Очаровательная сумасбродка - Эллисон Чейз

Холли вовсе не собиралась читать письмо сестры через ее плечо, тем более что оно было личного плана, но она невольно заметила такие выражения, как «должна позаботиться», «не делай ничего второпях» и «дождись моего возвращения». Она положила руку на плечо сестры.

— Ты пугаешь меня, маленькая Айви.

— О нет, я вовсе не хочу этого, милая Холли. Но ты же помнишь камень Виктории — тот самый, который я прошлой осенью должна была забрать у сестры Саймона.

— Можно подумать, я могу забыть хоть что-то, связанное с этим камнем, или какие-то события минувшей осени. Господи, да уже одно то, что ты сидишь тут и разговариваешь со мной, — настоящее чудо.

Айви залилась краской при воспоминаниях, до сих пор заставлявших сестер содрогаться.

— Камень опять вернулся к Саймону, — прошептала она.

Брови Холли изумленно взлетели вверх.

— Но как?..

— Виктория прислала его ему — с благословения Альберта — в награду за все то, что он перенес, помогая вернуть камень. Она позволяет ему продолжать эксперименты с его электромагнитными свойствами… — Айви замолчала на полуслове и, отложив перо, схватила Холли за руки. — Я так боюсь, что он устроит взрыв и погибнет! Он такой импульсивный! Обо всем на свете забывает, когда дело доходит до научных опытов. А когда меня нет рядом, чтобы сдержать его энтузиазм…

— Айви, дорогая, Саймон действительно временами бывает горяч и порывист, но он же такой серьезный. И уж прости меня, но последняя неудача преподнесла ему хороший урок, который он никогда не забудет. К тому же… — Холли улыбнулась сестре, — сейчас у него больше чем когда бы то ни было причин быть осторожным.

— Ну да, конечно…

Сестры опустили глаза на живот Айви, по небольшим размерам которого еще невозможно было заметить, какой драгоценный сюрприз там растет. Айви быстро заморгала и подозрительно неестественно засопела.

— К тому же вчера я кое-что поняла, — сказала Холли.

— Что же именно?

— Без тебя мне в этой миссии не обойтись. Ты нужна и Виктории, и мне, причем мне — не только в качестве компаньонки. Колин Эшуорт… Как же мне выразить это словами? Он куда более обходителен с Уиллоу и с тобой, чем со мной.

— Понять не могу, к чему ты клонишь, — заметила Айви. — Надеюсь, ты не считаешь, что подозрения Виктории, касающиеся украденного жеребца, оправданны? Или считаешь? Мне он кажется куда более порядочным и искренним, чем другие мужчины.

Холли не знала, что сказать на это, но Уиллоу спасла ее от необходимости отвечать, появившись в дверях спальни.

— Айви и Холли Сазерленд, как мы сможем отыскать пропавшего жеребца королевы, если вы весь день будете сидеть в комнате и болтать между собой? — спросила она.

Уже спустя пятнадцать минут Холли смотрела на простирающиеся за окном кареты просторы Мастерфилд-Парка. Такое огромное поместье и должно быть у герцога, полагала она. Дом оказался чрезмерно большим, но пропорциональным; старинная архитектура незатейливо сочеталась в нем с современными тенденциями.

Зато конный завод Эшуортов — конюшни, пастбища, закрытые загоны — поразил Холли.

Как только карета подъехала к широкой лестнице, ведущей в дом, им навстречу выбежала леди Сабрина в элегантном синем костюме для верховой езды, подбитом шотландкой.

— Все уже собрались на ипподроме, — сообщила она. — Скачки вот-вот начнутся.

— Скачки?

Холли обменялась недоуменными взглядами с сестрами. Они думали, что этим утром им всего лишь покажут лошадей.

— Разве вы не знали? — Леди Сабрина наклонилась, чтобы через Холли и Уиллоу посмотреть на Айви, сидевшую на противоположном сиденье. — Когда вы приезжали к леди Харроу, была весна, так что едва ли мой брат показал вам скаковой круг, который он обустроил тут в прошлом году.

С этими словами она забралась в карету.

Холли внимательно оглядела костюм для верховой езды, который так шел леди Сабрине, и приметила, что ее блестящие голубые глаза и светлые волосы были в точности такими же, как у брата.

— Вы собираетесь принять участие в скачках? — спросила она.

Сабрина иронично усмехнулась.

— Если бы я сочла, что мой брат стерпит это, то непременно поучаствовала бы, — сказала она в ответ. — Но нет, моя роль сводится к тому, чтобы продемонстрировать бег пары молодых кобылок и жеребцов — нужно показать, на что они способны на охоте. Не все чистокровные лошади годятся для скачек.

Про себя Холли не могла не восхититься молодой женщиной.

— Должно быть, вам очень нравится ваша жизнь здесь, — заметила она.

Леди Сабрина лишь молча пожала плечами.

Объехав дом, кучер направил карету по посыпанной гравием дорожке, которая, обогнув сад, убегала вперед еще на полмили. Владения Эшуортов были большими и впечатляющими. Уиллоу, видимо, была того же мнения, потому что она то и дело вертела головой, глядя на те интересные места, на которые указывала леди Сабрина.

— А это наши конюшни, — сказала леди Сабрина, указывая на постройки справа от них. — За ними есть каретный сарай. Первые постройки — это непосредственно конюшни. Наши личные лошади живут с правой стороны, а скаковые — с левой. Слева расположен и ветеринарный флигель.

Карета остановилась, и Сабрина спрыгнула на землю, не дожидаясь чьей-то помощи.

— Надеюсь, вы не против того, чтобы прогуляться? Скаковой круг находится позади закрытых загонов, это совсем недалеко.

Главные конюшни образовывали два крыла, соединенные широкой аркой. Повсюду пахло сеном и лошадьми. Женщины прошли под аркой. Двустворчатые двери с обеих сторон были распахнуты, и они увидели длинные широкие проходы между денниками, которые уходили вдаль и терялись в тени. Холли заметила конюхов, которые сновали взад-вперед с разнообразной лошадиной упряжью в руках. Ей ужасно хотелось прогуляться по одному из проходов, чтобы полюбоваться на лошадей Эшуортов, представлявших собой настоящее сокровище. Это желание было рождено ее собственным любопытством и чувством долга перед Викторией.

На солнечный свет они вышли посреди множества разнообразных загонов, окруженных аккуратно покрашенными заборами, где конюхи выгуливали около дюжины скакунов. Вдалеке, на пастбище, окружавшем Мастерфилд-Парк, паслись и играли на утреннем солнышке кобылы с жеребятами. Ближе к ним, около зданий, прогуливалось около сотни людей — настоящая живая мозаика из цилиндров, солнечных зонтиков и ярких шляпок с лентами. Некоторые сидели на стульях, выставленных вдоль ограждения, другие бродили по траве или пили прохладительные напитки в тени большого вяза.

— Господи, какое зрелище, просто дух захватывает! — воскликнула Айви.

— Боже правый, такое впечатление, будто все светские любители скачек собрались здесь! — восхищенно произнесла Уиллоу.