Любовь без репетиции - Тина Ребер

– Давай, милый. Удачи!

Я смотрела, как он уходит в сопровождении помощника режиссера.

Нашу компанию вывели в коридор, чтобы мы заняли места в студии – в отдельном секторе, слева от сцены. Я села рядом с мамой Райана. С другой стороны устроилась его сводная сестра Джанелл. Отец Райана, Билл, ерзал в кресле, с нетерпением, как и все мы, дожидаясь его выхода на сцену. Райан занял главное гостевое место – ему предстояло быть первым.

– Порядок? – наклоняясь ко мне, спросила Джанелл.

В волнении теребя кольцо и постукивая ногами по полу, я неотрывно смотрела на телемонитор:

– Просто нервничаю.

– Почему? – удивилась Джанелл.

Я придвинулась к ней:

– Фото с нашей помолвки просочились в прессу.

– Ах вон оно что… – насмешливо отозвалась Джанелл, и тут до нее дошло. – О, так его сейчас будут об этом расспрашивать? – Она, похоже, была довольна.

Я несколько раз кивнула, не отрывая взгляда от сцены, и замерла, когда камера вновь повернулась к хозяину – Джимми Коллинзу, усевшемуся за стол после своего монолога. Он взял журнал, лежавший перед ним обложкой вниз:

– Если все это время вы не прожили на темной стороне Луны, то знаете, что наш первый сегодняшний гость всколыхнул эфир, исполнив роль путешествующего во времени киллера Чарльза Конроя в хитовом сериале «Побережье». Сегодня он здесь, чтобы рассказать нам о своем новом фильме «Искупление», премьера которого состоится в ближайшую пятницу во всех кинотеатрах страны. Передо мной его фото на обложке «Энтертейнмент уик». А теперь помогите мне поприветствовать Райана Кристенсена!

Из динамиков грянула музыка, и я увидела, как Райан выходит из-за угла. Публика повскакивала с мест. Женщины пришли в полное неистовство: прыгали и вопили, скандируя его имя. От их визга можно было оглохнуть.

Прежде чем обменяться приветствиями с Джимми Коллинзом, Райан помахал рукой, улыбнулся и потер лоб. Он явно нервничал и был просто обескуражен приемом. Заняв наконец свое место, он подался вперед и едва не уткнулся головой в колени, шокированный ликованием зрителей. По выражению его лица я видела, что неуемные восторги снова выбили Райана из колеи. Он все еще скромничал, и меня это радовало. Джанелл буквально навалилась на меня, возбужденно пихая локтем и аплодируя своему деверю.

– Число твоих поклонников стремительно растет. Спасибо, что навестил нас. Как устроился? – осведомился Джимми, пытаясь начать разговор.

Аудитория наконец притихла достаточно, чтобы услышать диалог.

– Отлично! Просто отлично, спасибо! – ответил Райан. – Благодарю за прием.

– Знаешь, ты не единственный, из-за кого визжат тетки, – юморил Джимми. – Я бы и сам с удовольствием избавился от их воплей, правда в мой адрес летят лишь проклятия и брань.

Толпа разразилась смехом.

Райан неуклюже хохотнул и отпил из специально поставленной для него чашки.

– Бывает, они и меня матерят, – признался он.

– Я слышал, что по прибытии одна поклонница устроила тебе еще тот прием, – подсказал Джимми.

– Точно. Не успел я выйти из машины и расписаться на нескольких фотках и чем-то там еще, как увидел, что какая-то деваха задрала футболку и светит мне своими… – Райан сделал выразительный жест, – похоже, воспоминание было шокирующим и одновременно возбуждающим.

Я чуть задохнулась, услышав, что какая-то девка показала сиськи моему жениху.

– Она хотела, чтобы ты на них расписался? – Джимми скопировал жест Райана.

– Откровенно говоря, я даже не знаю, сказала ли она хоть что-то. Она просто прыгала и вопила, – рассмеялся Райан. – Трудно, знаешь ли, поддерживать беседу, когда все это болтается и раскачивается.

– Умора! – Джимми покатился со смеху и, только чуть успокоившись, продолжил: – Ладно, как вообще поживаешь? Последний раз, по-моему, ты был здесь полгода назад. Мы говорили о «Побережье».

Едва прозвучало это слово, как женская часть аудитории снова взорвалась.

Райан глянул на публику и потрясенно покачал головой при виде ее преданности.

– И вот я вижу, что восторги поклонников с тех пор утроились. Вау! – Джимми потер ухо. – Словно подносишь к хворосту спичку. Когда мне нужно развести жену на интим, я просто вламываюсь в спальню и кричу: «Побережье!» Готово дело – она мигом срывает с себя одежду.

Райан издал принужденный смешок:

– Рад, что тебе помогает.

– Конечно помогает – когда я надеваю маску Чарльза. Я имею в виду, что мы с тобой так похожи, что она не видит разницы, – шутканул Джимми, подчеркнуто вращая глазами, чтобы добиться всеобщего гогота. – И все же… Как подвигаются твои дела? – осведомился он.

– Великолепно! Правда! Я только что из Майами, со съемок фильма под названием «Тысяча миль». Это в своем роде триллер.

«Давай, милый, гони про свои фильмы, пусть время идет».

– А через две недели вернусь в Ванкувер для работы над следующим проектом. – Райан нервозно потер шею.

– Что за проект?

– Картина называется «Петля». Режиссер Джонатан Фоллвейлер. Это наша первая совместная работа, и я, конечно, взволнован. К тому же мне там придется немного позаниматься скалолазанием. Никогда этого не делал и очень хочу попробовать. Небольшой, но все-таки риск.

– Но я слышал, ты уже начал тренироваться. Забираешься на столы или куда-то там еще. Так?

Итак, Джимми загнал Райана в угол и, вскинув брови, постукивал по столу пачкой карточек с заметками для памяти, привлекая внимание аудитории.

Отовсюду послышались смешки.

Я следила за лицом Райана, и он, конечно же, моментально покраснел от смущения.

Джимми не замедлил выпалить второй вопрос:

– Как насчет продолжения «Побережья»? Его уже сняли или ты и над ним еще работаешь?

Райан поерзал, устраиваясь поудобнее:

– Нет, мы закончили. Свернулись в декабре.

Публика, как по команде, взвыла.

– И где снимали?

– В городке под названием Сипорт, штат Род-Айленд. Красивое местечко, прямо на берегу.

Я затаила дыхание.

– И… чем же ты там занимался? Были какие-то запоминающиеся встречи? – поинтересовался Джимми с интонацией бдительной мамаши.

Райан несколько раз открыл и закрыл рот. Казалось, он лишился дара речи и только молча тер лоб и ерзал на стуле.

В моем воображении молнией пронеслись девять вариантов ответа. Я надеялась на один – тот, в котором он указал бы на меня и объявил миру, что безумно влюблен.

– Мы познакомились с массой замечательных людей, – с застенчивой улыбкой признался он.

Зрители опять завопили.