Пожалуйста, не уходи - Элизабет Харбисон

– Прошу меня извинить, джентльмены, – Чарльз прикрыл трубку рукой. – Это срочно. Новые этикетки не подходят. Подумайте пока.

Когда за последним менеджером закрылась дверь, он спросил:

– Что случилось, Брэди? Тебе удалость что-нибудь выяснить?

– Еще нет, но...

– Тогда какого черта ты мне звонишь? – Мужчина дал волю раздражению. Впервые за пятьдесят лет компания решила поменять дизайн этикеток. От того, насколько они будут удачными, зависело ее будущее. – Я же сказал: звонить только в том случае, если узнаешь что-то о мисс Мидлэнд.

– Речь как раз идет о ней. Один из моих людей за ней наблюдает. Он только что позвонил мне и сказал, что мисс Мидлэнд с Пенни находятся на фестивале.

– Ты хочешь сказать, они в Чапавпа?!

– Именно. После нашего последнего разговора я взял на себя смелость приставить к ней своего человека. Иногда этого оказывается достаточно, чтобы не проделывать лишней работы.

– Ты уверен? – Чарльза не интересовали тонкости детективного дела. – Они действительно там, где ты говоришь?

– Да.

– Выезжаю. Пусть твой человек не спускает с них глаз. Номер моего мобильного у тебя есть. В случае чего – немедленно звони.

– Я понял.

– Спасибо, Брэди, – голос мужчины звучал искренне. – Ты настоящий профессионал.

Двадцать минут спустя Чарльз проехал мимо деревянного указателя с надписью: "Наш дом – ваш дом. Добро пожаловать в Чапавпа!"

Чарльз въехал в город, выискивая место, где припарковаться. Его внимание привлекла табличка, написанная явно от руки: "Мест нет. Пожалуйста, следуйте на Винджаммер-стрит".

Не желая терять времени, он бросил машину рядом с табличкой.

Интересно, во сколько это мне обойдется, в праздничный-то день?

Я ей голову оторву, мрачно подумал Чарльз, в его мозгу билась мысль: "Только бы найти, только бы найти".

Достав телефон, мужчина набрал номер Брендона.

– Я на месте, – кратко произнес он. – Где они?

– Сейчас, – было слышно, как Брендон говорит с кем-то по телефону. – Стен, ты где? Рядом с цирком?

Чарльз внимательно осматривался, пытаясь найти что-нибудь, похожее на шатер шапито.

– Все в порядке. Они рядом с пони, – донесся до него голос Брендона. – Ты их видишь?

– Нет пока.

Сердце Чарльза замерло, а затем бешено заколотилось: к нему бросилась женщина с ребенком. Они бежали, а Чарльз пытался справиться с сердцебиением. Это просто выброс адреналина, уверял он себя. Охотник, настигший свою жертву, чувствует себя так же, и он вовсе не рад видеть эту женщину в выцветших джинсах и легкой рубашке персикового цвета.

– Я их вижу, – сказал он в телефон и быстрыми шагами двинулся вперед.

В руках Пенни была сладкая вата. Лицо ее украшали синие веснушки. При виде усталого, но сияющего личика дочери Чарльз почувствовал, как сердце снова екнуло – никогда еще он не видел ее такой счастливой!

В лице Лорел он прочел страх. Последние несколько шагов мужчина преодолел бегом. Когда они встретились, она упала ему на грудь. Он инстинктивно положил руки на ее плечи.

– Как я рада, что вы здесь! – Голос девушки прерывался от быстрого бега, но на лице была написана радость.

В ту же секунду до них дошла двусмысленность ситуации. Они отпрянули друг от друга одновременно.

– Мне позвонили, – ответил Чарльз на ее немой вопрос.

– Кто?..

– Один мой... сотрудник, – нашелся Чарльз. – Узнав, что вы здесь, он сообщил мне.

Только что он видел следы паники на ее лице, а теперь в ее глазах плескался гнев.

– Так это... – Лорел задохнулась. Проследив за ее рукой, он увидел ничем не примечательного мужчину среднего телосложения, который невольно отступил назад под ее горящим взором.

– Значит, это ваших рук дело? – справившись с эмоциями, спросила девушка.

– Не знаю, – вынужден был сознаться он, – наверное.

– Вы не знаете? – изумилась она. – Но вы же только что сказали, что он работает на вас!

– Тот мужчина целый день не спускал глаз с Лорел, – невинно заметила Пенни, слизывая вату. – Наверное, она ему понравилась, – уже тише добавила она. – Правда, она красивая, папочка?

Не зная, что ответить, Чарльз беспомощно смотрел на молодую женщину и маленькую девочку.

Наверное, она ему понравилась. Правда, она красивая, папочка?..

Его мозг буквально впал в оцепенение. Мужчина тряхнул головой.

– Солнышко, ты вся испачкалась! Идем, я тебя отмою. Не можешь же ты ехать домой такой грязнулей, – поторопила девочку Лорел.

– Но папа...

– Нам нужно идти, – не глядя на Чарльза, перебила ее няня. – Ну же, идем!

Чарльз озадачен, но он не изменил своего решения, Лорел была уверена в этом. Что ж, это все усложняет. Но что сделано, то сделано...

* * *

Чарльз ждал их. Стоило им уйти, как к нему сразу вернулась ясность ума. Сейчас он выскажет этой дамочке пару ласковых! И ей еще хватает наглости вести себя так, словно он во всем виноват!

Лорел с Пенни вернулись, и Чарльз заметил, что с личика девочки исчезли синие веснушки, но оно по-прежнему сияло.

Они направились к машине. Пенни чуть впереди – у нее еще были силы резвиться, словно у щенка, впервые выпущенного на прогулку. Это давало Чарльзу возможность высказаться, ведь то, что он собирался сказать Лорел, не предназначалось для посторонних ушей.

– Как вы осмелились нарушить мой приказ? – требовательно спросил он.

– Приказ? – Ее голос звучал спокойно.

– Ну... – Чарльз осознал, что оправдывается, – пожелание.

Какого черта? Проклятье, это она – моя служащая, а не наоборот!

– Приказ, – твердо повторил он.

– Не знала, что мне запрещено сюда приходить!

– Не вам, – он многозначительно посмотрел на нее.

– Ну хорошо, – уступила Лорел. – Вы отец и знаете, что лучше для вашей дочери, а я – всего лишь служащая и действительно вас ослушалась. Но... посмотрите на Пенни, – взмах руки в ее сторону. – Разве вы не видите, как она счастлива? Я просто не успела убедить вас, что она прекрасно проведет время!

– Вижу, – голос мужчины звучал ровно. – Но это не оправдание. Я подробно объяснил причины своего решения.

– Но я постоянно была рядом!

– Если не ошибаюсь... – он внимательно посмотрел на нее, – когда я здесь появился, вы были напуганы... Если не сказать больше.

Она сбилась с шага и остановилась.

– Вы не понимаете! Это потому... – К своему неудовольствию, девушка почувствовала, что краснеет.