Бездушные. Искупление - Дарья Данина

- Я не девчонка. Я даже драться умею! - Раздувает грудь и сжимает на столешнице кулаки.

- Это хорошо, Сеня. Мужчина должен уметь драться.

***

Агата

- Эй! Ццц! - Тихо присвистнула в открытое окно и высунулась с головой. На свой страх и риск подзывала одного из псов, гуляющих по двору. Черный дьявол с массивной кобелиной мордой тут же отозвался на мой зов. Пара других с интересом наблюдали за происходящим. - Хороший пёсик... кушать хочешь?

Собака непонимающе пялилась на меня, и изредка оглядывалась по сторонам.

- Держи! - Бросаю ему кусок мяса, что недоела во время ужина, и цербер ловит его прямо-таки на лету. Хватает своими белоснежными клыками и тут же, не отходя от кассы, начинает с аппетитом жевать.

Умничка. Кусочек хоть и небольшой, но всё равно вкусно. Правда?

Ни без удовольствия пялюсь на псину, что облизывает черную морду, и снова поднимает на меня взгляд.

- Всё. - Развожу перед ним руками, демонстрируя, что банкет окончен. На что собака фыркает и бодро скачет к своим собратьям.

Облизываю пальцы и ставлю пустую тарелку на тумбу.

Я тебя приручу. Кажется, в своё время, Николас дал мне хороший совет. Нужно бороться со своими страхами. По мере возможности.

Дверь щелкает и я, наконец, не вздрагиваю. Прогресс на лицо. Однако, его взгляд всё ещё вводит меня в оцепенение.

Уже поздний вечер, и это сулит нам совместно проведенную ночь.

- Как чувствуешь себя? - Он с порога расстегивает манжеты на рубашке и дергает верхнююпуговицу, освобождая шею. Только сейчас замечаю, что он в серых классических брюках. Оказывается, Нико носит костюмы. И эта одежда сидит на нем до безобразия идеально.

Морщусь от собственных мыслей и отворачиваюсь от мужчины.

- Всё хорошо. - Отвечаю, рассматривая свои ногти. - Мне гораздо лучше.

- Это хорошо.

Стягивает с себя рубашку и бросает ту на спинку стула. Чувствую себя не в своей тарелке. Я понимаю, что Нико не тот человек, что будет милосердно ждать, пока я сама попрошу его о близости... но я все равно надеюсь на то, что он не тронет меня без моего согласия. Дура...

Пересмотрела ли я свои взгляды на ситуацию? Не совсем. Я стараюсь, как могу. Не показывать страх, что липкими щупальцами впивается каждый раз, когда он находится рядом.

Год. Целый год он являлся мне в моих ночных кошмарах. То улыбался, то злился, то притягивал, то наказывал...

- Агата?

- М?

- Подойди, пожалуйста.

Он скрылся в ванной комнате, и я послушно следую за ним. От горячей воды поднимается густой пар. Николас, стоя ко мне спиной, спускает брюки вместе с бельём, и ловит моё отражение.

- Не хочешь присоединиться? - Обнажает зубы в хищной улыбке.

- Нет. - Отвечаю твёрдо, хотя, видит Бог, как тяжело мне это даётся.

- Тогда помой меня, будь добра?

***

Николас

Говорю так, чтобы она поняла, что это не просьба. Я хочу, чтобы она меня касалась. И она будет это делать.

Девчонка вылупилась на меня, растерянно взмахивая густыми ресницами. Рот безмолвно открывает.

- Давай. - Подначиваю её, и залажу в ванну. Но девушка всё ещё тянет. Поворачиваюсь к ней лицом. Сейчас она кажется совсем низкой, упираясь взглядом мне в живот. - Агата...

- Почему я должна это делать?! - Поднимает на меня возмущённый взгляд.

- Потому что я этого хочу. Потому что ты сама знаешь... твоё сопротивление сыграет с тобой злую шутку. - Поднимаю руку, и заправляю её непослушную прядь за ухо. Не забываю при этом мазнуть пальцами по мягкой коже на шее.

- Ты не изменился... - Смотрит со жгучей ненавистью. Того и смотри, дыру пропалит. Ещё одну.

- Открою тебе тайну, Снежок. Люди не меняются. - Большим пальцем провожу по её нижней губе, слегка оттягивая. - Как и ты. Я больше, чем уверен, что ты все такая же упрямая, и порой твои поступки неразумны. Импульсивны. Трусишка, но с острыми коготками.

- Всё такой же мерзавец. - Шипит, сжимая ручки в кулачки.

- Гель и шампунь там. - Киваю на полочки слева. От одного её вида, раскрасневшейся, злой, растерянной и такой соблазнительной, у меня давно встал. Она это заметила, но упорно делает вид, что нет.

Отворачивается и тянется за бутылками. Даже сквозь шум воды, я слышу её тяжёлое дыхание. Или это моё?

Агата подставляет под тёплые струи ладони, а после выдавливает на них гель для душа. Вспенивает, а я внимательно наблюдаю за всеми её плавными движениями.

Я не могу прекратить улыбаться. Я пиздец, как долго ждал. Целый год не дышал. Год в ожидании встречи.

Агата кладёт руки мне на плечи, и уводя взгляд мне за спину, растирает пену по коже. Я думал, что больше возбудиться уже смогу. Но член дёрнулся с новой силой, будто чувствовал, что вот она... та самая. Так близко.

Стискиваю зубы, и не знаю, куда, блять, деть руки! Хочется сгрести её в охапку и затащить к себе. Стянуть эти чёртовы шмотки, развернуть к себе спиной и прогнуть так, чтобы упругая попка упиралась мне в пах...

Она продолжает водить ладошками по раздраженной коже, а у меня яйца сводит.

Закрываю на несколько мгновений глаза, ища успокоения, но куда уж там.

А потом перестаю чувствовать её руки.

Открываю глаза, видя её перед собой. Румянец на щеках всё такой же, над верхней губой появилась испарина от духоты. Ротик приоткрыт, а взгляд устремлен туда, где сейчас красуется новый узор на моей коже. Фигурная снежинка точно в том месте, где остался грубый рубец от её выстрела. Заметила.

А я больше ничего не говорю.