Двойняшки для Деда Мороза - Ирина Давыдова

Наступил день Икс, или проще говоря день Ха! Да, Господи, ну вот так «Х», нормально? Какие же непонятные. Витечка позвонил мне в обед и сообщил, что готова я должна быть ровно в девятнадцать часов. Тоже мне, пунктуальный. Так я и послушала его. Какая нормальная уважающая себя девушка будет готова в ровно назначенное время? Еще и таким красивым мужчиной. Нет, торопиться будет, и готова будет, но мужчине об этом знать не обязательно.

― Мамулечка, какая ты у нас красивая! ― восторженно произнесла дочь рассматривая меня в зеркале.

― Правда? Как думаете, дяде Витечке понравится?

― Мам, дядя Витечка в обморок упадет! Воду готовить?

― Зачем воду, Вань?

― А чтобы брызгать на него, а то не хватало нам еще тут трупа, ― пояснил сын, а у меня глаза округлились.

― Эй, вы чего, борзота? А ну быстро в комнату за игрушками и на старт.

― Ну, мамулечка, зачем нам игрушки у бабы Томы? Нам и так не скучно.

― Варя! Не вздумайте снова топить бабушку, иначе…

― Ой, мамуль, в двери звонят!

Тут же отвлек меня Ванька, как будто они действительно собирались сегодня снова топить бабу Тому. Ох и ребятня у меня растет. Мужского воспитания на них нет.

Закатила глаза и шикнула на них.

― Спрятались по норам, бобры.

Малышня тут же разбежалась по разным углам, а я, мазнув прозрачным блеском по губам, убедилась, что выгляжу прекрасно и пошла открывать дверь.

Санта Клаус пришел.

― Добрый вечер, охренеть.

― Неет, ― покачала головой, ― добрый вечер, Полина.

― Я не Полина, Я Витя.

― Да я Полина. Че тупишь? Проходи.

― Ты вот так собралась идти?

Его глаза улетели в космос. А что не так?

― А что не так? ― повторила свой вопрос и тут же посмотрелась в зеркало.

По моему скромному мнению, я выгляжу идеально. Белоснежное шелковое платье в пол, на секундочку без разреза. Вверху тоже все культурно, грудь спрятана, красивые камни по лифу. Осталось только накинуть на плечи мех, чтобы не так открыто было. И да, мех искусственный. Я не терплю издевательств над зверушками.

― Слишком откровенно! ― фыркнул Тортик, смотря на мою… пятую точку.

― Чего это? Все порядочно. Все закрыто.

― Все выпирает.

― Клаус, отвали. Или мы едем, или едешь ты сам.

Я видела, как он разозлился, но уступать не собиралась. Платье и вправду было приличное, а плечи я закрою. И вообще, какое ему дело до меня?

― Тебе что, денег вернуть за него?

― Не надо, ― прошипел он, а в следующую секунду к нему в объятия бросились дети.

Что‐то они как родные стали. Не правда ли?

― Дядя Витечка, скажи, мама самая красивая.

― Да, дядя Витечка, теперь на нее будут глазеть все дяди приличного возраста.

Я резко развернулась на слова Вари и с выпученными глазами решила уточнить:

― Что значит приличного возраста?

― Ну такие, как дядя Витечка. О, может ты сам на маму внимание обратишь? А что, мужчина ей не помешает.

― Так, хватит! Ноги в сапоги и марш к бабе Томе.

― А ты? ― вдруг спросил Тортик, опустив взгляд на мои ноги.

― А я туфельки прикупила. Снегурочка я, или кто?

Дети принялись быстро одеваться, о чем‐то споря и громко шумя.

― Снегурочка в сапогах ходила.

― Ну так, у нее и Дед Мороз был! А у меня нету.

Я вернулась в комнату за туфлями и мехом. Принарядилась, несколько раз осмотрела себя в зеркале, и выдохнув, пошла к своему боссу. Он уже во всю шептался с малышней. А вот это плохо. Что‐то они слишком сблизились, и потом у детей глупые мысли появляются.

― Я готова.

― Куртку надень, Снегурочка! Убил бы.

Я закатила глаза и улыбнулась.

Приставка «бы» облегчает мне жизнь.

Заведя детвору к бабе Томе, я приказала им не шуметь, и не трогать сию прекрасную няню, иначе у нее скоро случится инфаркт. Малыши пообещали вести себя хорошо только в том случае, если я организую им каток. Но вот я обещать ничего не собиралась. За меня это сделал Витечка Клаус. На что я потом еще половину дороги до ресторана пыхтела и показывала колючки.