Другой близнец - Рина Мирт

—Нет, я — пас. Спасибо.

***

22 декабря, 22:53, Мэдисон, Висконсин

Дом, в котором она провела своё отрочество, встретил Мию давящей тишиной и затхлым воздухом, в котором уже не ощущался запах жасмина. Очевидно, пара путешествует довольно долго, если судить по слою пыли. Да, работенки тут хватало. Мия открыла окно в гостиной и на кухне, впуская морозный воздух, чтобы проветрить.

Ничего не изменилось с момента, когда она была тут последний раз, два месяца назад, в день годовщины смерти Рика. Она купила билеты за месяц до события. Туда и обратно в тот же день. У Марка она выяснила, что все собираются посетить могилу до полудня. По этой причине она приехала на кладбище в час дня на арендованном автомобиле, чтобы сразу вернуться обратно в аэропорт. Она просидела в машине еще около часа, выжидая на всякий случай. Она не хотела случайно столкнуться со своей приемной семьёй. Она приехала сюда не для выяснения отношений. Медленно она шла в сторону могил Рика и Боба, то и дело высматривая знакомые фигуры. Никого не было. Только свежие цветы и камешки на обеих могилах. Могила Рика обзавелась надгробием, таким же как у отца.

Она положила свои цветы обоим, а затем просто молча стояла напротив могилы Рика. В голове было пусто и тихо, так же, как на кладбище. Сначала она думала поговорить с ним, но никакие слова не шли, да и любом случае она не смогла бы заставить себя сказать простое «привет» холодному камню — это казалось дикостью. Рика ведь больше нет. Здесь покоятся лишь его кости, а если загробная жизнь и существует, то он и так должен знать всё, что произошло с ней после его смерти. Должен знать, что она смирилась с его гибелью, должен знать, что её сердце принадлежит другому. И да, какая-то часть в ней будет продолжать любить его до конца времён, ведь он — её первая любовь. Но тем не менее её мысли больше не принадлежат ему, она должна двигаться дальше, оставляя прошлое позади. Прошлое, полное приятных моментов, а также полное лжи.

В этой неживой тишине она прекрасно расслышала приближающиеся шаги. Мия поняла, кто это, еще до того, как фигура попала в поле её бокового зрения, остановившись рядом. Запах жасминовых духов выдал свою обладательницу.

—Я знала, что ты придешь,— произнесла Эйлин.

Мия не стала ничего отвечать, продолжая смотреть на надгробье.

—Прошел уже год,— продолжала та.— Но боль всё так же свежа, будто это случилось вчера. Когда мне сообщили о смерти Боба, я чувствовала себя так, будто на меня рухнуло небо. Тогда его смерть казалась мне самым ужасным, что я могу испытать. Я была уверена, что никогда не посмотрю на другого мужчину. Но правильно говорят: «никогда не говори никогда». И теперь смерть Боба не кажется мне такой уж ужасной.

Эйлин умолкла. Затянувшаяся пауза заставила Мию повернуть голову и посмотреть на женщину. Та смотрела на надгробье. Её глаза были сухими, полными тоски.

—Она избавила его от страдания пережить гибель своего сына. Даже заклятому врагу я бы не пожелала испытать того, что я, ибо ни один родитель не заслуживает этого.

Она повернулась, встречаясь с ней взглядом. Губы тронула легкая улыбка.

—Рада тебя видеть. Я ждала тебя.

Мия продолжала молчать. Не выяснять же отношения на могиле Рика, да еще в такой день.

—Прости меня, Мия,— голос женщины дрогнул.— За всё, что наговорила тебе тогда… Я была разбита, узнав все страшные подробности гибели сына и чем он занимался при жизни… Я так боялась потерять моего второго мальчика, что сама того не ведая, причинила боль девочке, которую поклялась любить как родную.

Губы Мии задрожали, а глаза наполнились соленой влагой.

—Тебе ведь столько пришлось пережить,— продолжала Эйлин.— Тебя чуть не убили эти подонки, и если бы не Бен, я бы лишилась еще и дочери, пусть ты и не моя кровь.

По щекам девушки одна за другой скатились несколько слезинок.

—Если бы ты стала женой моего сына, мы бы окончательно породнились, но знай, и без этого, я считаю тебя своей. И сейчас, здесь, перед могилой Рика, я прошу у тебя прощения.

—О, Эйлин…

Женщина протянула к ней руки и обняла её. Обе расплакались. Они еще долго стояли так, изливая друг другу душу, пока их не окликнул Ливай, пришедший проверить всё ли в порядке. После, уже дома, Эйлин рассказала, что оставила своего мужчину возле входа на кладбище, ждать её появления, пока сама она принимала в доме людей, пришедших поддержать её в этот день. Бена дома не было. Он, по словам Эйлин, тут же отбыл обратно в Город Ангелов, после посещения могилы брата. Несмотря на разочарование, Мия вздохнула с облегчением, что ей не пришлось с ним видеться. Она не была уверена, что выдержит его присутствие сейчас, после такой душещипательной сцены с его матерью, не говоря уже о том, что пришлось бы смотреть на него и что-то говорить.

Она провела дома еще пару часов, прежде чем уехать обратно в аэропорт. С Эйлин они договорились созваниваться каждую неделю, и что они все увидятся здесь на День Благодарения. На который Мия в итоге не приехала. Зато приехала к Рождеству.

Заглянув в холодильник, Мия поморщилась, увидев заплесневевшие овощи. Всё содержимое нужно было выбрасывать и срочно помыть стенки. Чем она и занялась. Это в конец вымотало девушку, и она решила, что завтра специально встанет пораньше, чтобы успеть всё сделать.

Но поднявшись на второй этаж, она направилась не в свою спальню, а в спальню Бена. Его комната была в идеальном, истинно солдатском порядке. Постель педантично заправлена, а немногочисленные вещи в шкафу рассортированы и аккуратно сложены. Мии хотелось взять какую-нибудь его толстовку на ночь, но она не была уверена, что сможет уложить её так же, а ей совсем не хотелось быть пойманной на ношении его вещей.

Руки сами потянулись к висевшему на вешалке парадному кителю, на котором теперь отсутствовали какие-то либо знаки отличия, превращая его в обыкновенный темно-синий пиджак с вычурными пуговицами. Накинув его на плечи, Мия уткнулась носом в воротник, вспоминая, как проснулась после похорон накрытая им. Недолго думая, она легла на кровать, зарывшись лицом в подушку, сохранившую слабый запах мужчины. Сегодня она будет спать здесь. А завтра снимет постельное бельё, чтобы стереть следы своего присутствия. Бену она скажет, что пришла убрать в комнате, подготавливая её к его приезду.

***

Как обычно она плохо спала, часто просыпаясь и прислушиваясь к ночной тишине. В половине шестого утра её разбудил громкий звук лязганья металла, заставивший подскочить. Источником звука оказался всего лишь мусоровоз, приехавший опустошить баки их района. И несмотря на то, что она хотела рано встать, желание поспать подольше пересилило, и Мия провалилась в небытие еще на несколько часов, не услышав будильника, проснувшись в следующий раз от сковывающего кости холода, отчего её нос превратился в ледышку.

Укутавшись поплотнее в одеяло, Мия подошла к стене, где висел термостат. Стрелка была на месте, но в комнате было жутко холодно. Чтобы проверить в чём дело, она спустилась в подвал, где у них находился обогревающий дом котел с бойлером и стиральная машина с сушкой, пряча замерзший нос в воротник надетого поверх пижамы пуховика.