сих пор до чертиков изумляет, что вокруг нее не вьются толпы друзей, соперничающих за ее внимание.

–Гриффин не умеет готовить, а я хочу поменьше этим заниматься, когда родится ребенок,– говорит Эрин.– Может, ты могла бы дать ему несколько уроков по готовке, учитывая, что ты работаешь в ресторане и у тебя есть доступ к куче классных рецептов и все такое?

Я вздыхаю.

–Не то чтобы я не хотела…– Ладно, я ужасно не хочу!– Но почему бы тебе самой его не научить? Ты хорошо готовишь.

Это правда: она несколько раз приглашала меня на ужин.

–Ты же знаешь, что наши графики почти не совпадают. Гриффин часто работает по вечерам, и он точно ни за что не согласится на это по выходным, особенно учитывая, что он и так не горит желанием.

–Не горит желанием? То есть он на это не соглашался?– спрашиваю я, выглядывая из-за шторки.– И, если ты забыла, ты сама сказала две секунды назад, что он работает по вечерам, так что он в любом случае не сможет для вас готовить.

–О нет, он согласился,– подмигивает мне Эрин.– Я была очень убедительна.

Она произнесла это таким игривым тоном, что я сразу представила, как Гриффин стоит голый у стены, аЭрин делает ему минет. Я снова прячусь за шторкой, переполняемая ревностью из-за того, что она видит его голым.

–Просто он не в восторге от этой идеи,– продолжает она.– Я подумала, что он мог бы готовить днем. А я бы, вернувшись с работы, просто разогревала еду. Ну, ты могла бы научить его готовить жаркое или что-нибудь в таком роде.

–Не в восторге от чего?– уточняю я.– От того, что надо учиться готовить, или от того, что его буду учить я?

Эрин смеется:

–Что надо учиться готовить, конечно!

Я выглядываю из примерочной и приподнимаю бровь, чтобы убедиться, что она говорит правду. Эрин умоляюще смотрит на меня.

–Ну пожалуйста, Скайлар! Я тебе заплачу.

–Я не возьму никаких денег!– говорю я.

–Ой, значит, ты согласна?– Ее лицо озаряется.

Вот дерьмо.

–Гриффин мог бы приходить в ресторан в самые свободные часы. Скажем, в два или три часа дня. Любое удобное для тебя время подойдет. Или он мог бы приходить к тебе домой, если тебе так будет удобнее.

Дерьмо в квадрате!

–Нет-нет, лучше в ресторане. У нас там будет больше возможностей, чем у меня дома.

Эрин вытягивает меня из примерочной и заключает в объятия. Неужели я только что на это согласилась?

–Спасибо! За мной должок!

Я смотрю на ценник платья, которое примеряю.

–Ты ничего мне не должна. Купи мне это платье – и мы будем в расчете.

Она отступает на шаг назад и рассматривает меня с расстояния вытянутой руки. Ее взгляд останавливается на искусственном «беременном» животе. На глазах у нее появляются слезы. Она кладет руки на мой «живот», словно он и правда является продолжением моего тела.

–Боже, надеюсь, что смогу почувствовать, как он шевелится.

Я хмурю брови:

–Эрин, не глупи. Я уверена, что ты все почувствуешь, просто это произойдет еще не скоро, если верить той гигантской книге, которую ты заставила меня читать. Но я разрешаю тебе себя лапать, когда ты только пожелаешь.

Я проигрываю в голове только что сказанные слова и оглядываюсь по сторонам.

–Кажется, прозвучало немного двусмысленно,– хихикаю я, но ей не смешно. Интересно, она вообще слышала, что я сказала?

Эрин грустно смотрит на мой искусственный живот. Может, она жалеет, что Горошинка растет во мне, а не в ней.

Ну конечно, ей бы хотелось, чтобы было наоборот.

Она делает глубокий вдох и смотрит мне прямо в глаза.

–В этом платье ты просто светишься. А твоя грудь выглядит очень аппетитно. Надень его в понедельник.

–Тебе не кажется, что оно мне пока великовато?

–Никто даже не заметит сборки ткани у тебя на талии. Потому что все будут слишком сосредоточены на твоей груди.

Она чуть одергивает платье, чтобы еще сильнее подчеркнуть мою – теперь уже – выдающуюся грудь.

–Ну перестань уже,– ною я.– И так уже все вываливается.

–Я просто хочу, чтобы ты чувствовала себя красивой. Желанной,– говорит она.– Потому что это правда. Любой мужчина был бы счастлив быть с такой женщиной, как ты. Никогда не забывай об этом,– Эрин вздыхает.– Так, значит, в понедельник, да?

–Ладно, ладно, я надену это несчастное платье в понедельник.

Вот ведь пристала! Боже меня упаси спорить с небеременной женщиной, у которой гормоны, кажется, разыгрались еще хуже, чем у меня.

–Теперь можно примерить все остальное?

У нас уходит немало времени на то, чтобы перемерить ту кучу одежды, которую Эрин для меня выбрала. Наконец мы останавливаемся на подчеркивающем грудь платье и еще шести или семи комплектах суперстильных нарядов.

Эрин достает кошелек и роняет его на пол. Потом поднимает кошелек – и снова его роняет. И опять. И потом еще раз. Наконец я наклоняюсь и сама поднимаю кошелек.

–Прости,– раздосадованно произносит Эрин.– Что-то у меня сегодня руки-крюки.

Она пожимает плечами и неловко достает кредитку недоминирующей левой рукой, сжимая и разжимая правую руку в кулак.

–Ты в порядке?– спрашиваю я.

–Я в порядке, Скайлар. Просто рука затекла.– Эрин передает карту кассиру.– Жду не дождусь, когда увижу тебя в этом платье. Ты будешь самой сексапильной беременной женщиной в городе.