Богатство или счастье? - Элли Десмонд

– Мне не нужно помнить последние пять лет своей жизни, чтобы знать, что я не отношусь к категории людей, которые наивысшим удовольствием считают полежать на диване. И даже если я временно не могу работать, мне необходимо какое-то занятие.

– Но не это же! – не сдавалась Эшли. – Тебе только кажется, что ты хочешь переспать со мной, а на самом деле это совсем не так. Правда-правда, я это знаю наверняка. Ты просто хочешь поближе меня узнать вот и…

– Не могу поверить, что женился на женщине, способной сделать из секса трагедию в пяти актах, – весело перебил ее Родриго.

– Я стараюсь заботиться о тебе, только и всего. – Она пыталась всеми силами скрыть свой нешуточный испуг, но это у нее не очень-то выходило. – Сейчас это не то, что тебе нужно.

– Позволь мне самому решать, что мне сейчас нужно…

Он вдруг осекся. Его взгляд соскользнул с Эшли и обратился куда-то вовне. Его брови нахмурились, а губы сжались.

– Что с тобой? – испугалась она.

Он снова посмотрел на нее, но уже не такими глазами, как несколько секунд назад. Он был мрачен и задумчив.

– Бартоломео, мой дед. Он умер, ведь так? Вот почему картины из его коллекции теперь висят в моем доме, а не в Каса дель Хорхес. Я прав? – Его лицо стало бледным, как тогда в больнице. – Прошу тебя, не скрывай от меня эту информацию, – проговорил он холодным тоном.

В глазах Эшли застыли слезы сострадания. С большой неохотой она кивнула.

– Да, мне очень жаль. Он умер четыре года назад.

– Как это случилось? – быстро и напряженно спросил Родриго.

– Это был сердечный приступ. – Она благодарила провидение, что знала хотя бы это, и мысленно молилась, чтобы он не задал каких-нибудь дополнительных вопросов. – Думаю, что смерть наступила быстро.

Он отошел к окну и отвернулся. Теперь Родриго находился очень далеко и от нее, и от этого дома, и вообще от всего земного, она знала это. Он думал о своем экстравагантном деде, который был ему ближе отца, и совершенно забыл о страсти, которая в нем только что кипела.

– Родриго… – Эшли было его ужасно жаль, но она боялась это показать, ибо знала, что это может его задеть.

– Иди и проверь, как там ужин, – посоветовал он сухо.

Она встала с постели и немного приблизилась к нему.

– Поверь, я очень хорошо понимаю, что значит для человека смерть близкого родственника. Мои родители погибли в автокатастрофе, когда я была еще совсем девочкой. Не гони меня. Я хочу быть с тобой не только в радости, но и в горе.

– Есть люди, не любящие выставлять свои эмоции напоказ, – отрезал он.

– Хорошо, хорошо. Ухожу, – Она замахала руками.

Родриго услышал, как захлопнулась за ней дверь спальни. Его мучила вина за то, что он не смог отказаться от ее сочувствия более вежливо. Она хотела ему помочь, а он разговаривал с ней нарочито безразлично и холодно.

И что ты еще собираешься сделать? – спросил презрительный голос внутри него. Для полноты картины остается только напиться с горя и поплакать в подушку. Нет, определенно надо вести себя более сдержанно при жене. Ведь она принимает все так близко к сердцу.

В коридоре Эшли встретила Карлоса и еще одного слугу, который нес ее чемодан. Она последовала за ними.

– Сеньора…

Дворецкий пригласительным жестом открыл дверь одной из комнат и, придержав дверь для носильщика, вошел сам.

Ага, это ее спальня, догадалась Эшли. А там, за стенкой, располагается спальня Родриго, из которой она только что вышла. Вот и дверь, ведущая как раз туда. Видимо, это традиция супругов из богатых семей – иметь раздельные спальни. Что ж, это здорово. Подумать только, могла возникнуть необходимость делить с ним одну постель!

Но такие мысли не развлекли Эшли. Она мимоходом посмотрела на свое отражение в зеркале и увидела, что ее глаза все еще полны слез. Как же все-таки одно его неласковое слово может безвозвратно испортить ее настроение.

Конечно, когда она была официанткой, он держался с ней более сдержанно. Хотя, вероятно, в силу того, что воспринимал ее как что-то вроде бесплатного приложения к поданному ею бизнес-ланчу.

Эшли сконцентрировалась на том, что необходимо сделать. С застенчивой улыбкой она подошла к Карлосу.

– Я бы хотела бегло осмотреть дом, – проговорила она, пытаясь не краснеть от стыда, а дружелюбно улыбаться. Едва ли она сможет делать вид, что в течение определенного времени жила с мужем под одной крышей, если даже не будет знать расположение комнат.

Ей вдруг подумалось, что количество вранья, которое последовало за ее безобидным и вполне правдивым заявлением о том, что она – его жена, начинает переходить всякие границы и становится еще больше, хотя сама она этого совершенно не хочет. Совсем скоро к Родриго вернется память, и он вспомнит, кто такая эта его жена на самом деле. Оценит ли он ее поступок? Поймет ли?

Тем временем Карлос, не спеша и обстоятельно, рассказывал ей о каждой комнате. Дай ему волю – и он расскажет о каждом галстуке в каждом шкафу. Эшли подгоняла его, как только было возможно. Она не могла надивиться гигантским размерам дома и необыкновенному уюту, с которым обставлена каждая комната. Здесь не было кричащей и безвкусной роскоши, обычно царящей в домах богатых, но не разбирающихся в искусстве людей. Каждая вещь, будь то предмет мебели, ковер или картина на стене, была отобрана не случайно. Во всем чувствовалась рука знатока.

Дворецкий не забыл показать ей и кухню, где она выразила скорее разочарование, чем одобрение, узнав, что в доме существует специально разработанное меню на каждый день года. В благодарность за любовь к большей гастрономической свободе шеф-повар француз поцеловал ей руку, а затем сбегал на задний двор и вернулся с еще не до конца распустившейся розой. Встав на одно колено, он церемонно преподнес ее Эшли. Та звонко рассмеялась и, вставив розу себе в волосы, отправилась принять душ перед ужином.

Вернувшись в спальню, она обнаружила, что все содержимое ее чемодана уже разложено по шкафам и ящичкам, что в первый момент несколько ее озадачило, потому что нужно было облазить всю комнату, чтобы что-нибудь найти. Поняв, что где лежит, она пошла в душ. Ванная комната была роскошной. Сама ванна по размерам напоминала небольшой бассейн, но Эшли решила на первый раз ограничиться душевой кабиной. Ополоснувшись, она снова вставила в волосы подарок шеф-повара, завернулась в огромное пушистое полотенце и босиком вышла в спальню.

Там ее уже ждал Родриго.