Откуда берутся дети?.. - Екатерина Риз

- Да ничего. Я вот свой стул тоже люблю... Да, стул?Ты отвечаешь мне взаимностью? - Денис шлёпнулся на сидение, поёрзал,устраиваясь поудобнее, и даже ноги вытянул. - Хорошо...

Илья хохотнул.

- Ладно, с объяснениями в любви покончили. Как у насдела?

- Илюх, хочешь, я тебе тайну открою? Ты всё большестановишься похожим на своего отца. Даже фразы одни и те же... и мыслипреимущественно о работе.

- А о чём я должен был тебя спросить?

Денис помолчал, потом пожал плечами, так и непридумав ничего достойного.

- Не знаю... Ладно, давай о работе. Как это для тебяне прискорбно, мы без тебя справились и не разорились.

- Проверим.

За дверью кабинета послышался голос Светы, Денисзамолчал и переглянулся с Говоровым. Оба замерли в ожидании, но дверь неоткрылась, зато хлопнула дверь приёмной, и стало тихо. Илья перевёл дыхание, аГорский приподнял одну бровь.

- Что? Опять поругались?

- Да нет, всё нормально. Готовимся к счастливомубудущему. А оно всё никак не наступает.

- Светка возвращается в Париж? - Илья коротко кивнул.Денис призадумался, а после развёл руками. - Ну и ладно, пусть едет. Или тырасстраиваешься?

Илья хлопнул по столу папкой с отчётом, не сумевсдержать всплеск раздражения.

- Да не расстраиваюсь я! Я просто не понимаю, чтопроисходит, и меня это напрягает. Вся эта неопределённость... Я пытался с нейпоговорить, объяснить, что пора уже что-то решать - либо мы оба живём каждыйсвоими интересами, либо пытаемся наладить совместную жизнь.

Денис недоверчиво скривился.

 - А тебе это надо?

- Но я же женился на ней, чёрт возьми! Я себе нагорло наступил... и через других перешагнул. Решил, что после всего, что Светкадля меня сделала, так будет честно. И я готов был стать её мужем. А чтополучил? Я боялся, что всё разрушу, а нового ничего не получится, пошёл посамому простому и понятному для меня пути... За что боролся, как говорится...

Горский в задумчивости потёр лоб.

- У тебя всё так сложно, я ничего не понимаю... Тынесколько витиевато изъясняешься.

- А что непонятного? Побоялся отменить свадьбу, жизньналаженной казалась... Страшно было остаться ни с чем. Да Ксюша ещё... так доконца разобраться и не смогли между собой. Легче всего было вернуться к Светкеи зажить по-прежнему. Вот только прежней жизни не получается. Мы все изменилисьза это время... И Света больше всех.

- Думаешь, у неё кто-то есть в Париже? - задалосторожный вопрос Денис. Боялся, что Говоров тут же взорвётся, выйдет из себя,но тот лишь равнодушно плечами пожал.

- Не знаю. Говорит, что нет.

Денис вытаращил на него глаза.

- Ты что, спрашивал её? Вот прямо так и спросил?

- Спросил. А что мне остаётся? Мне нужнаопределённость. Мне надоело жить в подвешенном состоянии. Все твердят о светломбудущем, а его как не было, так и нет. - Он сделал паузу. - Я попросил еёостаться. Не могу я так больше.

- Ты на самом деле хочешь гнездо свить?

- А почему нет? Конечно, у нас со Светкойнедопонимание... и оно всё растёт. Дошло до того, что она в нашем же доме, какчужая. Она меня раздражает. Нам сейчас и говорить-то не о чем, кроме работы. Ноя всё ещё пытаюсь что-то изменить! Я! Хочется уже понять, что это такое, когдатебя дома вечером ждут. Потому что мне на самом деле надоело приходить вогромную, пустую квартиру, где кроме меня только эхо.

Денис хмыкнул и глянул на Говорова исподлобья, причёмс недоверием.

- Ты сейчас про Светку говоришь?

Илья скрипнул зубами.

- Хотя бы...

- И ты хочешь посадить её дома? Вряд ли онасогласится просто на роль жены.

- Раньше она хотела именно этого. Она говорила одоме, о детях, и потом уже о семейном бизнесе. А теперь всё перевернулось с ногна голову. И меня это не устраивает!

- А что она тебе сказала?

Говоров невесело усмехнулся.

- Что для неё это важно. Важно себе доказать, чтоспособна на большее... Нет, Денис, ты пойми, я готов это принять. Раз для неёважно... Я не собираюсь запирать её дома, но ей уже мало прежних идеалов. Онанашла другие, и они её манят со страшной силой. Раньше она жаловалась, чторабота отнимает у неё слишком много времени, а теперь это время у неё отнимаюя. Своими разговорами, поездками к родителям, просьбами вернуться в Москву... ав Париже блеск, суета, и она должна успеть везде. - Он задумался, потомхмыкнул. - Знаешь, мне кажется, что нет у неё любовника. У неё просто времени наэто нет.

- А если бы был? - Горский хитро прищурился.

- А это уже не суть как важно. Возможно, я бы дажеоблегчение испытал... в каком-то смысле. Появился бы чёткий ответ на некоторыевопросы. А может и решение какое-нибудь... Но она просит подождать ещё немного.Как заведённая твердит о Нью-Йорке.

Денис поперхнулся.

- Да ты что? Нью-Йорк?

Говоров же скривился.

- Хоть ты не начинай.

- Подожди, Илюх, неужели тебя это не волнует?

- А зачем? Света всё сделает, и даже поволнуется занас всех. Это уже не моя мечта, а её. И я вот думаю, может её предупредить, чтокогда мечты сбываются, ты остаёшься один на один с самим собой. А это уже нестоль интригующе. - Он помолчал, потом добавил: - Я подожду весеннего показа.

Денис нахмурился.

- Что ты имеешь в виду?

- То, что я отпускаю жену в Париж. Пусть едет,исполняет мечту... А там посмотрим. - Отвёл глаза и посмотрел в окно. Несколькосекунд молчал, затем моргнул, и снова повернулся к Денису, взгляд уже былделовой. - Ты все документы, которые она просила, подготовь. И про снимки незабудь, что она просила. Ты их забрал?

Горский посмотрел на потолок, словно ответ там искал,потом кивнул.

- Ну да. Забрал.

Говоров хмуро глянул на него исподлобья.

- Что ещё?

- Что?

- Не знаю! Вчера ты воду с этими снимками мутил, иопять. Что не так?

- Всё так. Снимки у меня в столе лежат. Здорововышло, хотя были некоторые казусы на съёмке. Игорь одну девчонку чуть доистерики не довёл.

- Какую девчонку? - не понял Илья.

- Модель. Она, бедняжка, тряслась, как осиновый лист.Не знала куда вскарабкаться, чтобы спрятаться ото всех.

- Весело... А зачем ты на съёмку ездил?