Тигра для Мороза - Вера Ро

Дикая неконтролируемая злость клубится внутри после разговора с Тигрой. Ну что она там себе навыдумывала? Все решила за меня. И после чего? После глупой шутки Стаса, которая не имеет под собой никаких оснований? Ведь до этого улыбалась мне так приветливо…

Маша-Маша…

Выбегаю сразу на улицу, мимо одевающейся толпы в прихожей, и хватаю ртом морозный воздух. Мужики уже маячат возле бани. Серега сметает снег с поленницы, а Стас примеряется к топору. Недолго думая иду в сторону последнего и перехватываю инструмент.

- Решил размяться? – понятливо усмехается этот забияка, уступая мне место.

Вместо ответа делаю широкий замах и резко опускаю топор на небольшую чурку. Поленья разлетаются во все стороны под звук смачного «хрясь».

- Эй-эй! Осторожней, пожалуйста, городской житель. Забыл, как дрова рубить? – хмурится Серега, едва увернувшись от крупной щепки.

- Прости. – бросаю коротко ему, а сам уже тянусь за следующей.

Девчата веселой компанией выходят из дома и направляются за ворота ограды. Антон, нагруженный объемными ватрушками под завязку, медленно плетется за ними. А я, проводив их всех мрачным взглядом исподлобья, с удвоенной силой принимаюсь за дело.

Мысли так и крутятся вокруг Тигры, не желая сдавать позиции.

А я ведь тоже хорош. Огрызнулся, наговорил лишнего, вместо того, чтобы объясниться с ней сразу, успокоить, поговорить по душам. Ну что мне стоило просто обнять ее крепко-крепко? Она ведь молоденькая совсем, импульсивная и, несмотря на всю свою браваду, очень робкая и пугливая.

Нет. Зря я так с ней. Надо все исправить, пока не поздно.

Бросаю с досады топор, стираю испарину, выступившую на лбу и осматриваю разлетевшиеся в стороны поленья, словно поле битвы.

- Пойду, прокачусь на горке разок и вернусь. – говорю друзьям, которые в это время заняты растопкой печки. 

За мной увязывается Макс, который почему-то только вышел из дома. Он без умолку тараторит все время, пока мы идем до горки и не дает мне сосредоточиться на своих мыслях, отрепетировать монолог для Тигры. Но к счастью, по пути нам встречается Яна и Макс возвращается с ней домой, чтобы помочь принести контейнеры с едой для импровизированного фуршета, который местные организовали прямо на опушке леса.

Кручу головой по сторонам в поисках Маши, но тщетно. Не ожидал, что здесь будет так многолюдно.

Неожиданно на моей руке кто-то виснет.

- Не меня потерял, Мишутка? - кокетничает Настя. А меня передергивает от малышкового сокращения моего имени. Всё-таки её интерес мне не показался. Ненавижу баб, которые при упоминании материального достатка начинают из кожи вон лезть, чтобы понравиться. И это после того, как вылезла из койки другого.

- А остальные где? – спрашиваю я, игнорируя ее неприкрытый флирт.

- Да на горке катаются, как малышня. – машет она в сторону склона рукой, и я тут же замечаю знакомую фигурку в лыжном костюмчике, смело карабкающуюся на снежную гору. Уголки губ сами собой приподнимаются вверх, глядя на эту картину. Но я тут же гашу улыбку, чувствуя на себе внимательный взгляд собеседницы. – А я вот боюсь одна. – сокрушается Настя, показательно надув губы и громко вздохнув. 

Прикинув в уме, что это будет самый быстрый способ добраться до Тигры, я соглашаюсь на парный спуск с девушкой Стаса. Однако что-то идет не по плану, и наш экипаж неожиданно набирает слишком большую скорость. Настя оглушает меня своим визгом и так наклоняется, что мы помимо воли меняем траекторию и вылетаем за пределы вытоптанной полянки, а затем и вовсе переворачиваемся, наскочив на кочку.

Не успеваю я и глазом моргнуть, как Настя оказывается на мне сверху, в непозволительной близости от моего лица. Смотрит на меня выжидающе, хлопает невинно ресницами и облизывает губы… На таком-то морозе. Совсем сдурела! Тяну к ней руки, хватая за что придется, чтобы поскорее избавиться от нежеланного груза, но неожиданно получаю в лоб крепкий холодный комок.

Висок моментально взрывается болью. Что это было вообще? Стираю снег с лица и вижу на пальцах кровь. Суровые, однако, нынче снежки.

Надо мной тут же нависает обеспокоенная Маша, она гладит меня по лицу рукой, стирая остатки снега, просит прощения, успевая переругиваться при этом с Настей. Так вот откуда мне прилетело! Неожиданно… Слова ускользают от меня, как и внезапно размытый образ девушки. Нет, я не теряю сознание, но голова кружится так сильно, что сфокусировать взгляд становится трудно.

В это время вокруг меня разворачивается настоящая суета. Подоспевшие тут же Антон и Ира тоже взволновано нависают надо мной, Маша спешно им поясняет, что произошло. Я хочу сказать, чтобы они не переживали, что все в порядке, но язык меня слушается не сразу.

- Да все нормально. – говорю, наконец, я. – Помогите подняться.

- Ага. Сейчас. – слышу голос Яны. И когда она только успела появиться? – Это сарказм, если что. Пока врач тебя не осмотрит, лежи тут. – авторитетно заявляет она.

- Да он же тогда еще и почки отморозит! – всхлипывает Маша. – Мишенька, прости. Я не подумав… Я не специально, честное слово. – рыдает она.

- Да где же мы сейчас врача возьмем? – поддакивает Антон.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Тут и возьмем. – машет в сторону горки Яна. – Вон, Васильев, например. - показывает она на мужчину в шапке ушанке, который катится с горы вниз головой. - Он травматолог, между прочим.

Как-то боязно доверять свою жизнь в руки человека, который и за своей-то сохранностью не особо следит. Но мой выбор невелик, а головокружение не проходит.