Навсегда осталась твоей - Джеки Эшенден

У нее сдавило горло, а глаза защипало от слез. Она могла думать только о том, что совершила ужасную ошибку. Он не хотел знать о ее беременности. Зачем ему эта новость? Она обычная служащая, с которой он переспал. И вот теперь она явилась на его помолвку и говорит, что ждет от него ребенка.

Калисте повезло, что ее не выбросили на улицу, хотя это еще не поздно сделать.

Вечер был теплым, но она продрогла. Как только открыла рот, чтобы повторить признание, Ксеркс поднял руку, заставляя ее замолчать. Потом он повернул голову, и рядом с ним появился адъютант в униформе, которого она умоляла вызвать к ней принца.

А потом все произошло очень быстро.

Не говоря ни слова, адъютант взял ее за руку и повел во дворец, и она решила, что ее действительно выбросят на улицу. Но они не пошли ни в сторону главного входа, ни даже к служебному входу. Ее вели по каменным коридорам и вверх по лестнице в крыло, где жила королевская семья.

Затем изумленную Калисту провели в небольшую комнату с парой плюшевых кресел и горящим камином.

– Подождите здесь, пожалуйста, – произнес адъютант и ушел, оставив ее одну в комнате.

Калиста вздрогнула. Почему ее привели сюда? Что будет делать Ксеркс? Ей не следовало приходить к нему.

Но ей надо было успокоиться и вернуть себе самоконтроль, поэтому она подошла к камину и протянула руки к огню, стараясь не думать о том, что ее мир медленно рассыпается в пыль.

Несколько недель она игнорировала странную усталость и тошноту, которая то появлялась, то проходила. Она думала, что у нее вирус и она сильно переутомилась. О беременности Калиста даже не задумывалась, потому что это казалось невозможным. Она принимала противозачаточные таблетки, и у нее был нерегулярный цикл. Кроме того, они с Ксерксом всю оставшуюся ночь пользовались презервативами.

Но врач сказал, что она беременна.

Калиста ходила туда‑сюда перед камином, ее мысли путались. Она не знала, что ей делать и куда идти. Все ее мечты о назначении в королевскую гвардию рухнули. И что теперь скажет отцу?

Она остановилась и крепко стиснула зубы, борясь с отчаянием.

– Ты поступила правильно, Калиста, – говорил ее отец в ту ночь, когда прогнал ее мать. – И я рад, что ты никогда не разочаруешь меня так, как твоя мать.

Калиста злилась, когда мать прошла мимо нее, даже не попрощавшись. Она так сердилась из‑за материнского предательства, что тут же решила: она не разочарует отца. Она будет ему верна и не повторит судьбу своей матери.

Отец Калисты всегда хотел сына, и поэтому она стала для него этим сыном, хотя прежде старалась быть красивой дочерью своей матери. С полной самоотдачей и решимостью она поднялась по карьерной лестнице до дворцовой стражи и знала, что отец гордится ею.

Только вот теперь его подвела. Она попала в ту же ловушку, что и ее мать, уступив собственным желаниям. Слезы выступили на ее глазах. Она не плакала с того дня, как пришла в ярость и расплакалась перед своими сослуживцами.

– Успокойся, рядовой, – произнес глубокий и насыщенный мужской голос. – Все не так уж плохо.

Калиста подняла глаза.

Ксеркс вошел в комнату и закрыл за собой дверь, рослый, внушительный и властный.

Она в отчаянии произнесла:

– Простите…

– Сядь, – приказал он, кивая на кресло.

Не чувствуя ног, Калиста подошла к креслу и села. Она собиралась что‑то сказать, когда в дверь осторожно постучали. Принц молча открыл ее, и вошел дворцовый слуга с подносом. Мужчина поставил поднос на журнальный столик около ее кресла и ушел так же тихо, как и вошел.

Калиста моргнула, глядя на поднос. На нем стояли высокий стакан воды со льдом, стакан апельсинового сока и небольшая тарелка с искусно нарезанными свежими фруктами.

– Ешь, – тихо приказал принц, подошел к креслу напротив нее и сел.

– Я не голодна, – пробормотала она.

– Ты сегодня ужинала?

Нет, она не ужинала. После визита к врачу у нее пропал аппетит.

– Ешь, – повторил Ксеркс, увидев мятежное выражение ее лица. – И пока ты будешь ужинать, рассказывай, в какой мы ситуации.

– Вы верите, что ребенок ваш? – решительно спросила она.

Он грустно рассмеялся:

– В этом я не сомневаюсь.

– Я могла солгать вам.

– Ты не лжешь. – Он казался таким самодовольным и уверенным, что ей захотелось пнуть его. – Ты вообще не умеешь врать.

Калиста сжала кулаки:

– Разве вам не нужны доказательства? Вам наверняка постоянно объявляют, что кто‑то ждет от вас ребенка.

– В прошлом было несколько таких случаев, – сухо произнес он. – Но у меня нет сотен внебрачных сыновей и дочерей, снующих по Европе.

У нее так пересохло во рту, что ей показалось, будто в горле пустыня. Калисте не хотелось быть слабой и сдаваться или принимать от принца еду и питье. Но ей очень хотелось пить, поэтому она не устояла.

Наклонившись вперед, она взяла стакан и отпила воды. Вода потекла по ее горлу, прохладная и восхитительная.

– Мне не нужны доказательства, – сказал он. – Я верю тебе.

Такого она не ожидала. По правде говоря, она понятия не имела, чего ей ждать.

Она ничего не знала о Ксерксе, кроме того, что он – принц‑эгоист с ужасной репутацией, который не заботится ни о ком, кроме своего брата. И который страстно стонал, когда она целовала его.

– Таблетки не помогли.

– Однозначно, – сухо ответил он. – И я верю, что ты их принимала.

Калиста взглянула на него и пожалела об этом. Ксеркс пристально смотрел на нее, в его глазах сверкали золотые искорки.

Ей стало жарко, она затаила дыхание.

– Итак, – продолжал он, не сводя с нее глаз, – когда ты обо всем узнала?

Калиста покраснела:

– Сегодня днем я пошла к врачу, потому что чувствовала непонятную усталость. Кроме того, я прибавила в весе.

– Это был дворцовый доктор?

Она отпила воды.

– Нет. Я не хотела…

– У тебя были подозрения, но ты не хотела, чтобы дворцовый доктор обо всем узнал.

Это правда. И она надеялась, что ее подозрения ошибочны.

– Меня не тошнило. Я просто чувствовала себя очень усталой, – сказала Калиста. – Я думала, что подцепила вирус, но… – Она взглянула на тарелку с фруктами, чтобы не смотреть на Ксеркса.

– Поешь фруктов, – властно произнес он. – Тебе нельзя голодать.

Она не хотела делать того, что он ей говорит, но снова отпила воды и положила кусочек яблока в рот. Яблоко было хрустящим и восхитительным и слегка кисловатым. Внезапно у нее разыгрался аппетит.