Все ради любви - Мишель Рид

– Не надо, Рашид, не сегодня, – измученно попросила она. – У меня болит голова, и я совершенно не готова.

– Я понимаю, – мрачно кивнул он. – Мне очень хорошо знакомо такое чувство, когда ты или твоя высокомерная родня доводите меня до белого каления, – сердито добавил он. – Меня сегодня весь день мучило искушение высказать им в лицо все, что я думаю!

– То есть и мне, если я правильно поняла, – улыбнулась Эви.

– Вот именно, – кивнул Рашид. – Так что будь умницей, Эви, и постарайся меня развеселить, иначе тебе грозит увидеть довольно неприятную сцену в бальном зале Беверли.

Он вполне был на это способен и сейчас не шутил: Эви хорошо была видна суровая складка у его губ, когда Рашид оттолкнулся от дверного косяка и направился к платяному шкафу – в точности как несколько часов назад ее мать.

Однако сходство окончилось на том, что Рашид так же открыл дверцы шкафа. Потому что он взглянул на висевшее там платье и расхохотался.

– Я знал, что ты у меня девочка храбрая, – проговорил он, – но не настолько. – Перебросив платье через руку, Рашид подошел к кровати, где сидела Эви. – Встань-ка, – скомандовал он, взяв ее за плечи крепкими длинными пальцами.

И, не сдержавшись при виде страдальческого выражения ее лица, Рашид склонился и поцеловал ее. В ответ на это Эви только вздохнула. Поцелуй его стал настойчивее и продолжался до тех пор, пока они не стали задыхаться.

– Теперь, – сказал Рашид, быстро отстраняясь, – ты оденешься сама или тебе помочь?

– Насколько я понимаю, ты не намерен допустить, чтобы я сегодня поступала так, как хочу сама? – сумрачно поинтересовалась Эви.

Рашид только покачал головой, развязывая ее пояс.

– Мм, – промурлыкал он, когда с Эви упал халат и открылся короткий розовый топ, едва скрывающий под собой то, чему полагалось быть скрытым. – Очень соблазнительно.

Его длинные умелые пальцы прошлись от ее тонкой талии к вздымающейся груди. Соски немедленно затвердели, а из груди вырвался вздох, совсем не похожий на прежние.

– Я ждал от тебя такого вздоха, – мягко прошептал Рашид, продолжая ласкать ее, в то время как глаза пристально смотрели ей в лицо. – Я соскучился по тебе.

– Я тоже, – выдохнула Эви. Она чувствовала его возбуждение, но и сама была возбуждена не меньше. Вот уже две недели они не были вместе – страшный срок! – Поцелуй меня! – простонала она.

Его ответ был быстрым, жарким, жадным. Губы Рашида блуждали по ее лицу, покрывая его поцелуями, а его руки ласкали ее тело, пока наконец не проникли под топ.

– Рашид, – задыхаясь, простонала Эви, когда он прижался к ней бедрами и энергично задвигался, – у нас нет на это времени.

– Мы быстро, – промурлыкал он ей на ухо. – Всего пять минут, и ты почувствуешь себя гораздо лучше, обещаю.

– Ты неисправим, – засмеялась Эви и тут же ахнула, когда его умелые пальцы скользнули между ее бедер.

Она никогда не могла слишком долго сопротивляться ему. Ее руки непроизвольно взметнулись, обвили шею Рашида и сжали крепче, а он впился в ее губы поцелуем, от которого у Эви потемнело в глазах.

– Раздень меня, – хрипло сказал Рашид, не отрываясь от ее губ.

Дрожащими от нетерпения руками она расстегнула молнию его брюк…

Да, Рашид был прав. Спустя пять минут она почувствовала себя не в пример лучше. Даже намека на огорчение или плохое настроение не осталось на ее лице.

– Ну вот, теперь ты меньше похожа на загнанную в угол жертву, – мягко пробормотал Рашид, поблескивая золотистыми глазами.

– А ты в спущенных брюках похож на комического актера, – поддразнила его Эви в ответ. Рашид только сверкнул белыми зубами. Он слишком хорошо знал, что в любом положении выглядит необыкновенно сексуально.

– Я обожаю тебя, ты же знаешь, – мягко прошептал он. – Если бы сейчас наступил конец света, я умер бы самым счастливым человеком на земле.

И Эви едва не сказала ему… Едва. Слова уже готовы были сорваться с ее губ, слова, от которых действительно небо обрушилось бы на землю. Но…

Нет.

Ей еще предстоит пройти через испытание сегодняшним балом, так что лишнее разочарование ни к чему. Поэтому со словами: – Твои пять минут прошли, – Эви отодвинулась.

Рашид помог ей одеться и буквально пожирал ее властным и голодным взглядом, когда она присела к зеркалу, чтобы поправить прическу и макияж.

Скользнув ступнями в золотистые плетеные туфельки, Эви обернулась, чтобы сообщить, что готова. Встретившись с его любящим взглядом, нежно улыбнулась.

Больше никаких компромиссов ради честолюбия матери. Они спустятся в бальный зал вместе, и к дьяволу все сплетни!

Потому что это будет ее последний выход с Рашидом в свет.

Когда они вошли в зал, Джулиан и Кристина танцевали первый вальс. Освещение слегка приглушили, и только один прожектор следовал за парой, кружившейся в кольце гостей, которые стояли и смотрели, хлопая и поддразнивая новобрачных. Никто не заметил появления Эви с Рашидом.

Пары постепенно присоединялись к танцу новобрачных. Лорд Беверли с супругой, Роберт Малверн с матерью Эви.

– Может быть, и мы? – негромко спросил Рашид.

– Почему бы нет? – ответила Эви, но в ее тоне звучала скорее отчаянная бравада, нежели искреннее желание потанцевать, и Рашид вопросительно изогнул бровь, обнимая ее, и повел к середине зала такой легкой поступью, что Эви изумленно задохнулась. – У тебя замечательно получается, – заметила она, не отрывая глаз от лица Рашида, чтобы не видеть взглядов, обращенных на них со стороны.

– Другого от арабского принца и ожидать нельзя, – иронически усмехнулся он. – Я и с джазом неплохо знаком, между прочим.

– От скромности ты точно не умрешь, – суховато заметила Эви.

– Благодарю, – отозвался он, как будто услышал приятнейший комплимент. – Нехватка скромности позволяет мне также заметить, что сейчас я танцую с самой красивой женщиной в этом зале.

Увидев приближающуюся мать, сердито нахмурившуюся, Эви напряженно замерла.

– Прекрати, – потребовал Рашид. – Иначе утащу тебя обратно наверх.

– Лучше смерть, – хмыкнула Эви.

– Ты все-таки нашел ее, Рашид! – Это Джулиан и Кристина в танце оказались рядом с ними.

– Как вы и указывали, – отозвался он. – Свернул на восток и шел, пока не достиг края света.

В глазах Кристины мгновенно погас радостный блеск.

– Мне очень жаль, Эви, что так получилось с твоей комнатой, – воскликнула она. – Клянусь, я ничего не знала, пока Джулиан не сказал мне!

– Не глупи, комната очень хорошая! – заверила ее Эви.