Созвездие Двух Сердец - Вадим Селин

Оксана наконец прекратила сборы и, несколько раз глубоко вздохнув, пояснила:

– Нам срочно нужно лететь в Москву. По двум делам сразу. Во-первых, одна кинокомпания заинтересовалась сценарием фильма про Надежду…

– Ура-а! – закричали мы.

– А во-вторых, – продолжила Оксана, – известная парфюмерная фирма заинтересовалась Маратом.

И она назвала марку воды.

Мы непонимающе уставились на Оксану.

– То есть? – изумился Марат.

– Сейчас идет монтаж фильма «Наша Атлантида», в котором мы снимались два месяца назад, и один знакомый то ли монтажера, то ли еще кого-то случайно увидел отрывки фильма и тебя, Марат, тоже. А этот знакомый оказался владельцем косметической фирмы. Они планируют запуск новой линии мужской туалетной воды, которая будет хитом, и он захотел, чтобы ты снялся в рекламе этой воды. Это, – Оксана кивнула на бумаги, которые мы держали в руках, – не просто сценарий, а сценарий рекламы.

– Подожди, это так неожиданно… – заволновался Марат и нервно заходил по комнате. – Но почему он захотел, чтобы снялся я?

– Потому что подходишь по всем параметрам – молодой, интересная внешность. Реклама будет очень качественная и престижная.

– Да, я знаю эту фирму, у меня самого туалетная вода от них, – потрясенно отозвался Марат.

– Ну и вот, они скоро выпустят новую мужскую туалетную воду «Морской бриз». Ты станешь лицом этой воды. Вы сценарий снова посмотрите, все представьте, как следует. Текст – это описание рекламы, а картинки – это режиссерский сценарий. Его делают для того, чтобы примерно увидеть, как сценарий будет выглядеть на экране. Это нарисован каждый эпизод будущего ролика.

Уже другим взглядом мы изучили сценарий, и я смогла собрать все воедино.

Суть рекламы заключалась в следующем. Действие происходит на море. По причалу, который заливается волнами, идет красивый парень. На него попадают морские брызги, а ветер развевает белую одежду – легкие брюки и расстегнутую рубашку. Он доходит до конца причала, его волосы мокрые, с них капает морская вода, одежда тоже пропитана морем. Парень смотрит в камеру и говорит: «Теперь морской бриз всегда с тобой».

– Здорово, – восхитилась мама. – Реклама должна быть красивой. Представляете – все такое морское, романтичное.

– Да, – кивнула Оксана, – рекламу будут снимать на пляже с чистой голубой водой. Съемки будут проходить на Средиземном море. Туда я тоже поеду с тобой, буду рядом.

Марат сидел в кресле, несколько изумленный. Он тщательно все обдумывал.

– Судя по сценарию, реклама, конечно, должна выйти прекрасной, – проговорил он. – Но что-то мне страшно.

– Чего ты боишься? – удивилась Оксана.

– Смогу ли я сделать все как надо?..

– Конечно, сможешь! – заверила его Оксана. – Я понимаю твои чувства. Часто бывает, что человеку страшно, когда мечты начинают сбываться. Но сейчас нужно не бояться, а радоваться, что жизнь дает тебе шанс! Вот снимешься в рекламе, а потом будут съемки в моем фильме. Нужно хватать удачу за хвост.

– Да, да… – растерянно откликнулся Марат.

Его лицо действительно отражало неверие в счастье, которое так неожиданно на него свалилось.

А я сидела и думала: «Получается, Марат уедет, и я останусь один на один со своей бедой?..»

По всему выходило, что именно так и будет.

– Эта реклама – очень заманчивое предложение… но я никуда не поеду, – вдруг сказал Марат.

Оксана застыла возле чемодана с очередным платьем в руках.

– Как это? Почему?

– Ну… Я так решил. Если можно, я не буду об этом говорить, – твердо ответил Марат и протянул Оксане сценарий.

Оксана с пораженным видом села в кресло.

– Марат, ты в своем уме? – с чувством спросила она. – Ты понимаешь, от какого предложения отказываешься?

– Понимаю, – кивнул Марат.

– Если понимаешь, то почему отказываешься?

– Просто отказываюсь, и все.

Оксана разочарованно и непонимающе посмотрела на Марата и погрузилась в свои мысли. Поступок Марата ее ошарашил. Но я знала истинную причину его отказа.

– Идем, прогуляемся, – предложила я Марату.

– Идем, – встал он с кресла.

В комнате царила очень напряженная атмосфера. Очевидно, Оксана обиделась на Марата, ведь она хотела помочь ему продвинуться в карьере, а он отказался.

К тому же, мне кажется, на самом деле Оксане стоило немалых усилий, чтобы именно Марата взяли в рекламу. Только сейчас я вспомнила, что время от времени засекала ее в укромных уголках сада с телефоном в руках, и она кому-то говорила: «Ну пожалуйста, сделай это ради меня… Ну что тебе это стоит?.. Ты же видел его оригинальную фактуру…»

Мы вышли на улицу. Уже стемнело. Небо было черным и звездным, а воздух прохладным. Уже начинало пахнуть осенью. У осени необычный терпкий аромат.

Мы медленно брели по тротуару.

– Езжай на съемки, – твердо сказала я. – От этого предложения нельзя отказываться.

– Полина, я так решил!

– Почему ты не хочешь сниматься?

– Потому что не люблю рекламу.

Я остановилась. Марат тоже притормозил. Я посмотрела ему в глаза.

– Ты это можешь говорить кому угодно, но только не мне.

– Ты о чем?

– О том, что я прекрасно понимаю, почему ты отказался. Это из-за меня, да? Ты не хочешь оставлять меня одну в таком состоянии?

– Полина… Я уже все решил.

– Марат! Я видела, как сначала загорелись твои глаза от радости, а потом ты понял, что из-за отъезда придется оставить меня одну, погрустнел и отказался.

Марат опустил глаза. Я поняла, что попала в точку.

– Езжай на съемки, а за меня не волнуйся. Ничего страшного тут со мной не случится. Надеюсь, к твоему приезду я снова начну плавать, как дельфин, – через силу улыбнулась я. Через силу – потому что улыбаться совсем не хотелось.

– Полина, но я не могу вот так…

– Если не поедешь, я не буду с тобой дружить, – пообещала я. – Я не хочу, чтобы из-за меня ты портил свою карьеру.

– Ты для меня важнее, чем какая-то там реклама.

– Это не «какая-то там реклама», а реклама одной из самых знаменитых и престижных косметических фирм, – уточнила я.

Марат промолчал. Мы оба понимали, что я права. К тому же я видела, как сильно он хочет поехать, и понимала, что являюсь препятствием.

– Марат, я говорю, езжай! – настаивала я. – Все хорошо.

Мы вновь помолчали.

– Ты точно уверена, что без меня тебе будет нормально? – с надеждой спросил он.