Грешный любовник - Джулия Росс

– Не совсем. Боюсь, что не принесла вам ничего, кроме некоторого количества ночной сырости, но я решила, что вам небезынтересно узнать, что я успешно завязала отношения с объектом. Он решительно ничего не подозревает и вот-вот примет меня в число своих домочадцев. Может, удобнее будет, если я расскажу вам все у камина?

Высокий изящный Ившир отступил на шаг, давая ей возможность влезть в окно. Лицо его, светлевшее в полумраке как слоновая кость, вдруг показалось багровым в отсвете камина.

Сильвия поставила тазик, опустила раму окна и затворила за собой ставни.

– Неразумно было приходить сюда, – заметил герцог. – Возможно, за вами установлена слежка.

– За мной действительно следят, – ответила она. – Но меня проследили только до номера восемнадцать, третья дверь по следующей улице. Носильщики Давенби доставили меня туда в портшезе.

– Носильщики Давенби?

– Не стоит беспокоиться. Его людям не хотелось ждать под дождем. Так что когда я предложила им вернуться домой, они ушли.

Он поднял брови.

– В доме званый вечер, полно народу. С одной из дам, проживающей там на правах гостьи, леди Шарлоттой Рэмпол, я познакомилась несколько дней назад в гостинице «Королевский дуб» на дуврской дороге.

– Вы все предусмотрели?

– Дополнительная ищейка, которую мистер Давенби пустил по моему следу, имея в виду именно такой случай, все еще наблюдает за домом. Из осторожных расспросов, которым он подвергнет слуг, выяснится, что я удалилась, вернее, удалился из гостиной в обществе леди Шарлотты.

Ившир рассмеялся.

Сильвия повесила свой парик на спинку стула и приблизилась к камину.

– Так что юный Джордж Уайт, упившийся вдрызг, крепко спит в кабинетике с очень удобными креслами. Между тем ваш дворец отыскать оказалось нетрудно. Давенби никогда не узнает, что я выходила из дома.

– А если узнает...

– Не узнает. Я, ваша милость, в своем деле профессионал. Как и вы. – Она взяла кочергу, поворошила угли, вспыхнувшие ярким пламенем, затем протянула ладони к теплу. – А вам к лицу звание герцога, даже в ночном наряде.

– Смерть моего отца не стала неожиданной, хотя существовали обстоятельства, которые прискорбным образом ускорили ее. Конечно, мне нравится носить титул. Смешно притворяться, что нет.

– Потому что вам всегда нравились неотделимые от титула раболепные поклоны и расшаркивания?

На его лице появилась осторожная усмешка.

– Положение старшего сына герцога тоже давало определенные преимущества.

– Вне всякого сомнения, ваша милость, – заметила Сильвия с шутовской серьезностью. – Можно мне присесть?

Взмахом руки он указал на кресло напротив своего.

– Если желаешь бренди, наливай сама. По очевидным причинам я не могу позвать лакея.

– Я уже выпила сегодня больше вина и бренди, чем в состоянии выдержать мой желудок.

Она села и вытянула ноги к каминной решетке, и тут сообразила, что точно повторяет позу Давенби, когда тот также сел у камина в своей спальне. Пожав плечами, она ухмыльнулась и осталась сидеть как сидела.

– В чем соль шутки? – спросил герцог.

– Всего лишь в том, что, несмотря на навязчивую идею или благодаря ей, в мужском обличье чувствуешь себя очень свободно!

Герцог откинулся в кресле и свел вместе кончики пальцев.

– Мужской костюм показался мне наилучшим решением именно для такого задания, хотя в серебряном платье и в бриллиантах с головы до пят ты само очарование. Все лорды и принцы тогда на балу в Вене смотрели на тебя как зачарованные.

– Бриллианты фальшивые, да и присутствие на балу – своего рода актерство, ваша милость. Вы знаете все не хуже меня.

– В самом деле?

Сильвия вернулась к более безопасной теме:

– Я не могу не согласиться, что мужское платье делает путешествие менее опасным, однако я не раз задавала себе вопрос: почему вы с такой страстностью настаивали на нем? Не могли бы вы мне объяснить причину?

Он не уклонился от ее взгляда.

– Я не мог, не поступившись своей совестью, допустить, чтобы ты стала любовницей Давенби.

– Ваша милость... – Ей пришлось остановиться и глубоко вздохнуть. Все равно в ее голосе прорвались язвительные нотки: – Вы даете мне задания. Вы платите мне очень щедро за ту информацию, которую я пересылаю вам. Но не в вашей власти решать, когда и с кем я буду делить постель.

– Может быть. Но мне хочется все-таки, чтобы ты держалась подальше от постели этого чудовища.

Пораженная, она не сводила с него глаз, и что-то тяжелое, как камень, опустилось внутри ее.

– Чудовища?

– Боже мой, мадам! – Он засмеялся. – Вы же не наивная мисс. Он очарователен. Привлекателен. Интересен. Остроумен. Храбр. Умен. Манеры его безупречны. Ну конечно. Но вам очень хорошо известно, что обаяние и привлекательность суть атрибуты дьявола, причем едва ли не самые полезные для него.

Сильвия принялась одергивать свои манжеты, стремясь скрыть охватившую ее панику.

– Я прибегаю к подобному маскараду только потому, что вам нужно, чтобы я вошла к Роберту Давенби в абсолютное доверие, – объяснила она. – Впрочем, если мужское платье убережет меня от черной мессы и сношений с Вельзевулом, тем лучше.

– Я не шучу, мадам.

– Я и не думала, что вы шутите. А вам известно, что он разъезжает на жеребце, которого зовут Абдиэль?

Ившир непонимающе уставился на нее.

– Что?

– Жеребца зовут Абдиэль, как ангела в «Потерянном рае», того, который противился восстанию Сатаны. «Верный нашелся среди неверных, верный только он». По-моему, очень подходящее имя.

Герцог встал, и золото волнами побежало по шлафроку от плеч вниз. Вдруг он грохнул кулаком по каминной доске.

– Я не шучу, мадам!

Сильвия еще раз набрала в грудь побольше воздуха.

– Не волнуйтесь. Достаточно сказать, что я очень успешно освободила мистера Давенби от его могущественной любовницы и от одежды, стоившей целого состояния. Он очень раздосадован.

– Сделанного недостаточно. Его нужно полностью уничтожить.

Сильвия уставилась на герцога. Ни разу еще она не видела, чтобы его милость полностью потерял контроль над собой.

– Но почему? Что Давенби такого сделал?

Ившир прошелся по комнате, бесшумно ступая по ковру.

– Из всех заданий, которые вы выполняли для меня в Европе... – Он умолк, опершись обоими кулаками о письменный стол и не сводя глаз с бумаг, разбросанных по нему. – Дело Давенби совсем другое. Мне нужно о нем больше сведений. Я должен знать все. Как он живет. Откуда берет деньги. Его привычки. Его слабости...