Искушение Анжелики - Анн Голон

Бог всемогущ. Бог, как известно, может все.

И парням с корабля «Сердце Марии», обращенным в веру флибустьерам, были действительно дарованы жены на следующий день после того странного вечера.

Какой-то человек показался на тропинке, ведущей от Голубой бухты к Голдсборо. Дождь и ветер развевали его плащ. Он торопился, задыхаясь на бегу. Это был бумагопромышленник Мерсело, владелец заводика, расположенного в стороне от поселка.

Уже у форта он закричал караульным:

— Скорее! Торопитесь! В Голубой бухте тонет корабль!

Анжелика, которая спала как убитая, проснулась от мигания огней во дворе форта. Заря еще только занималась. Сначала ей показалось, что это продолжается праздник. Но из-за поднявшейся суматохи она поняла, что происходит что-то необычное. Наскоро одевшись, она быстро спустилась вниз, чтобы узнать, в чем дело.

В свете фонарей виднелась фигура Мерсело. Он что-то показывал на карте, которую держал граф.

— Они, наверное, налетели на риф Мрачного монаха при входе в маленький залив Анемонов, а потом течением их снесло к Голубой бухте.

— А что им там понадобилось? — воскликнул граф.

— Они испугались бури…

— Но.., не было никакой бури.

Действительно, странно.

Правда, ветер был сильный, и море неспокойное, но небо оставалось чистым. И с корабля, находившегося в открытом море, берег с его сигнальными огнями должен был быть прекрасно виден.

— Может быть, это какое-то рыболовное судно?

— Кто ж его знает?… Слишком темно. Но от криков, что доносятся с места крушения, волосы встают дыбом. Моя жена и дочь вместе со служанкой и нашим соседом уже на берегу.

Вот так, едва придя в себя после праздничного веселья, жители Голдсборо, еще совсем сонные и встревоженные, оказались в то раннее ветреное утро на берегу Голубой бухты, вслушиваясь в доносившиеся до них отчаянные крики. Вдали, среди волн, то появлялись, то исчезали мачты корабля, наполовину скрытого водой. Анжелика уже была в толпе вместе с большинством местных дам.

Корабль погрузился почти до самого борта, но, странное дело, пока еще держался на плаву. Течением у входа в залив его бросало из стороны в сторону. Всякий раз, когда начинало казаться, что несчастный корабль вот-вот должен разбиться и развалиться на куски, словно перегруженная бочка, его относило в сторону вместе с обвисшими парусами и сломанными мачтами.

Лишь бы они продержались до прихода кораблей, которые вели Жоффрей де Пейрак и Колен Патюрель, стараясь обогнуть мыс Ивернек, чтобы подойти к тонущим с моря.

Ветер доносил душераздирающие крики и мольбы о помощи. Они казались еще более ужасными от того, что из-за высоких волн не видно было людей на тонущем корабле.

Из Голдсборо подошла команда из местных матросов и рыбаков. Они вооружились баграми, крюками, якорями, веревками и канатами.

По указанию Эрве Ле Галля, трое из них сели в рыбачью лодку семьи Мерсело и начали грести изо всех сил.

Другие расположились вдоль скал, готовясь помочь тем из потерпевших, кто попытается достигнуть берега вплавь.

— Я пойду приготовлю поесть и попить чего-нибудь горячего, — решила мадам Мерсело. — Идем, Бертиль.

Анжелика принесла бальзам, корпию для перевязки ран и флягу рома. Она хотела последовать за мадам Мерсело, но вдруг увидела в нескольких кабельтовых от берега, на гребне поднявшейся волны, что-то вроде плота из досок и бочек, наспех скрепленных между собой. Несколько женщин с растрепанными волосами, дико крича, цеплялись за это сооружение.

— Женщины! — закричала Анжелика. — О, Господи! Прибой несет их прямо на скалы. Они сейчас разобьются.

Не успела она произнести эти слова, как плот, словно разумное существо, встал на дыбы и устремился к острому рифу. Наскочив на него, он тут же переломился и развалился на сотню кусков, сбросив свой груз в море. К счастью, берег был уже близко. Анжелика и женщины, стоявшие рядом, тут же бросились в воду, доходившую им до пояса, чтобы оказать помощь несчастным.

Анжелика ухватила за длинные волосы какую-то женщину в тот самый момент, когда та уже готова была уйти на дно, густо заросшее водорослями.

Ей удалось удержать голову тонущей на поверхности воды и вытащить женщину на берег.

Спасенная оказалась крупной, весом не менее ста восьмидесяти фунтов. Пока она находилась в воде, Анжелика кое-как справлялась с ней, но, вытянув ее на песок, она поняла, что не в состоянии больше сдвинуть ни на один дюйм это неподвижное тело, в которое она крепко вцепилась.

— Да помогите же мне наконец! — закричала она. Подбежал матрос. Они позвали второго, потом третьего и четвертого.

— Черт бы ее побрал! Скажите, пожалуйста, что же такой женщине понадобилось в море, — жаловались моряки. — При ее весе нужно не на корабль садиться, а стоять на земле вместо крепостной пушки.

Тем временем мадам Мерсело вместе с дочерью, служанкой и слугой помогли выбраться на берег остальным шестерым женщинам. Все они страшно дрожали и не переставая стучали зубами, некоторые плакали. Одна из спасенных упала на колени и осенила себя крестным знамением.

— Благодарю тебя, милосердная Святая Дева за наше спасение, — проговорила она страстным голосом.