Герой ее романа - Элла Дэниелс

То и дело осматриваясь, Дани отошла от экипажа, наслаждаясь свободой движений, которую дарили штаны. Условленное место встречи с маркизом было идеальным; тусклое освещение почти скрывало бы их от случайных наблюдателей, а несколько близлежащих переулков, расходившихся в разных направлениях, идеально подходили для того, чтобы скрыться от преследователей.

Жаль, что Ху не было в Лондоне – обычно он сопровождал ее. Но сейчас она, наверное, не рискнула бы вовлечь его с Аннабель в это дело. Они бы стали задавать лишние вопросы и попытались бы отговорить ее. К тому же, если ее поймают, то пострадают и ее сообщники… Что же касается Филиппа… Вот он-то не заслужил сочувствия! А Аннабель и Ху лучше держать в неведении. Тогда они смогут с чистой совестью отрицать свою причастность к этим событиям.

Дани подняла копыто одной из лошадей, проверяя заглушавшую шум мешковину, и в этот момент послышался стук колес. Обернувшись, она заметила карету, выехавшую из-за угла. Экипаж остановился у тротуара, и из открывшейся дверцы появилась сначала пара длинных мускулистых ног – маркиз выбрался наружу, воспользовавшись подножкой, и Дани, заметив это, раздраженно фыркнула. Дверца тут же захлопнулась за ним, и карета, тронувшись с места, тотчас укатила.

Скрестив на груди руки, Дани двинулась к наиболее освещенному участку улицы. Сапоги же маркиза гремели о камни. Внезапно он остановился, и Дани проворчала:

– Идите на свет. Я не стану разговаривать с тенью.

Немного помедлив, он все же вышел на свет, и Дани, увидев его лицо, с трудом удержалась от крика. А вот Филипп закричал.

Холодный взгляд маркиза лишь на мгновение задержался на вознице – казалось, именно такой реакции он и ожидал. На его безобразные шрамы было по-прежнему тяжело смотреть, но Дани не испытывала к нему сочувствия; сейчас ей очень хотелось, чтобы этот ужасный человек провалился ко всем чертям.

– Я удивлен, что вы пришли, – сказал он неожиданно.

Дани пожала плечами.

– У меня не было выбора. И давайте прекратим светскую болтовню. Вы ведь знали, каким будет итог вашего визита, не так ли?

Он с ухмылкой кивнул.

– Да, разумеется.

– Да вы пьяны! – воскликнула Дани, почувствовав запах спиртного.

– Ни в малейшей степени. – Маркиз снова ухмыльнулся.

Дани уставилась на него в ужасе. Она собиралась совершить преступление, – а ее сообщник был вдребезги пьян!

– Идем? – Он предложил ей руку.

Дани засопела и вскинула подбородок.

– Не нужно прикидываться джентльменом. Не забывайте, что я знаю, кто вы на самом деле.

Зеленые глаза маркиза похолодели, а челюсть как будто окаменела. Коротко кивнув, он убрал руку.

– Вы же не собираетесь уйти с ним?

Дани поморщилась, обнаружив, что это подал голос ее кучер, забравшись под днище экипажа; очевидно, он решил там укрыться от маркиза. И даже представить было страшно, как Филипп поведет себя в пути, если вдруг возникнут какие-нибудь неприятности.

Тяжко вздохнув, Дани ответила:

– Собираюсь, Филиппп.

– Кто эта свинья? – проворчал маркиз.

– Наш кучер. – Дани невольно усмехнулась.

– Это совсем не смешно, мисс Грин. А где ваш Джон?

– Я и не пыталась шутить. А Джон еще не вернулся из поездки вашей бывшей невесты. От этой девчонки столько хлопот…

– Не могу с вами не согласиться.

Дани посмотрела на маркиза с удивлением. И оба тут же отвели глаза; он начал осматриваться, а Дани стала разглядывать свои сапоги.

– Ах, вы только взгляните! Моя новенькая ливрея вся в пыли! – завизжал Филипп, вылезая из-под кареты.

Дани в раздражении фыркнула. А чего он ожидал?! Днище кареты – не самое чистое укрытие. Она пыталась вспомнить, почему вообще наняла Филиппа. Уж конечно, не за прекрасный характер.

– Этот головорез!.. – снова подал голос кучер. – Если ваш отец об этом…

– Помолчи, Филипп! – крикнула Дани. Теперь стало ясно, что ей следовало избавиться от Филиппа при первой же возможности. Дани не могла допустить, чтобы маркиз-шантажист знал, кто она такая.

– Отец? И у такой мошенницы есть отец? – Голос маркиза источал неприязнь. – Интересно, что за человек вырастил такую, как вы?

Дани взглянула на него враждебно.

– Можете оскорблять меня, как хотите, но не смейте даже заикаться о моей семье. Вам понятно, милорд?

Маркиз усмехнулся и приблизился к ней. Его глаза сияли нефритовым огнем, но, как ни странно, они притягивали и завораживали…

– Поверьте, моя дорогая малышка, я очень хорошо понимаю, что такое семейные узы.

Время, казалось, остановилось, когда Дани оказалась с ним рядом. «Но как же так? – спрашивала она себя. – Как человек, обладающий столь отталкивающей внешностью, может так завораживать?» Тут взгляды их встретились, и что-то промелькнуло в глубине его блестящих глаз. Сожаление? Или, может быть, сочувствие? Дани не могла ответить на этот вопрос, отчего еще больше смутилась.

Впрочем, она почти тотчас же взяла себя в руки и отступила на несколько шагов. Маркиз был гнусным преступником, настоящим зверем, и не следовало приписывать ему добрые человеческие чувства.

– Становится поздно. Может, вам поторопиться? – спросил маркиз, указав в сторону Филиппа.

Дани кивнула. Он был прав. Не следовало тратить время на дискуссии. Да она и не собиралась спорить.

Нарочито медленно Дани подошла к своему экипажу, достала оттуда небольшой мешок и повесила его за спину. Маркиз посмотрел на нее с любопытством и двинулся в направлении ближайшего переулка.

– А кого именно мы собираемся… посетить? – прошептала Дани.

– Называйте вещи своими именами. Мы кое-кого похищаем.

– Так кого же? – Маркиз молчал, и Дани в раздражении проворчала: – Ну, отвечайте же.

– Мы похитим одну из сестер Фолли-Фостер.

– О господи, неужели вы действительно решили…

– А почему бы и нет? – перебил маркиз. – Да, я слышал, что эти девушки… немного необычные. Но они достаточно богаты.

– Но их отец – лорд верховный адмирал[3], – пробормотала Дани. Уже не говоря о том, что он – один из ближайших друзей ее отца.

– Да, знаю, – отозвался маркиз.

Дани остановилась, отказываясь идти дальше. Ее спутник обернулся и с усмешкой спросил:

– Что, боитесь, что адмирал превратит свои корабли в сухопутные экипажи и бросится за нами в погоню?